«С каторжанином бабло пилить государственное?»

Виктор Петрик о Грызлове, «Чистой воде,» фильтрах, исках в суд и Академии наук

Николай Подорванюк 25.05.2010, 18:37
nanonewsnet.ru

Виктор Петрик рассказал о своей научной работе с Борисом Грызловым, о ходе внедрения своих фильтров в рамках программы «Чистая вода», об иске к журналистам и заявил, что академики Кругляков и Александров страдают «старческим слабоумием».

«К науке это не имеет отношения». Даная фраза из заключения комиссии РАН по деятельности Виктора Петрика незримо присутствовала в сознании корреспондента «Газеты.Ru» в преддверии пресс-конференции этого изобретателя. Девушка же, ведущая мероприятие, представила «героя дня» следующими словами: «изобретатель, автор четырех научных открытий, академик РАЕН, президент и владелец компании «Золотая формула», разработчик фильтров по очистке воды».

На едва ли не первую в своей жизни пресс-конференцию Петрик пришел вместе с адвокатом Андреем Микоминым и с большой папкой бумаг. Степень участия в пресс-конференции была одинаково нулевой как у адвоката, который не сказал ни слова за время мероприятия, так и у бумаг, который показывались Петриком только издали.

Во вступительном слове, продолжавшемся около получаса, Петрик пообещал рассказать, «кто заказчик, кто платит деньги, что за история», и заявил, что открыт для любых вопросов. «У нас есть готовые изделия, сертификаты, работающие объекты, построены заводы. Но академия наук говорит: этого не может быть!» — заявил Петрик.

Если кратко пересказывать стартовое заявление Петрика, то в своей «травле в СМИ» он обвиняет академиков Евгения Александрова и Эдуарда Круглякова, а также некоторых журналистов, в частности некоего Валерия Лебедева из Америки. Продемонстрировав на большом мониторе открытое письмо в адрес президента РАН Юрия Осипова, Петрик заявил, что со стороны академиков по отношению к нему есть восемь инсинуаций. Кроме того, Петрик заявил, что опубликованное в апреле заключение комиссии РАН является текстом, написанным в Америке журналистом Лебедевым, а Кругляков просто скопировал этот текст для заключения комиссии РАН.

При этом Петрик упорно делал ударение на букву «у», и только под самый конец, видимо, подустав, начал произносить фамилию главы комиссии РАН по борьбе с лженаукой с правильным ударением.

«Там написано, что Петрик не мог разделить водород от трития. Второй раз, что Петрик не мог разделить водород от дейтерия, а не от трития. Вы еще не потрясены, но будете потрясены чуть ниже. Ни один физик в мире не мог сказать эти слова! — возмущался Петрик. — Тритий — это водород, дейтерий — тоже водород. Это все равно, что профессиональный рыбак сказал бы, отделите в моей лодке рыбу от карпа или от щуки. Этот абсурд даже домохозяйка не произнесет. Как же могли академики такое написать? Это не ахинея, это безграмотность. И я вам много чего еще покажу. Вот за это я буду судить их, за то, что это не они писали. Кругляков вместе со своей командой запугали профессиональных ученых. Заключение написали Александров с Лебедевым, и пришло оно из Америки исключительно. Вот такая история, мои дорогие друзья».

В данном случае академики явно имели ввиду протий — так называется самый лёгкий изотоп водорода, ядро которого состоит из одного протона.

Протий составляет 99,9885% от общего числа атомов водорода во Вселенной и является наиболее распространённым нуклидом в природе среди изотопов всех химических элементов.

В подавляющем большинстве случаев при употреблении слова «водород» в научных работах имеется ввиду как раз самый легкий изотоп. Поэтому данное высказывание Петрика является скорее придиркой, хотя, бесспорно, в науке мелочей не бывает.

Но процитируем еще некоторые высказывания Петрика.

«Лебедев из Америки заявил: Петрика подвели к Бушу, он заплатил 10 тысяч долларов и сделал фотографию. То же самое повторяет наш умник Кругляков. Когда первый раз Лебедев написал, что это фотошоп, я позвонил в Америку и мне дали адрес Национального архива США, где каждый может заказать одну из семи моих фотографий с президентом. Сейчас я вам одну из них покажу…» — тут Петрик полез в свою папку, достал ряд фотографий, пролистал их и, как бы мимоходом, заметил: «Ее здесь нет почему-то. А неважно, она в интернете есть».

На этом Петрик не успокоился и продолжил вступление. «Это похоже, что это подвели? Ясно, что люди идут на ложь, лишь бы сделать свое деструктивное, диверсионное.

Я заявляю, что во главе с Кругляковым действует диверсионная группа в рамках процветающей в России сетевой информационной войны.

В мире горячие войны отступают все дальше и дальше. Сегодня с помощью правильно выбранных информационных потоков можно все изменить, отношение к истории, забыть что мы, кто мы. Один правильно построенный сегмент сможет депрессировать целое направление развития отдельной страны. Сетевая война ведется по отношению к друзьям, к врагам. Это и в Америке тоже, и во всех странах проходит. Мы слабенькие, плохо понимаем, как это происходит. Один Кругляков в состоянии разрушить нашу науку. За мной правда. Это я вам всем говорю: очень скоро вы все увидите мою победу».

