Цивилизация
Никто не любит зомби. Они не чистят зубов, не бреют подмышек, не платят налогов. Их лица печальны, мимика скупа, и они не умеют вести себя за столом. Никто не любит зомби, кроме Джорджа Ромеро, скромного гения, посвятившего свою жизнь этим созданиям, как Набоков – бабочкам.
Хотя за свою жизнь он сделал много злого; например, его «Темная половина» до сих пор является одной из немногих удачных экранизаций Стивена Кинга – главным шедевром Ромеро является зомби-триптих «Ночь живых мертвецов», «Рассвет мертвецов», «День мертвецов». Триптихом эта история и останется, несмотря на появление «Земли мертвых» (Land of the Dead), формально являющейся продолжением эпопеи.
Типа порвалась связь времен.
Угадать в этом зрелище связь с предшественниками, поднявшими трэш до уровня социально-философской критики современности, довольно трудно. Впрочем, возможно, следует просто вглядеться попристальней.
Мертвяки с унылым уханьем бродят по опустевшим городам, но жизнь потихоньку наладилась. Выжившие основали колонии, в которых ностальгически и дотошно воспроизвели свою прошлую жизнь – социальную иерархию, подпольщиков, телевидение, проституцию и нелегальные бои. Специальная команда «Мертвецкий патруль» добывает в окрестностях все необходимое. Проволока под током и вооруженная охрана защищает периметр от посягательств умертвий. Большой босс сидит в светлом небоскребе, курит сигары и с удовлетворением взирает на этот рай.
Однако ничто хорошее не длится слишком долго.
Здоровенный мертвый негр, ошеломленный налетом «Мертвецкого патруля», схватил винтовку, и что-то забрезжило в его облезлой голове. Началась эволюция мертвых, плавно перетекающая в революцию. Зомби научились согласованным целенаправленным действиям и медленной грозной походкой заводных утят двинулись штурмовать последний фронтир цивилизации человеков.
Проститутка и солдат Ася Ардженто, злодей и биг-босс Дэннис Хоппер в содружестве с парой не менее достойных людей сообщили картине приятную бесшабашность. Но в целом высокая трагедия кризиса понятия человека, так занимавшая Ромеро в прошлом, уступила место сугубо кинематографической игре в жанр. А непременная для живого классика самоирония превратила ленту в энергичный балаган с рейдами байкеров, массовыми гуляниями зомби, ракетными атаками и прочей живописной беготней. Апокалиптические картины грядущего ничем, в сущности, не отличаются от «Безумного Макса» или «Джонни-мнемоника», что очень жаль. Ромеро всегда умел заставить банальность всем привычного ландшафта выглядеть сюрреалистичнеe любого футуристического кошмара – один только супермаркет из «Рассвета мертвецов» чего стоит.
Но считать «Землю мертвых» провалом было бы несправедливо.
Тайное сочувствие к зомби, питаемое Ромеро на протяжении всей его трилогии, получило здесь наконец полноценный выход. А зомби, как известно, – последнее оружие классовой борьбы, неолимпийского вида спорта, весьма популярного в 1968 году, когда вышла «Ночь живых мертвецов». Одержимые голодом, ковыляющие на негнущихся ногах, ожившие мертвецы – это, в сущности, безгласная масса, так презираемая любой властью, законом и порядком, чистый хаос. Не столько жертвы социальной несправедливости, сколько жертвы социальности как таковой, сегодня жрущие человечину реалити-шоу, а завтра – человечину как она есть. Тупые, голодные, повинующиеся смутным инстинктам, угроза любому порядку – таковы все мы, если смотреть из пентхауса, с трибуны или из окон правительственного кабинета.
В этом смысле Ромеро, даже сняв откровенно попсовую картину, остался самим собой – великим гуманистом, умеющим любить людей. Людей в самом скотском смысле этого слова.
Зомби ждут в кинотеатрах «Звездный», «Прага», сети «Пять звезд» и «Формула кино».
