«У него была одна страсть — деньги»
Дело серийного отравителя слушают в Московском областном суде. Перед оглашением приговора в коридоре непривычно людно — до этого на заседания по делу Миссюры почти никто не ходил. Сам обвиняемый прессу не любит, еще в начале слушаний настойчиво просил, чтобы журналисты его не снимали. Председатель пошла навстречу, и фотографировать мужчину в «клетке» никому не разрешали. Однако для оглашения приговора запрет сняли. У дверей зала уже дежурят репортеры с камерами и микрофонами.
«Офигеть, бабку отравил, невесту свою отравил, [блин]. Пока невеста была в больнице, кредит на нее взял, [блин]!», — обсуждают преступления Миссюры корреспонденты.
«Это все потому, что он игроман. Мой знакомый лечит зависимых, говорит, алкоголиков среди них мало, а вот игроманов — полно!», — замечает один из операторов.
Ранее в суде Миссюра объяснял, что мечтал о такой работе, чтобы «не надо было ничего делать, но много получать». Такого молодому человеку никто не предлагал, поэтому он нигде не работал, занимая деньги у родственников. Вдобавок набрал микрокредитов и увлекся онлайн-казино.
«У него была одна пагубная страсть – деньги. Страсть безумная. Его ловили на воровстве, и он честно отвечал: когда вижу чужие деньги, мне кажется, что это мои», — рассказывали знакомые игромана.
«[Я] жил для себя, считал, что деньги только могут сделать лучше жизнь», — подтверждал Миссюра уже из СИЗО.
Судя по словам окружающих, от проблем Миссюра предпочитал убегать, много лгал. Если требовали вернуть долги, не отвечал на телефонные звонки, семье говорил, что работает, для своей девушки «делал вид, что деньги есть». В конце концов, когда выкручиваться стало все сложнее, он решил избавиться от всех трудностей с помощью яда. Сам он так и не смог внятно объяснить, почему выбрал именно такой способ. Почитав в интернете, какие вещества можно безопасно купить и хранить, зимой 2024-го юноша приобрел пять литров этиленгликоля (жидкость без цвета и запаха для автомобильных антифризов) и нитрит натрия (белый порошок, используется в консервации мяса). После чего начал экспериментировать над близкими.
Цепочка случайных жертв
Первой жертвой Миссюры стала его девушка Кристина Дудкина, с которой они жили вдвоем. Парень угостил ее джином с этиленгликолем, после чего Дудкину срочно госпитализировали. В больнице Миссюра часто навещал девушку, объясняя, что джин «оказался некачественным». Одновременно он получил доступ к ее телефону и взял на нее кредит — из-за этого позже в деле Миссюры кроме обвинения в убийстве появилась статья за мошенничество (ч. 3 ст. 159 УК).
Затем мужчина хотел так же отравить своего отчима, с которым давно конфликтовал. Но предназначавшийся тому морс с этиленгликолем случайно выпил друг Миссюры, Константин Каминский (по сведениям журналистов, работавший в ФСБ). На этот раз доза оказалась такой, что врачи не смогли спасти жертву. Возможно, друга успели бы «откачать», если бы виновник сразу рассказал о яде, но он струсил.
«Была возможность его спасти, а я не сказал», — признавался на суде Миссюра.
Следующей целью стала бабушка Миссюры. Она помогала внуку с деньгами, но тому показалось этого мало, и юноша решил отправить пожилую женщину в больницу, а пока обокрасть квартиру пенсионерки. От этиленгликоля мужчина отказался и использовал сыпучее отравляющее вещество, подмешивая его в соль и лекарство. Женщину дважды госпитализировали, во второй раз она скончалась. Вместе с бабушкой жил дядя Миссюры, он также пострадал, но выжил.
В числе жертв Миссюры — брат его девушки, с которым у него были финансовые разногласия (брат Дудкиной одолжил Артему больше 2,5 млн руб., а также ездил на машине Миссюры, мешая ее продать). Новую жертву отравитель угостил крабовым рулетом с ядом, но брата сразу стало тошнить, и он почти ничего не съел. Пострадал вновь посторонний — гостивший у брата белорус. Его также дважды госпитализировали и смогли спасти.
«Оказался не в то время не в том месте», — спокойно комментировал в суде последний случай Миссюра.
В итоге отчим Миссюры заподозрил неладное и забил тревогу. Мужчина дошел до полиции, где посоветовали установить скрытую камеру на кухне семьи. Она и «сдала» злоумышленника, его взяли с поличным, увидев на записи, как парень добавляет что-то в принесенные продукты. После задержания летом 2024-го Миссюра сам во все сознался (хотя позже жаловался, что в изоляторе его посадили в «пресс-хату» и заставляли дать признание).
