Меняется структура зла. Подростки все чаще становятся преступниками: почему так и как уберечь своего ребенка от тюрьмы

С чем может быть связан рост подростковой преступности

Рост подростковой преступности на фоне общего снижения означает, что меняется не столько масштаб «зла», сколько его структура.

Подростки все чаще становятся не инициаторами преступлений, а объектами целенаправленного воздействия со стороны взрослых организаторов. А они с каждым годом становятся все изощреннее: используют не только анонимные каналы связи и методы психологического воздействия, но и нейросети, имитируя голос и даже внешность знакомых людей, объясняет старший преподаватель юридического факультета Финуниверситета при Правительстве РФ Инна Кулешова.

В ноябре 2025 года вступил в силу закон, по которому уголовную ответственность за диверсии можно вменить подросткам с 14 лет. По мнению председателя Комитета Госдумы по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства Нины Останиной (КПРФ), рост подростковой преступности может быть связан именно с этим.

Однако рост преступности именно среди подростков от 14 до 17 лет составил всего 0,16%, пишут «Ведомости».

Спецслужбы регулярно прикрывают десятки нелегальных каналов связи, которые спецслужбы Украины используют для вовлечения россиян в диверсии и дистанционное мошенничество. Но этот поток с 2022 года не заканчивается.

«Нет тормозов». Почему подростки наиболее уязвимы перед преступниками

Есть чисто физиологическая причина. Префронтальная кора (та часть мозга, которая тормозит импульс и просчитывает последствия) у людей формируется примерно до 23–25 лет. А система вознаграждения в 12–15 лет уже работает «на полную».

Даже взрослые попадаются на уловки мошенников, хотя это уже сформированные люди, которые знают законы в той или иной степени. Подростки же, несмотря на то что уже не маленькие, все еще ищут значимого взрослого. И если по каким-то причинам он не видит в родителях этой роли, таким человеком становится кто угодно другой — и даже мошенник.

Однако сводить рост подростковой преступности только к незрелой лобной доле — слишком просто.

Преступники усложняют свои схемы, они стали хитрее и более подкованы знаниями психологи. Они работают через среду, в которой подросток и так живет: игровые чаты, группы в соцсетях, анонимные каналы, подработку в интернете.

Никто не говорит: «Соверши преступление». Говорят условно другое: «Просто передай пакет», «Просто переведи деньги на этот счет, и тебе заплатят», «Ты просто курьер». И подростки верят в это фатальное «просто», отмечает Калюжная.

Злоумышленники не идут в лоб, они заманивают маленькими шажками. Сначала маленькая, почти безобидная просьба, потом еще одна, потом еще одна чуть серьезнее... и так до общественно опасного действия.

Организаторы преступлений используют персонализированный подход: одним обещают легкий заработок, другим предлагают почувствовать себя частью «миссии», третьих шантажируют ранее полученными личными данными, уголовкой или интимными материалами и не только. Искусственный интеллект позволяет масштабировать подобные схемы, делая общение максимально убедительным и адаптированным под конкретного человека, говорит старший преподаватель юридического факультета Финуниверситета при Правительстве РФ Инна Кулешова.

Как обезопасить ребенка, чтобы его не втянули в преступление: 4 важных шага

Семейный психолог Ольга Иванова рекомендует действовать в четыре этапа.

Первый шаг. Рассказать ребенку, что такое бывает. Обсудить популярные схемы «развода», конкретные кейсы.

Полезно показать видео и тексты о том, как дети попадают в такие ситуации, как они сидят в СИЗО за терроризм, какие сроки им дают: публикация в СМИ, в том числе интервью с родителями таких детей, хватает. Например, показать историю о том, как 14-летний отличник попал в СИЗО за терроризм от «Газеты.ru» или спецпроект Lenta.ru об вербовщиков, охотящихся на подростков.

Второй (и самый важный) шаг. Убедиться, что вы (родители) для ребенка — те самые значимые взрослые. Что он может всегда обратиться к вам за помощью, не боясь.

Станьте таким взрослым для ребенка или используйте тех, кому он доверяет больше: тетю, дядю, старшего брата или сестру, тренера.

Если кажется, что отношения с ребенком испорчены в хлам, никогда не поздно начать их восстанавливать, обратиться к специалистам. Как показывает горький опыт других семей, даже если подросток уже стал частью преступной схемы, наладить доверительные отношения не поздно.

Третий шаг. Оставьте ребенку номер «горячей линии», куда он может позвонить или написать в мессенджер. Есть некоммерческие и государственные организации, где сидят психологи и другие специалисты, которые могут помочь.

Четвертый шаг. Научите ребенка простому правилу: в любой непонятной ситуации положить трубку и перезвонить. Если человек на том конце говорит: «Нет-нет-нет, ты не должен бросать трубку» — это точно преступник.

Основная задача ребенка — сбросить вызов и рассказать кому-то другому о том, что произошло. Потому что, если не прерывать разговор, очень тяжело понять, что этот кто-то плохой (напомним, что даже взрослые люди попадаются на удочки мошенников, даже когда в курсе, что такие схемы существуют).

Объясните, какие есть конкретные схемы вовлечения — прямым текстом, без запугивания. Расскажите так, чтобы было понятно, что деньги за «простое поручение» (перевести, передать и т.п.) — это вербовка.

Универсального рецепта нет и не будет.

Психологи советуют обращать внимание на 🚩 красные флаги:

• резкие смены настроения;
• резкие смены круга общения (новых «друзей» или отказ от «старых»);
• изменения во внешности ребенка (одежда, татуировки);
• резкую смену интересов (увлекался одним, теперь другим);
• резкие изменения характера общения (был веселый и открытый, и вдруг замкнулся);
• смену расписания (стал поздно возвращаться домой);
• внезапную скрытность — это информативнее любых оценок в дневнике.

Самое важное — не терять эмоциональный контакт с ребенком. Вербовщик часто предлагает то, чего не хватает дома: от внимания до банального разговора.

Психологи советуют налаживать контакт и разговаривать с ребенком на такие сложные темы надо из позиции интереса, а не запрета. То есть не требовать показать телефон или проводить обыски, а интересоваться жизнью подростка: «Расскажи, что у тебя нового».

Важно развивать цифровую и экономическую грамотность — причем всей семье. Ребенок должен понимать, что за красивыми аккаунтами, убедительными видеороликами или сообщениями якобы от сверстников может скрываться профессионально организованная преступная деятельность, которая посягает на безопасность страны в целом.

Вердикт: почему выросла подростковая преступность

За ростом подростковой преступности стоит криминальный рынок, который научился вербовать детей быстрее, чем взрослые успевают заметить. И это серьезный вызов для всех: и родителей и общества в целом.

Борьба за безопасность подростков — это уже не только вопрос воспитания или уголовного права. Это вопрос формирования цифрового иммунитета, при котором молодой человек способен самостоятельно распознавать манипуляцию, критически оценивать информацию и понимать, что за каждым предложением, сообщением или звонком может стоять преступление с реальными и крайне тяжелыми последствиями.