В трех экспериментах, поставленных социологами из Калифорнийского университета в Беркли, было установлено, что чем менее религиозен человек, тем больше его щедрость и бескорыстные поступки по отношению к другим диктуются чувством сострадания. И наоборот: чем более он набожен, тем меньше они продиктованы сочувствием.
Статья с описанием экспериментов принята к публикации в июльском номере Social Psychological and Personality Science (импакт фактор 2,52, что весьма неплохо для издания по социальной психологии) и доступна онлайн.
Как показал эксперимент, связь между состраданием и щедростью сильней выражена у тех, кто считает себя нерелигиозным или не очень религиозным человеком.
«Для менее религиозных сила эмоциональной связи с другим человеком критически важна при принятии решения, помогать этому человеку или нет. В свою очередь, более религиозные люди свою щедрость меньше основывают на эмоциях и больше на таких факторах, как религиозная доктрина, идентификация себя в качестве представителя церковной общины и соображениях репутации», — комментирует результаты исследования один из авторов статьи социолог Роб Уиллер.
для глубоко верующих поведенческий код, связанный с усвоенным моральным обязательством («надо помогать ближним»), играет большую роль, чем эмоции.
«Мы предполагаем, что религия изменяет фактор, движущий щедрым поведением», — считает ведущий автор статьи Лора Сэслоу.
Первая часть статьи посвящена анализу социоопроса, в котором приняли участие 1300 взрослых американцев, из которых сначала была выделена группа людей, склонных проявлять милосердие по отношению к тем, кто оказался в менее выгодном, чем окружающие, положении. Дальнейшее изучение этой группы показало, что большую часть тех, кто готов предоставить свой кров бездомным и дать им денег именно из чувства сострадания, составляют малорелигиозные или неверующие люди.
«Это показывает, что, хотя сострадание ассоциируется с просоциальным поведением как у менее религиозных, так и более религиозных индивидов, эта связь сильней всего выражена в случае менее религиозных», — пишут авторы.
В результате менее религиозные участники эксперимента оказались более щедрыми.
«Видео, пробуждающее сострадание, активно стимулировало их альтруизм, но не оказало заметного влияния на щедрость более религиозных членов группы», — констатирует Уиллер.
Как выяснилось, более сострадательные, но менее религиозные оказались и более щедрыми.
«Как видим, несмотря на то что в США менее набожные люди вызывают меньше доверия, они более склонны помогать своим согражданам из чувства сострадания, чем набожные»,
— резюмирует Роб Уиллер.
Раз более набожные люди руководствуются в своем альтруизме более «доктриной», чем эмоциями, то понятно, почему ортодоксы демонстрируют подчас удивительную жестокость и бесчеловечность в ситуациях, когда они считают, что их религии — поведенческому коду, с которым они себя идентифицируют, — что-то угрожает. Если принцип правила оказывается сильней простого человеческого чувства, того же сострадания, то смена одного правила (скажем, «возлюби ближнего») на диаметрально противоположное (скажем, «пришел я не с миром, а с мечом») для религиозного ортодокса является дежурной процедурой: религия не была бы религией, если бы у нее на все вопросы не находились тут же нужные ответы.
