Екатерина Шульман
о новой роли
российского парламента

«Никто не понимает, что будет с нами через год»

Владимир Путин подписал указ о годовом моратории на имущество РАН и поменял систему финансирования науки

Тимур Мухаматулин, Павел Котляр, Николай Подорванюк 16.01.2014, 16:57
Ученые пока не понимают, чего им ожидать через год Максим Шеметов/ИТАР-ТАСС
Ученые пока не понимают, чего им ожидать через год

Владимир Путин подписал ряд поручений, связанных с наукой. Но если о годовом моратории на имущество РАН было известно заранее, то перевод фундаментальных исследований на гранты и государственное задание для академических ученых вызывают вопросы: ученые опасаются финансовых сложностей и внешних корректировок исследовательских тем.

В среду вечером Владимир Путин подписал перечень поручений по итогам прошедшего 20 декабря Совета по науке, сообщает официальный сайт президента. Он посвящен начавшейся в июле 2013 года реформе Российской академии наук (РАН). Отдел науки «Газеты.Ru» представляет анализ основных положений документа.

Уже первый пункт, при кажущейся невинности, заставляет задуматься научное сообщество: президент поручает правительству в срок до 1 апреля 2014 года «рассмотреть вопрос об оптимизации системы формирования государственного задания на выполнение работ (оказание услуг) в сфере науки, в том числе о формировании государственного задания на конкурсной основе, и представить соответствующие предложения».

«Сейчас государственным заданием для научных институтов, по сути, является их план научно-исследовательской работы, который возвращается нам из министерства», — рассказал корреспонденту «Газеты.Ru» администратор одного из институтов, входящих в состав Российской академии наук. В январе 2014 года формирование госзадания началось для вузов, подчиняющихся Министерству образования и науки.

«Это очень жесткий и формализованный документ, который охватывает разные стороны научной жизни, и последствия распространения такой практики на институты академии могут быть самыми серьезными», — отмечает академик, д.ф-м.н. Валерий Рубаков.

В этой новации дьявол, как обычно, прячется в деталях, т.е. в том, каков будет объем финансирования госзаданий, кто, как и по каким правилам будет их формулировать и проводить конкурсы и, наконец, будет ли при этом увеличен общий уровень финансирования научных организаций или «оптимизация» означает, что науку просто секвестрируют вслед за другими социальными расходами», — говорит ведущий научный сотрудник Лаборатории биомеханики НИИ механики МГУ, сопредседатель совета Общества научных работников Андрей Цатурян.

Есть и еще один аспект: госзадание будет выражаться не только в необходимости подготовки людей по тем или иным специальностям — речь может идти и о корректировке, и даже изменении исследовательских тем. «Государство хочет регулировать научный процесс, но ученые сомневаются в компетентности чиновников, которые будут госзадания раздавать. Выход я вижу в том, чтобы сами коллективы ученых публично формулировали основные направления своих исследовательских работ. Такая публичность будет хорошим лекарством от бесполезности и халтуры», — сказал руководитель Центра истории России, Украины и Белоруссии Института всеобщей истории РАН Александр Шубин.

Особенно на это обращают внимание работники гуманитарных институтов РАН, которые опасаются возможного идеологического влияния на свою работу.

Второй пункт касается кадров — президент предложил распространить на руководителей институтов и других учреждений, входящих в Российскую академию наук, нормы, которые сейчас распространяются на ректоров университетов (речь в первую очередь идет о возрастном цензе). При этом предполагается «при необходимости введение в научных организациях должности научного руководителя». В документе не раскрыто, что именно будет входить в компетенцию научного руководителя. Два дня назад на президиуме РАН звучало мнение, что это своего рода «парашют» для влиятельных ученых, которые по возрасту не смогут занимать директорские посты. Не стоит также исключать возможность привлечения на эти позиции одиозных ученых, которые не имели бы шанса быть избранными на общем собрании работников института. С другой стороны, возможно, речь идет о создании своего рода противовеса — директор, который больше сосредоточен на административной работе, и научный руководитель, который курирует содержательные аспекты.

Отсутствие конкретики пока не выглядит странным — к 1 мая правительство должно «представить предложения по внесению в законодательство России изменений», соответственно, статус будет более определенным.

В противном случае это может стать поводом для конфликтов между двумя «ветвями власти» в рамках одного отдельно взятого института.

