«Не знаем, что делать дальше, но знаем, над чем думать»

Научные работники в Москве обсудили «липовые диссертации», недостаток финансирования РФФИ и бюрократию в науке

«Липовые диссертации», недостаток финансирования Российского фонда фундаментальных исследований и жуткая бюрократизация отечественной науки стали главными темами прошедшего в Москве съезда Общества научных работников — организации, призванной решать проблемы науки и образования «снизу». Несмотря на присутствие на съезде заместителя министра образования и науки Игоря Федюкина и ответственного секретаря совета РФФИ Владимира Шахнова, вряд ли все обсуждавшиеся проблемы будут решены в ближайшее время.

Накануне в одном из московских кафе на Сретенке состоялось общее собрание Общества научных работников (ОНР) — сообщества, уже достаточно популярного среди ученых и вообще людей, имеющих профессиональное отношение к науке в России. Хотя, по всеобщему мнению, отечественные ученые слишком разобщены и заняты собственными проблемами, вероятно, в настоящее время наблюдается тот самый крайний случай, когда собственные проблемы именно и подвигают ученых к самоорганизации.

Крайний случай забрезжил еще в начале девяностых годов прошлого века, тогда наука вдруг перестала быть необходимой властям, хотя вслух говорилось совсем другое, когда ученым практически перестали платить деньги. Сменяющие друг друга министры науки и бессменный президент РАН, кто искренне, а кто по долгу службы, уверяли публику в том, что российская наука умирает, но они делают все, чтобы этого не случилось. Им не верили, и организации типа ОНР редко, но время от времени возникали, чтобы вскоре умереть. Сначала был КИАН (Клуб избирателей академии наук), удивительнейшая тусовка, которая объединяла порядка 50 институтов академии наук, активно действовала, но в конце концов не выдержала давления жизни и распалась. Потом долго ничего не было, хотя лет семь назад была предпринята неудачная попытка организовать возмущенных деятелей науки. Год назад по инициативе Дмитрия Дьяконова, одного из талантливейших, по всеобщему признанию, физиков России (он, к сожалению, в декабре скончался), и главного редактора газеты «Троицкий вариант — наука» Бориса Штерна Общество научных работников все-таки родилось.

Если уже упомянутый КИАН был, как тогда говорили, «порождением кухонь и телефонной книжки», то ОНР можно назвать порождением интернета, блогов и форумов.

Цель, как записано в декларации ОНР — «сообща способствовать возрождению российской науки и дееспособности научного сообщества». Причина — «отчуждение власти от научных работников, не виданное ни в развитых, ни в догоняющих странах». Создание ОНР сами же члены назвали «жестом отчаяния». Жест, как ни странно, оказался очень выразительным, и после нескольких удачных акций — обращений в администрацию президента, Министерство образования и науки и другие организации, собиравших сотни и тысячи подписей, — рождение ОНР было признано состоявшимся. Если вначале это была группа из нескольких человек, то сегодня она насчитывает более двух сотен членов.

На общем собрании ОНР его члены должны были решить ряд организационных вопросов (некоторые изменения в структуре и, главное, вопрос об официальном учреждении общества), а также проголосовать под рядом обращений в правительство, Думу, Министерство образования и науки и другие организации по самым болевым точкам в сегодняшней российской науке. Эти болевые точки были перечислены в нескольких докладах (отдел науки «Газеты.Ru» регулярно о них рассказывает) — ситуация с фальсифицированными диссертациями, которые сегодня плодятся в угрожающем количестве, катастрофическое положение с конкурсным финансированием науки, а именно ситуация в Российском фонде фундаментальных исследований и, соответственно, в Российском гуманитарном научном фонде, и, наверное, самое главное — о немыслимом бюрократическом давлении на науку и образование, которое грозит в недалеком будущем вообще поставить на них окончательный крест.

Фальсифицированным диссертациям было посвящено сразу два доклада.

Здесь, как известно, дело сдвинулось с мертвой точки, и ученые в данном случае работают рука об руку с профильным министерством — пока весьма удачно.

