Цивилизация
— Что изменилось за последний год на канале СТС?
— Удалось очень многое из того, что планировалось на ближайшие три года. Рост того, что называется показателями – доли и рейтинга, приблизил канал к ведущей тройке. СТС теперь является четвертым национальным телеканалом, замыкающим, я надеюсь, группу лидеров, и уже не первым каналом второго эшелона.
$$$
$$$
Второе, что удалось – сохранить и расширить классическую аудиторию канала, тех, кого привыкли называть молодой, энергичной, активной аудиторией, я же обычно говорю о ней как об аудитории, адаптировавшейся к новым историческим реалиям, живущей в другой стране и в другом мире.
Конечно, зрители СТС – это не рефлексирующая и не ностальгирующая по прошлой жизни аудитория, она необычайно активно ищет себя в сегодняшней жизни, реализуется сегодня, и в этой самой реализации относится к телевидению в большей степени как к одной из альтернатив выбора, к форме проведения досуга, диалога. Она не относится к телевидению как к важнейшему источнику информации или, того хуже, как к учителю жизни.
Из того, что не удалось и чего очень хочется добиться – преобразовать лицо СТС в значительно более универсальный, профессионально разнообразный канал, ясно определяемый в сознании зрителей как канал-сказка. Ежедневный канал для взрослых и детей, канал, который часто называют телевидением хорошего настроения или телевидением выходного дня.
$$$
$$$
Мы хотим создать канал, который был бы близок по ощущению, например, к фильмам, которые занимают первые строчки зрительского успеха по всему миру – «Властелину колец», «Матрице», «Гарри Поттеру», «Людям Х». Это близкие жанры для канала, который в прайм-тайме ставит не новости или реалистичные криминальные российские сериалы, а сказочные истории про ведьм или колдунов и гламурные авторские тележурналы. Очень важно для нас, чтобы мы в сознании зрителей не остались молодежным или детским, пусть и очень симпатичным развлекательным каналом, а становимся универсальными по выбору и для взрослых, и для детей. Вот этот путь – надолго, и это принципиально.
— Каковы, на ваш взгляд, основные тенденции прошедшего телесезона?
— Это очевидные тенденции, их несколько. Первая – обострившаяся конкуренция, которая связана с тем, что и каналов постоянно становится все больше, и продукт появляется все более качественный. Происходит все большая фрагментация аудитории, сегодня идет адресная конкуренция.
Второе – борьба в зоне не открытия жанра, а его качества. Сами по себе реалити — или развлекательные шоу, или российские сериалы — были предъявлены российскому зрителю несколько лет назад. Их появление года два-три назад приносило успех. Сегодня же появление этих жанров само по себе успех не приносит, уже нужно преуспевать в качестве.
В этом сезоне борьба между профессионально сделанными продуктами совершенно очевидна: «Бригада», «Последний герой-3», «Фабрика звезд», «Идиот». Эти пики конкуренции между каналами определяли успех планкой качества. Третья тенденция состоит в том, что ресурс программ, приобретаемых за рубежом и адаптируемых дома, уже исчерпан. Будущая конкуренция будет строиться и зависеть от того, что будут придумывать здесь и сейчас.
— С чем связан рост рейтинга СТС? Зритель устал от информации и политики?
— Это свидетельство конца информационной эпохи, о чем я и говорил еще год назад. Именно поэтому мне СТС показался интересным. Я ведь родом из информационно насыщенного телевидения, сам по себе являюсь его зрителем. Я считаю, что эпоха выяснения отношений, в которой СМИ, и телевидение в частности, играло активную, важную, если не самую важную роль, эпоха политической дубинки как инструментария, завершена.
Сегодня для совершенно большей части аудитории телевидение является всем, чем угодно, но только не способом определиться в политических симпатиях или антипатиях. Поэтому телевидение стало развлекательным, хотя я не очень люблю это слово. Развлекательное телевидение я называю «сказками для взрослых», оно имеет аналог в прессе – в виде иллюстрированных журналов и чрезвычайно востребовано. Оно позволяет найти себя и способ жизненной технологии совершенно в ином пространстве, нежели в политическом.
— Несмотря на предстоящие выборы?
Конечно, несмотря на выборы, а во многом даже благодаря выборам. Хотя могу и ошибаться…
— Что бы вы назвали телесобытием прошедшего сезона и антисобытием?
