— В Институте теоретической и экспериментальной физики (ИТЭФ) вы возглавляете лабораторию физики элементарных частиц, чем вы сейчас занимаетесь?
— Наш институт является исследовательским, это база для МФТИ, для тех людей, которые специализируются на физике высоких энергий. Это то самое направление, где бозон Хиггса, коллайдер и все нашумевшие с этим проблемы. Я обучаю людей (не только из МФТИ, но из МИФИ, МГУ), обучение студенты начинают с 3-го курса, приезжают к нам, и мы читаем им лекции. Специфика интересов — это физика на коллайдерах, физика столкновения частиц, рождение новых частиц; мы строим подводный нейтринный телескоп на дне Средиземного моря, участвуем в эксперименте на Байкале и в антарктическом эксперименте Ice Cube. Самым крупным событием в физике частиц я считаю то, что свойства частицы, которую искали как бозон Хиггса, оказались в полном согласии с ожидаемыми. Это совершенно удивительно, что частица, которую предсказали в 70-е годы, обнаружили только сейчас, и она оказалась такой, как ожидалось. Несмотря на это, даже с ее открытием в теории остается много противоречий.
— Какие из проблем ИТЭФа полуторагодичной давности удалось решить?
С нашим сгоревшим ускорителем, который в первые дни и Кириенко, и Курчатовский институт обещали восстановить, ничего не происходит.
А этот ускоритель кроме всяких академических целей был реальным центром лучевой терапии, который лечил тысячи раковых больных из онкологического центра на Каширке. И по количеству пациентов он был одним из лидеров в мире.
— Что нового в вашей работе по разоблачению диссертантов?
— К нам приходят новые люди, мы достаточно много времени тратим на их обучение, так что потихоньку расширяемся. К нам стали обращаться региональные СМИ с просьбами исследовать работы неких местных персонажей. Мы помогаем им технически, но основная работа, чтобы проверить все глазами и убедиться в количестве «спертого» и незакавыченного текста, остается за ними. Это не однодневная работа. Как правило, копают истории про региональных начальников, ректоров вузов, мэров, председателей судов… целый зоопарк, в общем. В регионах эта проблема оказалась еще более рельефной. Там, если диссертация списана, она списана от первой до последней строчки.
— Есть те, кто за эту деятельность на вас смотрит косо?
— Думаю, что нет. Сколько людей в России знает о том, что есть такой проект «Диссернет»? Думаю, меньше одной сотой процента.
— Расскажите про ваше увлечение мегалитами.
Там видно, как вырезали камни какой-то машиной, которая оставляла следы в виде окружности. Все это остается большой загадкой…
— Почему вы стали заниматься физикой вина?
— Года два уже я веду винный блог, раньше более активно, сейчас менее. Это связано с тем, что винная культура у нас в России слишком слабо развита, плохо развита питейная культура. Первый вопрос, который у нас задают: «А вино хорошее?» Так сложилось, что какую-то часть жизни я прожил во Франции, потом в Германии, и видел, как на Западе все по-другому устроено. К примеру, винных блогеров в одной Америке больше тысячи человек, это люди, которые пишут о вине. Пишут о винных производителях — новые конкурсы, новые победители, новые аукционы урожаев… это целый мир! У нас, в России, около 10 винных блогеров. Таков масштаб разницы в отношении. Я когда-то составил график, в котором по одной оси отложено потребление вина на душу населения одной страны, по другой — дата основания там первого университета. И оказалось, что чем длиннее в стране академическая образовательная культура, тем больше потребление хорошего, качественного вина.
В России, так же как и в диссертациях, в вине очень много фальшака. И это тоже очень печально. И, поскольку я физик, меня стали интересовать, что же находится на стыке виноделия и физики.
— Какие области знаний объединяет в себе физика вина?
— Самый простой ответ — это все. Там есть и гидродинамика, и акустика… есть даже сверхпроводимость! В одной из японских лабораторий ученые изучали высокотемпературную сверхпроводимость. Они довольно долго не могли получить проводимость при нужной температуре. Однажды несколько студентов остались на вечер в лаборатории, что они там делали, никому не известно, однако на следующий день образцы показали замечательную сверхпроводимость. Стали выяснять — оказалось, что образцы проводника погружали в стакан с алкоголем, и оказалось, что он помогает образцам в дальнейшем приобрести сверхпроводящие свойства. И самым эффективным помимо виски и саке оказалось вино.
— Расскажите о каком-нибудь малоизвестном факте о вине.
Они образуют полости, в которых спрятаны пузырьки газа, они-то и являются теми зародышами, из которых образуются пузырьки.
— Как правильно наливать шампанское?
— Шампанское в бокале живое, пока оно играет, то есть идет игра пузырьков. Если наливать по-гусарски, то есть просто сверху в бокал, то заметная часть растворенного газа просто уходит, это видно при помощи тепловизора. А если наливать, как пиво, по стеночке, то газа удается сохранить больше.
