Зачем шейхам The Sims и Роналду: как Саудовская Аравия скупает мир игр и спорта

Как саудиты подминают под себя киберспорт

В 2025 году Государственный инвестиционный фонд Саудовской Аравии (Public Investment Fund, PIF) потратил на сделки по всему миру $36,2 млрд. Это больше, чем любой другой суверенный фонд на планете.

Львиную долю этой суммы — $28,8 млрд — съела одна покупка. Вместе с зятем Дональда Трампа Джаредом Кушнером и другими инвесторами PIF купил Electronic Arts — одного из крупнейших игровых издателей мира.

Это вторая по масштабу сделка в истории игровой индустрии. Первая была, когда Microsoft приобрела издательство Activision Blizzard за $68,7 млрд.

PIF уже несколько лет методично скупает игровую индустрию. У него есть доли в других игровых гигантах: почти 8,3% в Nintendo, 6,6% в Koei Tecmo, крупные пакеты в Capcom и Nexon. Общие инвестиции фонда в игры превысили $38 млрд.

Не всем геймерам нравится такой поворот. В сообществе боятся, что новые владельцы начнут вводить цензуру в играх (например, уберут все, что не соответствует исламским традициям) и добавят еще больше платного контента.

Параллельно PIF продолжает заливать деньгами традиционный спорт. Причем масштаб такой, что даже богатейшие клубы Европы и Америки нервно оглядываются.

Как саудовский фонд тратит деньги на спорт

В 2023 году Саудовская футбольная лига (Saudi Pro League) устроила трансферное безумие. За одно летнее окно клубы потратили более $900 млн и скупили полсостава условной сборной мира:

• Криштиану Роналду перешел в «Аль-Наср» с контрактом на $200+ млн в год и стал самым высокооплачиваемым спортсменом планеты.
• Неймар — в «Аль-Хиляль», контракт на $100+ млн в год.
• Карим Бензема (обладатель «Золотого мяча») — в «Аль-Иттихад».
• Садио Мане, Н'Голо Канте, Рияд Марез, Роберто Фирмино и другие звезды тоже сменили Европу на Аравийский полуостров.

Четыре ведущих клуба страны — «Аль-Хиляль», «Аль-Наср», «Аль-Иттихад» и «Аль-Ахли» — находятся под управлением PIF. За трансферные чеки фактически платит государственная казна.

Но футбол нужен саудовцам не только внутри страны. В 2021 году фонд купил английский «Ньюкасл Юнайтед» за $370 млн. Клуб, который годами барахтался в середине таблицы, уже на следующий год с новыми владельцами вышел в Лигу чемпионов.

С другими видами спорта вышло даже круче. Например, в гольфе PIF создал свою лигу LIV Golf и начал переманивать лучших игроков из престижного американского PGA Tour. Традиционный мир гольфа сначала объявил саудовцам войну, называл их деньги «кровавыми» и судился. Но когда бюджеты стали несопоставимы, американцы сдались. В 2023 году PGA Tour и LIV Golf объявили о слиянии.

Кроме того, Саудовская Аравия превратилась в столицу больших боксерских боев. Реванш Джошуа и Руиса, бой Фьюри против Усика — все это теперь проходит в Эр-Рияде. Организаторы платят за право проведения такие суммы, которые не может предложить ни Лас-Вегас, ни Лондон.

Что еще:

• «Формула-1». Гран-при в Джидде проходит с 2021 года. Это ночная гонка по улицам города.
• Теннис. Итоговый турнир ATP (где играют лучшие из лучших) в декабре 2025 года прошел в Саудовской Аравии.
• Зимний спорт. Звучит как анекдот, но в 2029 году страна примет зимние Азиатские игры. Для этого в горах строят курорт, где обещают настоящий снег посреди пустыни.

Где еще лежат деньги шейхов: от такси до целых городов

Примерно 80% средств фонда работает внутри страны, а оставшиеся 20% разбросаны по самым разным компаниям мира.

Притом PIF не всегда покупает готовое. Он создал около 100 компаний в самых разных отраслях — от туризма до искусственного интеллекта.

В конце 2025 года фонд обновил стратегию. Теперь он будет выращивать собственных «национальных чемпионов» — компании, которые станут мировыми лидерами. Особую ставку арабы делают на:

• Riyadh Air — новая авиакомпания, которая должна составить конкуренцию Emirates и Qatar Airways.
• Alat — производитель полупроводников и умных устройств.
• Humain — компания, занимающаяся искусственным интеллектом.

