Все чаще звучит: «Нам объявлена война». И все больше поводов вспомнить Отто фон Бисмарка, который заметил: «Никогда не врут так много, как перед выборами, после охоты и во время войны». Обзор книг о терроризме на ММКЯ.

Железный канцлер знал толк в том, о чем говорил. Врут обильно и, похоже, все – и власти, и их противники, все больше провоцируя отчаянные высказывания и действия. Но увы, это не отменит того, что старого привычного нам мира больше не будет. Тезис хорошо сформулировал директор Института востоковедения РАН, академик Рыбаков: «В этом изменившимся на наших глазах мире наша задача – не поддаваясь вполне понятной массовой истерии, попытаться за следствиями разглядеть причины».

В самом деле – что мы знаем о терроризме? По сути – ничего. И, несмотря на вал информации, толком невозможно понять, во что они верят, почему пошли на это жуткое злодейство, что за «ваххабизм», что привело арабов в Осетию, при чем здесь ислам и, самое главное, – что нам ждать в будущем?

За ответами на эти вопросы мы отправились... на Московскую международную книжную ярмарку.

На удивление – нормальных, не спекулятивных книг о современном терроризме было очень мало. Да и среди тех, что попадались, многие, например пособие «Терроризм: борьба и методы противодействия», представляли собой по сути обзор международных документов. В итоге улов ограничился четырьмя изданиями.

В объемной и обстоятельной монографии Н. В. Жданова «Исламская концепция миропорядка» (издательство «Международные отношения») один из разделов так и называется: «Проблемы войны и мира в исламской концепции миропорядка», а самая объемная глава в нем (размером с иную книгу) – «Исламский вектор в международном терроризме». Сведения, излагаемые там, почти исчерпывающие. По сути, перед нами подробнейший рассказ обо всех террористических организациях, в той или иной степени связанных с исламом, от их возникновения до сегодняшней деятельности. С массой разнообразных сведений от количества детей у Усамы бен Ладена до растолковывания сущности идеологии «шахада», методики подготовки шахидов и объяснения, почему муллы в Иране легко посылали тысячи подростков разминировать собой минные поля во время войны с Ираком.

У этой книги лишь один, но принципиальный недостаток – о терроризме в современной России там нет ни слова, автор явно намеренно обходит этот вопрос стороной.

Впрочем, этот пробел неплохо заполняет следующая книга, «Дагестанский социологический сборник 2000», изданный институтом истории дагестанского научного центра РАН. В своей статье «Идеология исламского фундаментализма как причина вооруженного конфликта в Республике Дагестан» ответственный редактор сборника Заид Абдулагатов весьма доказательно вскрывает религиозно-идеологические причины вооруженных конфликтов на Северном Кавказе. Проще говоря, предельно понятно объясняет, что же такое ваххабизм в его российском варианте и чем он столь притягателен.

Религиозные люди во всех спорных вопросах обращаются к священным книгам: христиане – к Библии, евреи – к Торе, мусульмане – к Корану. Однако мир меняется, и появляются вопросы, на которые книги не могут дать ответа. Нравственно ли, например, женщине участвовать в Олимпийских играх?

Мусульманам здесь помогает такое понятие, как «бида» – нововведение, которое не находит прецедента ни в Коране, ни в книге преданий о жизни Пророка (Сунна). Служившие с автором в армии призывники из республик Средней Азии писали домой, требуя объяснить – можно ли им здесь есть свинину, если ничего другого не готовят? Подобные нововведения принимаются либо путем согласованного решения богословов (Иджма), либо через аналогию (Кияс).

Все толки суннитского ислама отличаются по сути лишь своим отношением к «бида». Ваххабизм в этом смысле есть крайняя форма неприятия, по их мнению, «бида» – самый страшный из грехов. Вторая отличительная черта ваххабизма – предельное единобожие (Таухид), отрицание мусульманских святых. Как говорил сам Ибн Абдаль Ваххаб, по имени которого и назван ваххабизм: «Нельзя давать Аллаху товарища».

Что получается в итоге? Отбрасывание всех последующих наслоений, многовековых усложнений ислама, делает ваххабистское толкование ислама предельно простым и доступным каждому. А отрицание новшеств в изрядной степени провоцирует к экстремизму:

«Раз невозможны адаптация Корана и Сунны к новым реалиям жизни, то нужно изменить реальность, приведя ее в соответствие с исламскими нормами».

