Цивилизация
В Саду «Эрмитаж» играют специальный летний спектакль «Э Федра». Такие летние проекты в Европе очень популярны. Каждый уважающий себя театр в июне пересаживает зрителей на пленэр и играет что-нибудь приятное и красивое. В России опыт создания подобных зрелищ небольшой. Компанию, взявшуюся за «Федру», можно назвать едва ли не первопроходцами. Идея неплохая. Да и место выбрано отличное, намоленное, - сад Эрмитаж, тут и МХАТ начинал и Шаляпин пел, и вообще все к театральным зрелищам очень располагает. Правда, сразу смущает выбор сюжета – страдания Федры для летнего проекта это как-то слишком амбициозно. Тем более что жанр предполагался резко нестандартный — «вечеринка для тысячной аудитории».
Первоначальное смущение не обмануло.
Летний проект по-русски начался с неожиданного пролога. «Тысячной аудитории», явившейся в театр к объявленному началу, к 9 часам вечера, пришлось полтора часа гулять по саду «Эрмитаж», наслаждаясь порывами ветра, июньским холодом и накрапывающим дождем. Организаторы на голубом глазу разъясняли: «У нас одна актриса в другом спектакле занята, поэтому она опаздывает, мы вас пустим внутрь где-то к 10-ти часам».
К половине одиннадцатого уже очень хотелось знать, кто же эта невоспитанная и бесчувственная особа, заставившая всех мерзнуть на улице. Но Федр, как сообщала программка предполагалось четыре, так что вычислить и ошикать опоздавшую было невозможно.
«Э Федра» задумывалась как микст из Еврипида, Расина, Цветаевой и покончившей самоубийством современной английской литераторши Сары Кейн. Предполагалось, что каждая актриса сыграет текст «своего» автора и в результате получится огромная мировая душа Федры. Увы, амбиции превысили режиссерские и актерские возможности команды. На «Э Федре» в принципе неразличимы ни актрисы, ни слова, чьи бы они ни были. Нельзя сказать, чтобы исполнители не старались. Нет, тексты декламировались во все горло, тараторились как речевка и дублировались по несколько раз, но все — мимо. Пространство явно противилось звуку. Никому из четырех Федр, двух богинь и целой команды Ипполитовых наперсников ни разу за полтора часа не удалось хоть на мгновенье овладеть вниманием зала.
Распластав действие по всем возможным поверхностям сцены, напичкав его техникой, режиссер Живиле Монтвилайте убила сюжет насмерть.
Здесь даже и вспоминать не стоит, в чем суть древней истории о женщине, полюбившей своего пасынка. И уж тем более совершенно не стоит вникать в происходящее на сцене. В этой компании никого не заботит «Федра» вместе с ее именитыми авторами, здесь молодые экспериментаторы самовыражаются.
Сцена, огромная — в три этажа, насыщена видео, аудио- и светоаппаратурой. Цирковые лонжи, натуральный дерн, три оператора, сопровождающие актеров и транслирующие он-лайн изображения на три экрана, гончар, лепящий горшки в одном углу, музыканты, издающие инфернальные звуки в другом, актрисы летающие в воздухе и шагающие на котурнах, — зрелищ тут на все вкусы.
В «Э Федре» есть все, кроме хоть какого-то смысла.
Актеры воют, визжат и корячатся, микрофоны усиливают эти и без того мерзкие звуки, противный дикторский голос дает комментарии, действие сопровождается лентой новостей, затем прерывается бурной дискотекой минут на 15 и опять возвращается к воплям и кривлянию. Какофония вопиющая. Звукорежиссеры назло зрительскому уху даже и не пытаются бороться с помехами.
«Если я еще тут пять минут посижу, я тоже начну спрашивать, кто я? где я?», — простонала зрительница в ответ на вой-монолог очередной Федры.
Но ей, сидящей в середине 5-го ряда, уйти было непросто. Дело в том, что Щукинская сцена Эрмитажа необыкновенная. Она – и это главный эффект этой новой театральной площадки – сделана с намеком на древний амфитеатр, здесь глубина внушительная, с верхних рядов актеры выглядят крохами, а если у вас боязнь высоты – голова точно закружится. Все зрительские места похожи на полки, на них люди сидят, словно игрушки в магазине. Сначала кажется весело – расстилаешь матрасик со спинкой и полулежишь, но через полчаса – устаешь, начинаешь ворочаться, рискуя уронить на голову зрителей в нижнем ряду туфель или сумочку. Уйти можно, не иначе как оттоптав ноги соседям по ряду, да и вообще не уверенным в координации движений перемещаться не следует, перил между рядами нет. Однако спектакль был так плох, что большинство зрителей все-таки рискнуло покинуть зал, не дожидаясь финала. Правда, они пропустили самую эффектную сцену – когда четыре Федры разом удавились и, вися на тросах под огромным потолком, корчили публике рожи. Но вряд ли хоть кто-нибудь из ушедших пораньше об этом пожалел.
Сад «Эрмитаж», 18, 24, 25 июня. Начало в 21.00
