Сомали Мам: история обмана. Как героиня, спасавшая девочек из ада, оказалась мошенницей на доверии

Камбоджа. Эта страна известна у россиян как центр туризма, а также с недавних пор как центр организованной преступности, в ловушку которой попадались и граждане РФ. Похищение иностранцев ради секс-рабства, рабства и продажи на органы тут не редкость. Но и к своим гражданам отношение у бандитов и сутенеров немногим лучше.

Сейчас такие истории шокируют, а в 1990-х и начале 2000-х Камбоджа считалась одной из горячих точек глобального рынка проституции и сексуального рабства, и это было как бы «в порядке вещей».

На этом фоне и появилась история женщины, которую весь мир вскоре назовет символом борьбы с торговлей людьми.

История Сомали Мам: девочка, которую продали

Детство Сомали Мам в буквальном смысле окутано туманом — туманом войны.

Дату и даже год своего рождения она не знает; по ее собственным оценкам, родилась примерно в 1970–1971 году в сельской местности Камбоджи. Имени при рождении она тоже не помнит, в воспоминаниях ее называли Нон — «младшая».

Точнее сказать нельзя: документов у девочки, как и у большой части сельских жителей Камбоджи, не было. А вот неразберихи в документах и учете хватало: детство Сомали пришлось на годы, когда страна переживала последствия режима Пол Пота и гражданской войны, в результате которой к власти пришла националистическая группировка «красных кхмеров».

Как рассказывала Сомали Мам в своей автобиографии, родителей она рано потеряла и толком не помнила. Какое-то время она росла у чужих людей, переходя из дома в дом.

В этой истории есть короткий эпизод, который сама Мам потом не раз описывала как первый шанс на другую жизнь.

Местный учитель заметил, что она не ходит в школу, и договорился, чтобы ее приняли на занятия. Условие со стороны «дедушки» было простым: учеба не должна мешать работе по дому и не должна стоить денег.

Сомали начала учиться позже других детей, быстро догнала программу и стала заниматься вместе со сверстниками. Учитель и его семья помогали ей с самыми простыми вещами — тетрадями, карандашами, книгами.

Если бы это был сюжет семейного кино, тут-то бы и случился хеппи-энд: упорная и талантливая девочка, преодолевая нищету, преграды и неверие в нее родственников, в результате упорной учебы достигла бы успеха, выпустилась и пошла бы дальше вверх по социальному лифту. Но публичная биография оказалась несколько сложнее и страшнее.

Учебу пришлось свернуть, когда, еще не достигнув 18 лет, она вышла замуж за парня постарше.

Он был солдатом и часто отсутствовал, воюя против «красных кхмеров», но Сомали не сильно переживала по этому поводу: по ее воспоминаниям, муж частенько бывал с ней груб.

Во время его отлучек девушка работала медсестрой при военном госпитале — в тяжелых условиях, с нехваткой медикаментов и постоянным потоком раненых.

Этот период она позже описывала как очень трудный и небезопасный. Якобы обычной практикой тогда были изнасилования медсестер старшими врачами госпиталя. Досталось и ей — брак, тем более такой «дистанционный», оберегом не был.

Однажды муж не вернулся из очередной отлучки — возможно, был убит во время партизанской вылазки. Вскоре после этого в ее жизни снова появился «дедушка». Он увез ее в город и отдал в бордель. Сомали говорила, что ей тогда было около 16 лет.

Годы рабства

Как и все «проданные», девушки в борделе были на положении сексуальных рабынь. Их заставляли отдаваться клиентам за деньги, которые шли сутенерам — якобы в счет их «долга», то есть денег, которые те заплатили за них мужчинам, подобно «дедушке».

Несколько лет она провела там, пытаясь выжить и иногда думая о побеге. Она рассказывала, как однажды помогла двум новым девушкам выбраться, а сама вскоре тоже попыталась уйти, после того как сутенер несколько дней истязал ее за их побег. Но таксист привез ее обратно — так она узнала, что все такси в городе крепко повязаны с сутенерами.

Вскоре ситуация усугубилась: пришло известие, что умер «дедушка». Правда это или нет, неизвестно, но тут же объявилась куча людей, которые объявили себя кредиторами «дедушки» и потребовали деньги с нее.

Пришлось отрабатывать все той же проституцией, отдавая кредиторам все заработанное — при этом Сомали Мам так и не узнала, говорили ей правду про долги «дедушки» или просто решили воспользоваться ее беззащитностью.

Первые годы после этого она зарабатывала на жизнь тем единственным, что умела.