Один из выступавших, генетик Михаил Гельфанд, заместитель директора Института проблем передачи информации РАН, рассказал о результатах работы министерской комиссии, созданной по этому поводу, объяснил собравшимся масштаб бедствия, а также поражающий воображение «масштаб халтуры», безоглядной грубости, с которой пекутся фальшивые диссертации. Другой доклад был посвящен докторской диссертации ректора Сибирского государственного университета телекоммуникаций и информатики (СибГУТИ) Сергея Ситникова (подробнее об этом можно прочитать в газете «Троицкий вариант»). Доля плагиата в его тексте составляет порядка 50 процентов, но на все обращения научных сотрудников в ВАК и Минобрнауки был получен отрицательный ответ об отсутствии «оснований для лишения Ситникова С. Г. заслуженно присужденной ему ученой степени доктора технических наук». Притом что плагиат в работах Ситникова тесно соседствует с фальсификацией научных публикаций: 16 статей в журналах списка ВАК переписаны из чужой монографии, а 11 научных публикаций и три учебных пособия вообще не издавались.

Наибольший интерес на съезде ОНР вызвало сообщение о ситуации в РФФИ. Несмотря на заявления высших лиц государства, этот, по сути, единственный в стране орган, осуществляющий в стране конкурсное финансирование фундаментальных научных исследований, живет все хуже и хуже. Начать с того, что если до 2009 года его доля в общем финансировании фундаментальной науки составляла шесть процентов, то сегодня она еле переваливает за два. Прогрессирует и всегдашняя беда РФФИ — поздний приход финансов к грантодержателю. В прошлом году положение с деньгами дошло до абсурда, они пришли к ученым в декабре, то есть тогда, когда им нужно было отчитываться о результатах проведенного исследования. Очень возмутил ученых и тот факт, что РФФИ отказался финансировать поездки ученых на конференции — то есть выдавать так называемые трэвел-гранты. Среди прочего, критиковали также новую систему kias, регулирующую процесс регистрации желающих получить грант, подачи заявок и т. д.: она настолько несовершенна и запутана, что «значительный», как было сказано, процент экспертов, не справившись с ней, отказался оценивать заявки и покинул РФФИ.

Давление бюрократии на науку и образование тоже, судя по докладам, поражает своими масштабами.

Нелепые требования к лекторам (такое, например, как требование пользоваться учебниками, вышедшими не позже, чем пять лет назад, иначе штраф), заявил выступавший о ситуации в вузах, выхолащивают учебный процесс и приводят к вытеснению специалистов из университетской системы, особенно на периферии. Та же абсурдная ситуация и в науке. Например, в верхах решено отменить надбавки ученым за степень — это особенно возмутило ученых и стало поводом для отдельного обращения в Минобрнауки, правительство, Госдуму и СМИ. Соответствующее обращение подписали почти пять тысяч человек.

В конце собрания состоялся разговор с чиновниками — ответственным секретарем совета РФФИ Владимиром Шахновым и заместителем министра образования и науки Игорем Федюкиным. Общее впечатление от их выступлений — хотя они оба не всегда были согласны с оценками ОНР, но в целом озабоченность общества разделяют, и ситуацию там, где можно, их ведомства пытаются исправить. Там, где можно, — это там, где позволяет закон. Например, закон запрещает РФФИ выдавать трэвел-гранты, потому что нет такого понятия в российском законодательстве. Закон также не предусматривает никаких надбавок за научные звания, и, пока это не будет исправлено, ничего с этим поделать нельзя.

У корреспондента «Газеты.Ru» от этих двух диалогов осталось абсурдное впечатление — будто ученые разговаривали не с теми людьми. Интеллигентные, понимающие, каждый с несколькими высшими образованиями или даже с честно полученной ученой степенью, эти чиновники не казались воплощением нигде не виданного «отчуждения власти от научных работников». Общение с ними рождало надежду на хоть какое-то исправление ситуации. Хотя, как выразился ведущий съезда, «мы не знаем, что делать дальше, но знаем, над чем думать».

Масса бюрократов, плодящих бессмысленные и смертельно опасные для науки постановления, от этого диалога осталась как бы и в стороне, продолжая делать свое бумажное дело.

Под вечер стали известны итоги голосования: все обращения ОНР были его членами одобрены, все внутренние вопросы решены. В частности, решено было не спешить с официальной регистрацией общества для того, чтобы оставить себе побольше свободы действий. С другими итогами съезда можно ознакомиться на сайте ОНР.