Министр – это вам не сапер

18 марта на брифинге в Санкт-Петербурге министр культуры России Михаил Швыдкой прокомментировал представление Генпрокуратуры о приостановке вывоза коллекции Балдина. В частности, высказал свой взгляд на объявление бременской коллекции собственностью России. Мнение прокуратуры о том, что после передачи Балдиным в 1948 году коллекции Музею русской архитектуры она стала собственностью России в связи с истечением срока давности, министру явно не по душе. Свою позицию он разъяснил так: «Балдин передал ее на временное хранение, и он не был собственником. Сейчас будем разбираться с этой юридической коллизией».

«Парк культуры» решил внести посильную лепту в предстоящий разбор, благо в распоряжении «Газеты.Ru» оказались ксерокопии документов о передаче. В заявлении архитектора Балдина на имя директора Музея русской архитектуры академика Щусева А.В. от 20 сентября 1947 года говорится следующее: «Тогда я и решил не хранить их больше у себя, а передать в какой-нибудь музей. Мне, как архитектору, ближе всего организованный Вами Музей архитектуры – поэтому я и прошу Вас посмотреть мою коллекцию, и если она представляет интерес для Вашего музея, то прошу Вас принять ее от меня как вклад в начатое Вами большое дело».

В «Приемо-сдаточном акте» от 30 июня 1948 г. о «временном хранении» тоже ни слова. «Мы, нижеподписавшиеся, гр. Балдин Виктор Иванович и сотрудник Музея русской архитектуры Гарнье Любовь Александровна, составили настоящий акт в том, что первый передал в дар Музею, а второй принял коллекцию рисунков мастеров западной живописи, как старых, так и новых, в количестве трехсот шестидесяти трех рисунков в хорошей сохранности…». Чем отличается «передача в дар», от «передачи на временное хранение», думается, объяснять не стоит. Да и в благодарственном письме Щусева Балдину от 29 сентября 1948 года то же самое: «Принимая этот дар, мы гордимся Вашей самоотверженностью…».

Так что, похоже, ошибся Михаил Ефимович, оговорился в запале отстаивания необходимости скорейшего возвращения «незаконно ввезенных ценностей». Сам запамятовал обстоятельства передачи, или референты подвели – не суть важно, в конце концов, право на ошибку имеет каждый…