Экспонат Six seven. Почему вирусные треки намертво застревают в голове и в чем их главный парадокс
Секрет раскрыли в стриминговом сервисе© «Теперь вы знаете» / создано при помощи нейросети
Что делает песню вирусной
Исследователи Голдсмитского университета разбирали, почему одни мелодии намертво застревают в голове, а другие — нет. Они опросили около трех тысяч человек и сравнили «прилипчивые» песни с обычными. Оказалось, дело не в сложности, а наоборот: заедают мелодии простые — чуть быстрее среднего темпа, с легким мотивом, но с необычным поворотом, который выделяет трек из ряда, — хуком.
Это может быть:
- повтор простой фразы или слова;
- скачок ноты;
- смена тембра;
- необычная интонация;
- продакшен-прием.
Главное, чтобы звучание не было монотонным, а отдельный фрагмент легко узнавался и оставался в памяти.
Текст при этом может быть любым: понятным, абсурдным, мемным или похожим на случайный набор фраз. Часто слушатель запоминает не то, о чем поет артист, а то, как именно звучит фраза.
Это хорошо видно на примере последних вирусных треков — «67 (Six seven)» Gazan и «Nobody» Aarne, Toxi$ и Big Baby Tape.
В «67» хук — это бодрый ритм припева и многократное повторение фразы six seven.
В «Nobody» хук устроен иначе: здесь длинная фраза в припеве сочетается со звуковыми эффектами и характерной манерой вокала.
Первый трек цепляет коротким повтором, второй — более протяженной музыкальной конструкцией.
Это показывает, что универсальной формы хука нет: важно, чтобы его хотелось переслушать.
При чем тут разгон трека в TikTok и других платформах с короткими видео?
Короткие видео стали главным двигателем вирусности, и работает здесь простая механика: песня должна давать пользователю готовый способ что-то с ней сделать.
У вирусных песен часто появляется собственное движение — жест или танец, который легко повторить. Он становится визуальным продолжением музыки и помогает треку расходиться. Пользователь не просто слушает песню, а получает готовый способ с ней взаимодействовать.
Сам разгон, по словам Комиссаровой, обычно идет тремя волнами.
Сначала — органический старт. Кто-то публикует ролик под трек, видео попадает в рекомендации, звук начинают использовать другие. Если ролики удерживают внимание и вызывают реакции, алгоритм расширяет охват сам.
Затем — массовое повторение механики. Артист или блогер задает понятный шаблон: движение, фразу, сюжет, прием монтажа. Тут и срабатывает низкий порог участия — чем проще повторить формат, тем шире он расходится, и трек из единичных роликов превращается в тренд.
Наконец — выход за пределы одной площадки. Трек уходит на другие площадки, растут прослушивания в стримингах. С этого момента вирусность в коротких видео начинает превращаться в реальные цифры для артиста.
За деньги, да? Влияют ли вложения на вирусность
Кажется логичным, что большие вложения и накрутка могут сделать трек вирусным и заставить его поселиться в голове любого слушателя. Но Комиссарова считает, что спешка с вложениями в трек будет только ему вредить.
Деньги будут «вирусить» музыку, только когда к ней уже есть органический интерес.
Тот же принцип определяет и «посевы» у блогеров. Здесь важно не то, сколько человек поддержат трек. А то, совпадает ли контент со вкусами аудитории. Питчинг в плейлисты решает ту же задачу на старте; по наблюдениям «Звука», попадание в релевантные редакционные подборки заметно влияет на динамику первых прослушиваний.
Не сработает и накрутка. Она создает видимость интереса, но не живую аудиторию. Искусственный трафик не превращается ни в фанатов, ни в продажи билетов, а подозрительную активность сервисы вычисляют и могут просто не засчитать.
Задача лейбла во всем этом — вовремя заметить органический рост и подключить продвижение, дистрибуцию и остальные ресурсы.
Почему вирусность нельзя запрограммировать
Но даже, казалось бы, правильно вложенные деньги и удачный питчинг не дают гарантии.
Вирусность складывается сразу из многих условий, которыми невозможно управлять одновременно:
- качество трека;
- культурный контекст;
- настроение аудитории;
- информационный фон;
- работа алгоритмов.
И решает не какое-то одно из них, а прежде всего то, как песню примут первые слушатели. Это подтверждает исследование, опубликованное в 2024 году в журнале Scientific Reports: если первые слушатели хорошо реагируют на трек и передают интерес дальше по своим связям, у песни куда больше шансов на популярность.
Талант сам по себе успеха тоже не гарантирует: сильный трек легко остается незамеченным без внятного продвижения.
Качество удерживает внимание, промо помогает найти аудиторию, реакция первых слушателей и алгоритмов определяет размах.
Труднее всего артисту вирусного хита смириться с тем, что после релиза песня перестает ему принадлежать. Ее ускоряют и замедляют, режут на фрагменты, снимают под нее видео, придумывают мемы, переворачивают смысл — так трек начинает жить за пределами замысла.
Повлиять на это можно лишь косвенно: выбрать запоминающийся фрагмент, придумать узнаваемый образ, предложить движение, отмечает Комиссарова.
А дальше начинается то, что не купить и не запрограммировать. Можно собрать идеальный хук, выбрать подходящего блогера, попасть в плейлисты — и все равно не угадать, подхватят ли трек первые слушатели и передадут ли его дальше. Именно они, а не бюджет выносят песню в тренды.
То есть то, что трек завирусится и застрянет у вас в голове, невозможно предугадать или гарантировать на 100% — можно лишь создать все условия и оставить место удаче.