Добавьте к этому идеи социальной справедливости у ваххабитов (не зря в Турции их называют «зелеными коммунистами») и вы поймете, почему известные религиозные деятели Северного Кавказа сами признают, что они не в состоянии идеологически противостоять ваххабизму.

Так что, ваххабизм – экстремистское течение изначально или таким он предстает лишь при определенном политическом использовании? Книга профессора доктора Сулеймана бин Абдул Рахман Аль-Хагиль «Права человека в Исламе и их применение в королевстве Саудовская Аравия», найденная на стенде этой страны, в которой ваххабизм является государственной религией, настаивает на втором варианте. В главе «Отношение ислама к терроризму» профессор говорит, что террор противоречит самой сути ислама, обильно иллюстрируя свои доводы цитатами из Корана. Как выясняется, солидарно с ним и законодательство страны – самого верного союзника США на Ближнем Востоке. Наказание за доказанный акт терроризма здесь одно – смерть.

В чем же дело? Почему одни вспоминают слова Пророка о том, что нельзя убивать не только женщин и детей, но даже молодых мужчин, если они не берут в руки оружия, а другие цитируют: «О вы, которые уверовали! Не берите иудеев и христиан друзьями: они – друзья одни другому. А если кто из вас берет их себе в друзья, тот сам из них!»? И, процитировав, режут даже своих братьев-мусульман, «ищущих друзей» в России.

В какой-то мере на это отвечает обобщающая работа – книга издательства «Крафт +» «Терроризм – угроза человечеству в XXI веке». Основу этого сборника статей составили работы специалистов из Института востоковедения. Показательно, что все эти люди, знакомые с Востоком не понаслышке, несмотря на все разнообразие их действительно интересных и компетентных работ, не сговариваясь, твердят два тезиса.

Первый – недопустимость использования словосочетания «исламский терроризм». С одной стороны ислам – это громадный калейдоскоп народов и государств, часто не ощущающих ни малейшего сходства друг с другом. С другой – приравнять к террору ислам, «эту нежную и мудрую великую религию», как аттестовал ее тот же академик Рыбаков, очень бы хотели сами террористы. И, к сожалению, часто их противники им в этом помогают.

Только такой неумный политик, как Буш, мог объявить «крестовый поход» против терроризма, тем самым изначально разведя мусульман и христиан по разные стороны баррикад.

Меж тем с теми же экстремистами-ваххабитами активно борется и ислам, в том числе и Ислам с большой буквы – в Узбекистане, которым руководит человек по имени Ислам Каримов, «вовчиков», как их там называют, преследуют жестко, как ни в какой другой стране.

А в качестве основной причины расцвета терроризма, в том числе и в России, называют глобализацию. Раньше полярное существование богатых и бедных обществ (а средний уровень жизни в том же Дагестане, несмотря на стереотип «кавказцев на мерсах», покажется нищенским даже российской глубинке) могло существовать достаточно долго, не особо задевая и тех, и других. Теперь же СМИ позволяют увидеть разделяющую их социально-экономическую пропасть. Поэтому у людей как никогда велик искус поддаться на уговоры разнообразных торговцев «золотым ключиком» с их незатейливым рефреном: «Надо лишь выгнать их (кого угодно – богатых у коммунистов, иноэтничных у националистов, «неверных» у исламистов), и мы заживем в шоколаде».

К конфликту миров христианства и ислама происходящее в России, Ираке или Америке не имеет никакого отношения – турецкий заложник-мусульманин, которому сейчас грозят отрезать голову в Ираке, лучшее тому подтверждение. А как быть с тем, что Беслан (быв. Тулатово) является одним из центров ислама в Осетии, и его коренные жители – осетины-мусульмане, точно так же почитающие Пророка?

Причины те же, что и всегда – бедность одних, финансовые интересы других, надменность политиков, не желающих разбираться, с чем имеют дело.

Пока убивающие детей будут бубнить про свободу Чечни, власть – про «мочить в сортире», Запад, в зависимости от желания давить на Россию, доставать из рукава то «чеченскую проблему», то «антитеррористическую коалицию», политики – нести геополитический бред, а люди – все это слушать, мир будет ожесточаться.

Вероятно, так оно и будет. Но если право на жизнь сегодня никто не гарантирует, то право не быть быдлом, оглушенным выстрелами и политической трескотней, никто у человека отнять не может.