Были и редкие светлые моменты. Однажды девушку заметил немец по имени Дитрих, работавший в Камбодже. Он какое-то время поддерживал ее, помог с одеждой, деньгами, а перед отъездом оставил значительную по местным меркам сумму — тысячу долларов. Часть этих денег, как она вспоминала, она раздала знакомым девушкам, которые оставались в той же среде, где когда-то жила сама.

Но тысяча долларов не изменила бы ее жизнь к лучшему, даже если бы она оставила ее себе. Помог случай, гласит биография.

Уже позже, продолжая искать заработок у гостиниц и европейских кварталов, она познакомилась с французом по имени Пьер Легро — сотрудником благотворительной организации. У них закрутились отношения, которые со временем стали серьезными. В конце концов они поженились и уехали во Францию, но затем снова вернулись в Камбоджу.

Именно этот путь — от деревенского детства к жизни на улице с выходом на типичную «историю Золушки» Сомали Мам позже будет рассказывать в мемуарах.

Из этого вырастет все остальное: и ее известность, и ее работа, и тот образ, который много лет воспринимался как символ спасения других.

AFESIP: история организации, которая вознесла Сомали Мам

Неизвестно, что из вышеописанной истории правда, а где Мам намеренно сгущала краски, чтобы людям проще было проникнуться к ней сочувствием. Впрочем, история действительно довольно типична для Камбоджи того времени.

Так или иначе, известная миру история Сомали Мам начинается в 1990-х, когда она вместе с мужем возвращается в Камбоджу уже как человек с миссией. Почувствовав твердую опору под ногами, она решила помогать тем, кто, как и она недавно, был вынужден выживать на улицах и в борделях.

Сомали представлялась сотрудником благотворительной организации и ходила по улицам, раздавая секс-работницам презервативы и средства гигиены. С теми, кто готов был слушать, она проводила беседы и даже советовала уйти из борделя, обещая предоставить убежище.

Для этого в доме, который они с мужем Пьером снимали, выделили пару комнат. В них постоянно проживали от двух до четырех девушек, воспользовавшихся ее предложением. Какие-то из них потом уходили обратно, но тех, кто был настроен изменить свою жизнь, супруги защищали. И даже нанимали учителей, чтобы они могли освоить какую-то простую профессию — например, швеи.

При этом в дом «тетушки Паувэ» Сомали Мам не ходила якобы из-за страшных воспоминаний об этом месте.

Их деятельность недолго оставалась незамеченной. Вскоре все сутенеры в городе знали, что объявившиеся приезжие из Франции выманивают их девочек. Их пытались не пускать в бордели, угрожали физической расправой и убийством, так что на некоторых им пришлось заявить в полицию. Но чем больше девушек узнавало о возможности вырваться из рабства, тем больше был поток нуждающихся на пороге их дома.

Со временем импровизированного шелтера стало не хватать. И в 1996 году Сомали Мам и ее муж Пьер официально основали организацию AFESIP (фр. Agir pour les Femmes en Situation Précaire — «Помощь женщинам в чрезвычайной ситуации»). О проституции в названии они решили не упоминать, чтобы не триггерить публику лишний раз.

Финансирование полилось рекой: пожертвования приходили из Евросоюза, от ЮНЕСКО, от испанского и французского правительств и от прочих организаций.

Новоявленный фонд занимался не только содержанием и лечением сбежавших от сутенеров секс-работниц, но и их обучением, чтобы они могли встать на ноги. Вскоре AFESIP завел штат профессиональных психологов, оказывавших помощь пережившим многое девушкам, а также открыл филиалы в других городах Камбоджи и странах Юго-Восточной Азии.

А сама Сомали Мам тем временем становилась иконой движения против эксплуатации и сексуального рабства. Уже в 1998 году ей в присутствии королевы Испании вручают престижную международную премию принца Астурийского за работу по защите прав человека.

В 2006 году Мам стала героиней выпуска на телеканале CNN, где презентовала будущую автобиографию «Шепот ужаса».

В тот же год журнал Glamour провозглашает ее женщиной года, Мам даже приглашают участвовать в церемонии открытия Олимпиады в Турине. Награды за ее героическую деятельность сыплются как из ведра: ее отмечают институты, правительства, фонды, даже Госдепартамент США провозгласил ее «героем борьбы с торговлей людьми».

В 2009 году журнал Time включил ее в список 100 самых влиятельных людей планеты.

Еще немного, и бывшая деревенская девочка из Камбоджи станет мировым героем. Но жизнь внесла в эту идиллическую картинку, так хорошо продающуюся таблоидам, свои коррективы.

Разоблачение легенды Сомали Мам

В 2014 году журнал Newsweek вышел с фото Сомали Мам на обложке. Поводом стала не очередная награда или слащавая история успеха, а журналистское расследование, сделавшее сенсационный вывод: ключевые элементы биографии Мам и истории некоторых «спасенных» могли быть сфабрикованы или существенно искажены.