Вызывает интерес третий пункт поручений — в нем правительству «в целях повышения эффективности использования бюджетных ассигнований федерального бюджета на проведение научных исследований» предлагается «преимущественно» перевести на гранты российские фундаментальные и поисковые научные исследования. Вторым подпунктом поручения значится «прекращение финансирования фундаментальных и поисковых научных исследований за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета на реализацию федеральных целевых программ (ФЦП)». Срок реализации решения — 1 июня 2014 года.

«Это означает, что деньги, которые сейчас идут на финансирование фундаментальной науки через ФЦП, будут переданы куда-то еще, например, во вновь созданный Российский научный фонд», — отметил Рубаков.

По его словам, из текста неясно, идет ли речь о сокращении базовой части финансирования. «Если идет, то многие институты окажутся банкротами», — говорит Рубаков.

Однако работники институтов опасаются, что речь может идти о начале перевода всей исследовательской деятельности на грантовые рельсы. «То есть начнется борьба за деньги, в которой будут решать не только научные факторы, но и административный ресурс, и многие другие внешние вещи», — утверждает администратор одного из институтов, входящих в состав Российской академии наук. «Это вызовет шок и ступор среди ученых. Речь раньше шла о том, что надо сохранять бюджетное финансирование и увеличивать грантовое. Считалось, что это оптимальный путь. Если снять бюджетное финансирование, будет просто коллапс, который коснется, боюсь, всех областей фундаментальной науки, это ее прихлопнет: прикладной науки это не коснется, так как там всегда была другая схема финансирования», — рассказал ведущий научный сотрудник Института ядерных исследований РАН, главный редактор «Троицкого варианта» Борис Штерн.

«Еще летом было известно, что в ФЦП, которая раньше называлась «Исследования и разработки», останутся только НИОКР, т.е. прикладные разработки, — рассказал «Газете.Ru» Андрей Цатурян. — Тогда же я слышал от сотрудников и членов Совета по науке Минобрнауки, что и эта, и другая ФЦП, которая раньше называлась «Научные кадры», будут переведены на грантовое финансирование. Прежде они реализовывались через систему непрозрачных и порой абсурдных «лотов», что подвергалось резкой критике научного сообщества.

То, что эта практика будет прекращена, можно было бы только приветствовать, если бы было понятно, по каким принципам и правилам будут расходоваться 11 млрд руб., переданных в Российский научный фонд (РНФ), в том числе и на выполнение тех задач, которые должна была решать ФЦП «Кадры».

Имеются опасения, что работа нового РНФ не будет соответствовать принятым во всем мире прозрачным правилам и принципам научной экспертизы. Иначе трудно объяснить, зачем законодатель придал РНФ многие черты госкорпораций, не прописав правила экспертизы, характерные для научных фондов, таких, например, как РФФИ и РГНФ».

Кроме того, официально оформлен мораторий на имущественные и кадровые решения в отношении Российской академии наук, а также сливающихся с ней Российской академии медицинских наук (РАМН) и Российской академии сельскохозяйственных наук (РАСХН). Напомним, что в декабре 2013 года начался процесс передачи учреждений, входящих в эти организации, — институтов, библиотек, домов ученых и прочих — в ведение созданного с целью управления имуществом академии Федерального агентства по научным организациям (ФАНО).

В связи с тем что научное сообщество неоднократно высказывало опасения относительно сохранности зданий институтов (в частности, тех, которые находятся в престижных районах Москвы), президент предложил ввести годовой мораторий на какие-либо изменения подобного рода. Более того, глава академии Владимир Фортов составил список из учреждений, которые РАН хотела бы сохранить в своем прямом подчинении, но они 8 января вошли в список передаваемых ФАНО. Несмотря на эти предложения политического руководства страны, еще в конце декабря 2013 года новосозданное ФАНО оперативно въехало в здание президиума РАН на Ленинском проспекте, заняв часть помещений расположенных там институтов. Поэтому на заседании президиума академии его члены интересовались возможностью формализации моратория.

«Хорошо, что мгновенных решений приниматься не будет, но все равно никто не понимает, что будет с нами через год», — говорит Рубаков.

Таким образом, поручения Путина касаются самых острых вопросов, ответов на которые у научного сообщества нет. Однако в нынешнем виде эти поручения могут спровоцировать дополнительные спекуляции – так как они сформулированы очень тезисно. «Распоряжения Владимира Владимировича Путина довольно логичны, но не одинаково хороши. До конца не ясно, во что они прорастут», — подытоживает заместитель председателя профсоюза РАН Вячеслав Вдовин.