Также PIF изменил подход к сделкам с иностранцами. Теперь в контрактах должны быть обязательства перед Саудовской Аравией — инвестиции в местную экономику, создание рабочих мест, передача технологий. Хотите саудовские деньги — извольте что-то дать взамен.

Что это вообще за фонд и откуда он взялся

Если совсем просто: это государственная копилка, куда складывают нефтяные доходы, чтобы вложить их во что-то полезное для страны. Создали фонд еще в 1971 году, но десятилетиями он был тихой, незаметной структурой. Держал доли в местных компаниях, никуда не лез и ни на что особо не претендовал.

Все изменилось с приходом к власти наследного принца Мухаммеда ибн Салмана. Он стал председателем совета директоров PIF и превратил сонную контору в одну из самых агрессивных инвестиционных машин на планете.

Главный источник капитала PIF — Saudi Aramco, крупнейшая нефтяная компания мира. Государство передало фонду 8% акций Aramco. К этому добавляются прямые бюджетные вливания и доходы от уже существующих инвестиций.

По сути, PIF выполняет две функции:

1. Строит внутри страны. Запускает гигантские проекты — от городов в пустыне до курортов на Красном море. Создает целые отрасли с нуля: туризм, развлечения, гейминг, авиацию. Эти проекты должны привлечь частных инвесторов из Саудовской Аравии и международных партнеров.

2. Скупает за рубежом. Покупает доли в мировых компаниях — от Nintendo до Boeing. Логика: нефтедоллары сегодня превращаются в акции компаний будущего, которые будут приносить доход, когда нефть перестанет кормить.

Мухаммед ибн Салман лично возглавляет совет директоров и определяет стратегию. Такая модель дает невероятную скорость: не нужно годами согласовывать решения через парламент или бюрократию. Захотел — купил, решил — построил. Но у этого есть обратная сторона: все зависит от решений одного человека.

План спасения или утопия: что такое Vision 2030

Десятилетиями экономика страны работала по простой формуле: выкачал нефть — продал — разбогател. Доля нефтяных доходов в бюджете доходила до 87%. Но мир меняется. Через 30–40 лет главный (и, по сути, единственный) товар королевства может оказаться никому не нужен.

Подтолкнули к переменам и массовые протесты «арабской весны» в начале 2010-х. Восстания по всему Ближнему Востоку показали: растет молодежь, которая не хочет жить в стране, где жизнь ограничена религиозными и консервативными тисками.

Суть его такая: пока нефть еще покупают, нужно взять эти деньги и превратить их в заводы, курорты, технологии и акции прибыльных компаний. Чтобы, когда нефтяной кран перекроют, страна могла жить на доходы от инвестиций и туризма.

PIF стал главным финансовым инструментом этого плана. Стратегия говорит: «Нам нужен туризм» — PIF строит курорты. Говорит: «Нам нужны развлечения» — PIF создает индустрию. Говорит: «Нам нужны технологии» — PIF скупает компании по всему миру.

Под Vision 2030 PIF запустил целое созвездие гигантских строек:

• NEOM (бюджет ~$500 млрд) — футуристический город на северо-западе страны. Включает The Line — мегаздание 170 километров в длину.
• The Red Sea Global — люксовый курортный кластер на побережье Красного моря: десятки островов, коралловые рифы. Амбиция — стать «саудовскими Мальдивами».
• Qiddiya — «столица развлечений»: тематические парки, спортивные арены, автодром. Страна, где еще недавно не было кинотеатров, строит свой ответ Орландо.
• Trojena — горный курорт, где пройдут зимние Азиатские игры — 2029.

Правда, снижение цен на нефть уже бьет по планам. The Line в планах к 2030 году уже сократили до 2,4 км. Дефицит бюджета растет, и это вынуждает PIF тратить больше внутри страны, а не на глобальные сделки.

Королевство в самом деле меняется. 10 лет назад Саудовская Аравия была закрытой страной со строжайшими правилами. Женщины не могли водить машину и работать. Кинотеатров не было 30 лет. Теперь в стране проходят концерты, фестивали и даже техно-рейвы, а в кафе и ресторанах теперь можно сидеть мужчинам и женщинам вместе, даже если они не женаты.

Правда, Саудовская Аравия при всем движении вперед продолжает практиковать смертную казнь. Есть проблемы с правами рабочих-мигрантов и свободой прессы.

Критики говорят, что красивые картинки с Роналду и «Формулой-1» нужны, чтобы отвлечь внимание от нарушений прав человека.

Мухаммед ибн Салман в интервью Fox News ответил на такое обвинение прямо: «Мне все равно». По его словам, спорт обеспечивает рост ВВП — и это главное.