Во время долгого судебного разбирательства обвиняемый настаивал, что не хотел никого отравить до смерти — просто неправильно рассчитывал дозу и последствия. Из путаных объяснений подсудимого следовало, что он намеревался лишь «на время» устранять жертв, чтобы так решать личные и финансовые проблемы. Например, отчима планировал отравить «из-за трусости, нежелания разрешить конфликт тет-а-тет».
«Признаю свою вину, раскаиваюсь… Приношу свои искренние извинения... Не знаю, как сложится моя дальнейшая судьба — или отправлюсь в зону специальной военной операции, или отправлюсь в места отбывания наказания», — заявлял Миссюра.
Он также обещал, что после приговора освоит какую-нибудь профессию в колонии и будет работать, чтобы выплатить иски потерпевших. По словам мужчины, больше всего ему хотелось бы работать при храме для заключенных.
«Нет ненависти к нему, только равнодушие»
В общей сложности Миссюре предъявили обвинение сразу по нескольким статьям Уголовного кодекса: мошенничество в крупном размере, покушение на убийство, убийство из корыстных побуждений (п. «а», «е», «з» ч. 2 ст. 105, ч. 3 ст. 30, п. «а», «е», «з» ч. 2 ст. 105, ч. 3 ст. 159). Прокуратура в мае потребовала приговорить его к пожизненному заключению.
«Государственный обвинитель прокуратуры Московской области, выступая в прениях, акцентировала внимание суда на циничном и беспринципном характере совершенных преступлений, тщательно разработанном плане по отравлению близких родственников и знакомых, корыстном мотиве подсудимого», — аргументировала желаемое наказание пресс-служба областной прокуратуры.
На оглашение приговора, 24 июля, в зал суда к Миссюре в итоге запускают даже не всю прессу. Репортерам с камерами дают провести короткую видеосъемку, после чего всех выгоняют обратно в коридор, оставляя только «пищущих» корреспондентов. Сам Миссюра находится в «клетке» зала в наручниках, смотрит в пол, на лице у него медицинская маска, на глаза надвинута черная кепка.
Кроме журналистов решения судьи в зале ждут его бывшая девушка Дудкина, ее мать, а также несколько неизвестных. Появившийся председатель быстро объявляет ожидаемый вердикт.
«Путем частичного сложения наказаний назначить Миссюре окончательное наказание в виде пожизненного лишения свободы», — гласит приговор.
В общей сложности оглашение занимает меньше 20 минут. Собравшиеся ради этого корреспонденты покидают суд несколько разочарованно.
«Такого скомканного вердикта я еще не видел. И обычно, когда зачитывают приговор, дают все снимать, а тут прессу не пустили. Будто мы ради себя здесь собрались, мы же ради людей работаем», — удивляется пожилой репортер.
«Нормально, это лучше, чем два часа ждать. Так и должно быть. Особенно с такими», — возражает молодая телеведущая.
На радость прессе, бывшая подруга Миссюры с матерью соглашаются дать комментарий, выйдя из зала. Серьезную девушку в очках сразу окружает плотная толпа журналистов, она держится спокойно, стараясь подобрать правильные слова.
«Я считаю приговор справедливым, потому что в живых нет двух человек... родители [Каминского] потеряли своего ребенка», — подчеркивает Дудкина.
Она также отмечает, что в суде Миссюра перед ней так и не извинился. На взгляд девушки, на самом деле ему все равно на мнение других и простят ли его. Что касается неизвестных людей в зале, по мнению Дудкиной, это были «бывшие друзья» Артема.
«После задержания он говорил журналистам, что любит вас», — отмечает кто-то из корреспондентов.
«Я не хочу анализировать это, есть факт отравления, для меня это не любовь. Я просто хочу забыть, отпустить эту историю. Во мне нет ненависти к нему, только равнодушие... Хочу дальше спокойно двигаться по жизни... «Простить», «не простить» — думаю, ему абсолютно без разницы, простят ли его», — резюмирует Дудкина.
Мать девушки на расспросы журналистов отвечает, что Миссюра всегда казался ей «спокойным» парнем, не вызывающим никаких подозрений (хотя однажды она выкинула принесенную им соль благодаря «интуиции»).
«Знаете, как говорят — в тихом болоте черти водятся», — замечает женщина на прощание.