— Я оставлю за скобками события политического свойства и организационно-технологического: организации каналов, смены менеджмента, назначения, скандалы. Для меня как для зрителя, любителя и поклонника жанра, принципиальным событием является появление и утверждение в прайм-тайме практически всех каналов жанра документального кино. Это совершенно очевидное событие — постоянная линейка документального кино присутствует на всех каналах.
Мне кажется, что это переход к телевидению будущего, когда в прайм-тайме – в то время, в которое сейчас занимают сериалы, утверждается документалистика. Это происходит во многих соседних странах. А антисобытие… Есть определенные тележанры, которые меня раздражают, но это, естественно, не антисобытие.
— Что именно раздражает гендиректора СТС?
— Меня всегда раздражает ненужный пафос, все то, что очень часто называют сегодня PR, а, в принципе, это пропаганда. Я всегда отношусь к этому иронично, просто лично меня это раздражает. Но я не назову это первым антисобытием. Меня радует телевидение, которое позволяет проявить скептическое отношение к себе самому или просто информативное, без излишнего пафоса. Присутствие в эфире распада команд... Но опять-таки это уже организационные вещи. Не могу назвать, не знаю…
— Вы назвали как-то процессы, происходящие на российском телевидении «украинизацией». Что вы понимаете под этим?
— Это очень узкий термин, он важен только для тех, кто понимает, что такое украинское телевидение.
Под «украинизацией» российского эфира я подразумеваю сужение пространства дискуссии. Российское телевидение прошло замечательный путь, телевидение высшего класса было дискуссионным и существовало на нескольких каналах. А сейчас, даже при наличии огромного количества дебатных передач, пространство дискуссии значительно сужено.
Оно, конечно, существует, но совершенно неадекватно и несопоставимо с тем, что было раньше. Великая информационная опера, которая разворачивается в российском эфире, естественным и объективным образом почила. Телевидение, которое было инструментом, сохранило те же форматы, но оказалось неживым. Это я и называю для себя процессом украинизации, для удобства.
По моему опыту, в Украине последним островком дебатного телевидения остается канал «1+1», но даже этот канал несопоставим сейчас по объемам дебатов с тем, чем он был несколько лет назад. Мне кажется, что это процесс более, чем естественный. Я большой сторонник перехода к идее частной жизни. Ведь настоящий средний класс, на мой взгляд, формируется в момент формирования приоритетов, ориентированных не на общественно-политическую, а на частную жизнь; а частная жизнь позитивна.
И для канала СТС базовая задача, как я ее вижу, – быть участником процесса перехода к частной жизни, разрушить вечное противостояние и превосходство общего над личным.
Это важнее, чем рассказывать о противостоянии правительства и олигархов, как мне кажется.
— Как влияют события, произошедшие на НТВ и происходящие сейчас на ТВС на рынок в целом?
— Конечно, они влияют, это отражается на программировании. Каждое программное решение, концепция, несет за собой, я убежден, индивидуальный подход. И для расстановки сил на рынке важно, чья под этим стоит подпись. Одно дело, когда подпись ставит известный профессионал – это одна перспектива. Когда то же самое делает некто другой, пока не очень известный, перспективу трудно предвидеть. А все остальное – политические моменты и права акционеров. Мы ведь живем сейчас в том мире, за который боролись. Право собственности священно, и я этот тезис разделяю.
— А ваши акционеры какие задачи ставят перед вами?
— Очень ясные задачи, те, о которых мы с первого дня говорили. Это система показателей, которая включает в себя, прежде всего, долю аудитории в 10%. Этого мы должны добиться за четыре года. Определенное покрытие – тоже задача. У нас сейчас покрытие около 75%, а нужно выйти на 80%, тогда мы приблизимся по этому показателю к НТВ. И, естественно, финансовые показатели. У нас очень ясная система координат, характерная для экономически ориентированных компаний. Это меня совершенно устраивает.
— Компания сейчас прибыльна?
— Да, СТС прибыльная компания и уже не первый год, в прошлом году мы достигли значительной прибыли. Я не убежден, что имею право называть цифры, это прерогатива совета директоров. В этом году валовая прибыль превысила прошлогодние показатели в три раза. Поверьте, и в прошлом году она была значительной. У нас компания, которая очень ясно представляет то, чего она хочет добиться.
