Напомним, главная интрига прошлогоднего пилотного проекта заключалась в методике отбора экспертов, и эта методика была прекрасной калькой с методики peer review, используемой в самых авторитетных грантовых агентствах и лучших научных журналах мира. Иными словами, в эксперты отбирались, насколько это возможно, лучшие из лучших.
Как заявил «Газете.Ru» Иван Стерлигов, начальник аналитического отдела НИУ ВШЭ, инициировавшего и ведущего этот проект, для начала команда проекта выбирала по каждой дисциплине порядка десятка ведущих экспертов, опираясь на консультации с корифеями наук и разнообразные формальные индикаторы. Затем каждому из этих тщательно отобранных предлагалось указать не менее 25 человек, которые, по их мнению, самые в своем направлении лучшие. Иначе говоря, люди Стерлигова своей репутацией ручались в каждом случае за семь-десять человек, а насчет остальных они просто верили своим избранникам на слово. Не самый идеальный метод, но идеальнее пока не придумано.
Экспертам, таким образом выбранным, предложили оценить список журналов, формируемый на основе Российского научного индекса цитирования, составляемого порталом elibrary.ru, — тоже не самый идеальный вариант, но опять же, похоже, не имеющий более идеального конкурента. Правда, экспертам позволялось при этом включать в список журналы, там не присутствующие. Этим правом, по словам Стерлигова, воспользовались многие, хотя на распределение по категориям это никак не повлияло.
Результатом должно было быть разделение журналов на три группы — А1 (высокий уровень, широкий профиль), А2 (высокий уровень, узкий профиль) и В (средний уровень).
Если в прошлый раз в категорию А1 не попал ни один журнал, то сейчас эксперты отнеслись к печатным изданиям своего профиля несколько благостнее — в номинацию «фундаментальная математика» попал журнал «Успехи математических наук» (импакт-фактор — 0,496), филология получила аж сразу двух лидеров под названием «Новое литературное обозрение» и «Русская литература», у философии, естественно, получил оценку А1 журнал «Вопросы философии», у политологии лидером стал журнал «Полис», у лингвистики — «Языкознание».
Остальные пять дисциплин — прикладная математика, информатика, менеджмент, право и психология — остались без журнальных лидеров А1 по разным причинам. У одних, как, например, у представителей компьютерного сообщества, по словам Стерлигова, совсем другие источники научной информации, они ими просто мало интересуются. У других, имеется в виду менеджмент, была проблема в подборе экспертов — это слишком занятые люди, да и предложенный за экспертизу гонорар не вызвал у них энтузиазма. Третьи русских журналов не читают вообще, так что и оценить их оказались не в состоянии.
«Что касается экономики, то мы всячески пытались, — говорит Стерлигов, — уменьшить здесь число экспертов из Вышки. Это было в прошлом году, а в результате в этом году многие из «посторонних» оказались в штате НИУ ВШЭ».
И тем не менее лучше хоть какой-то рейтинг, чем никакой.
В ближайшем времени полный отчет со всеми цифрами авторы проекта намерены вывесить в интернете в открытом доступе.