Журналисты Newsweek и Cambodia Daily, заметившие несостыковки в событиях и датах в разных интервью Сомали Мам, поехали в ее родную деревню, где нашли и опросили ее друзей и родственников.

И те не подтвердили душещипательную историю, которую активно продавала газетам «мать и бабушка всех страдающих девушек, проданных в сексуальное рабство» (как она сама себя называла).

Вот лишь несколько выявленных несостыковок, которые вскрылись во время и после этого расследования:

• 14-летняя Ми Рата, которая стала одной из первых спасенных, выступивших от лица фонда на телевидении, позже призналась, что рассказанная ею по наущению Мам история о том, как ее обманом завлекли в бордель и насильно там удерживали, сильно приукрашена. На самом деле, как она призналась потом, туда ее привели родители, у которых не хватало средств к существованию. Эпизоды насилия из ее биографии также были придуманы Сомали Мам, потому что якобы те, с кем это на самом деле произошло, не могли выступить на публике.
• Сомана, другая женщина, историю которой широко тиражировали СМИ, рассказывала о себе как о жертве сексуального и физического насилия — якобы сутенеры порезали ножом ей глаз. Но она «выжила и после нескольких лет унижений и пыток смогла сбежать», спасибо фонду. В реальности, как сделали вывод изучившие эту историю врачи, шрам на ее лице — результат хирургической операции. Возможно, сделанной специально, чтобы усилить эффект от ее душераздирающего рассказа.
• Выдуманными оказались и истории про похищение ее дочери, и про сотрудников ее фонда, якобы пристававших к спасенным женщинам и продолжающих «круг насилия», из которого тех пытались вырвать. За это Мам впоследствии публично извинялась.

Выяснилось, что в ряде шелтеров, действовавших под эгидой организации, спасенных из секс-рабства девушек принуждали к изнурительному труду за копейки. Именно из-за этого некоторые девушки сбегали от своих спасителей и возвращались в сферу секс-услуг.

Но что сподвигло Сомали Мам на эту ложь?

Возможно, как она объясняла, желание хотя бы чужими устами дать огласку реальным историям, героини которых просто не могли бы выступать от своего имени. А возможно, банальное желание надавить на эмоции и привлечь внимание (и деньги) к своему фонду.

Многие не поверили, развернув на страницах изданий настоящую информационную войну «за» и «против» Сомали Мам. Тяжело верить, что человек, на которого правозащитники всего мира едва ли не молились, мог был замешан в обмане. Однако начавшиеся проверки, заказанные самим фондом AFESIP, вскрыли эти и другие неприятные подробности, подтвердив информацию журналистов.

28 мая 2014 года фонд принял отставку Сомали Мам и некоторых из ее ближайших сторонников. Фонд заверил, что будет продолжать работу, однако непрозрачность организации и махинации с информацией, чтобы получить финансирование, еще долго аукались AFESIP.

Сомали Мам последовательно отрицала обвинения, и многие из ее сторонников до сих пор убеждены, что все это ложь, призванная очернить правозащитницу и скомпрометировать ее миссию. После своей отставки она написала:

В конце 2014 года Сомали Мам открыла новый фонд. Однако на гала-концерты и публичные встречи со звездами ее все же почему-то приглашать почти перестали. А вот книга «Шепот ужаса» до сих пор широко продается — и многие принимают описанное в ней за правдивую автобиографию и реальное описание ужасов рабства в Юго-Восточной Азии.

Что не так с Сомали Мам

При всем вышеописанном сложно отрицать, что за годы своего существования фонд AFESIP привлек внимание к невыдуманной проблеме и реально помог многим женщинам. И истории многих из них, пусть и не столь кинематографичны, ничуть не менее ужасны, чем выдуманные.

Ложь Мам не просто подпортила репутацию ей и ее фонду. Она превратила борьбу с сексуальным рабством — трагедией, затрагивающей тысячи женщин по всему миру, — в индустрию, где шокирующая картинка важнее правды, а те, чьи истории не укладываются в идеальный нарратив «бедной жертвы», остаются без внимания.

Разоблачение Мам подорвало веру в искренность подобных активистов и позволило критикам движения за права женщин и против торговли людьми говорить о том, что все это — выдумки «радикальных феминисток», «аферисток» и «самопровозглашенных спасательниц». Маятник качнулся в другую сторону, и еще на несколько лет о секс-трафикинге как будто забыли, пока мир не всколыхнули другие громкие истории — Джеффри Эпштейна и Пи Дидди.