Упомянув про повесившегося изобретателя «голубой крови» Белоярцева и Наталью Бехтереву, которая подвергалась критике комиссии РАН по борьбе с лженаукой за некорректно поставленные опыты по проверке экстрасенсорных способностей, Петрик наконец предложил перейти к вопросам. Ответ на первый же вопрос получился столь длинным, как и вступление, и занял почти полчаса.

«Расскажите про проект «Чистая вода», сколько стоит, как продвигается его реализация?» — «Конечно, надо быть врагом своего народа, как Кругляков, чтобы говорить, что у нас идеальная вода в каналах.

В Саратове девчонки, чтобы пойти на танцы, кипятят воду, кидают туда соду, снимают пену и только потом кипятят в ней свою белую одежду, чтобы она не была в желтых пятнах.

Вот такая у нас вода. А что происходит в деревнях? Наша вода — это могильники. Сомневаюсь, что где-то еще есть такой кошмар. Заявлять, что наша страна не нуждается в очистке воды и в крайнем случае нужно поменять трубы... Это я говорю об общем положении «Чистой воды». Чуть позже бы к этой программе все равно приступили, даже если бы не мое изобретение. Оно не имеет отношения к централизованному водоснабжению. Мой новый сорбент имеет отношение к конечному процессу доочистки воды. Впервые в мире создан сорбент, очищающий воду от органических соединений. С изобретением ознакомились Грызлов и руководители партии, тогда появилась идея программы. Я доказывал всем, что можем поставить в родительные дома (вода нужна для первых глотков ребенка или когда вы моете его), в школы, в детские сады».

Петрик еще рассказал, что он разработал сорбент в 1996 году, и затем его фильтры испытывали в Институте криминалистики ФСБ России, в, как выразился Петрик, «Университете имени Ломоносова», в Научно исследовательском институте Министерства обороны. «У нас 34 сертификата, это очень много!» — оживленно говорил Петрик.

Чем больше журналисты вздыхали от того, что приходится выслушивать такие длинные выступления, тем больше Петрик входил в азарт.

Дальше последовал рассказ о том, как в лабораторию к Петрику приезжал Грызлов и «долго набирал воду, пропускал, отдавал на анализы».

Потом Петрик сделал очередное громкое заявление: «Как можно поверить, что партия не проверила материал и стала проверять его на детях и детских садах?» Среди прочего последовало упоминание, что «Чистая вода» — это федеральная целевая программа, всего лишь вторая в России, а первая — это сельское хозяйство (правда, на сайте «Федеральные целевые программы Российской федерации» идет список аж из 53 программ, и «Чистой воды» там нет).

«Да, благодаря мне и партии проект «Чистая вода» поднят, он будет осуществлен, — заявил Петрик. — Другие партии зевнули и теперь злятся. Я как-то проходил мимо Миронова, так он мне сказал: «Что же вы ко мне в кабинет не заглядываете?» Я настаиваю на том, что будет объявлен мировой конкурс на технологии конечной доочистки воды. Не российский, а мировой. Будут итальянские фильтры «Бритта», американские и израильские фильтры — все приедут. Проведем полный анализ возможностей этой, второй или третьей систем. Если победит Бангладеш, то слава богу. Но я-то знаю, что победа будет моя, и будет очень стыдно этим людям, в которых явно просматриваются следы возрастной деградации, которая именуется старческая деменция, старческое слабоумие.

Почему я так позволяю себе говорить? Я позже покажу. Не только как отличать рыбу от карпа, но и другие документы».

Под конец ответа последовал пространное рассуждение насчет наличия наночастиц в фильтре и о том, что дафнии и должны гибнуть в воде, очищенной фильтрами Петрика, так как там присутствуют частицы серебра. «Для того туда и кладем серебро, чтобы там гибли амебы и микробы».

От дафний, которых Петрик, видимо, считает амебами или микробами, «изобретатель и бизнесмен» перешел к мышам, что им больше нравится вода, очищенная фильтрами «Золотой формулы». Суть можно свести к трем фразам: «Наши мыши плавали на 20 минут дольше», «Короли и президенты будут пить эту воду» и «В конце июня — начале июля вы услышите нечто, чем будут поражены земляне».

Тут журналистам, наконец, удалось задать Петрику второй вопрос — с просьбой рассказать подробнее про опыты на мышах, что это были за контрольные группы. В ответ Петрик процитировал некое заключение, похвалил его, сказав: «Посмотрите, какой грамотный язык», — и в очередной раз вспомнил Круглякова, при этом в первый раз за день назвав его фамилию правильно.

«Есть ли у вас согласие журналиста Лебедева на публикацию переписки?» — это следующий вопрос Петрику. «Я плевать хотел на мнение Лебедева, — последовал ответ. — Я ее получил через редактора газеты год назад от группы студентов. А я Лебедеву разрешал коверкать свои высказывания? Всю переписку получила газета «Общество, экология и природа», так, кажется, она называется. Редактор, Лисовский, прислал мне эту переписку, и целый год я не решался ее распечатать. Я и сейчас сам не осмелился, но Лисовский послал письма в какой-то журнал раньше меня».

На замечание, что публикация переписки без согласия сторон является нарушением, Петрик назвал журналиста, задавшего вопрос, словоблудом и еще раз заявил, что ему «плевать на мнение Лебедева».

— Почему вы не пишете статьи в научные реферируемые журналы? — следующий вопрос задал корреспондент «Газеты.Ru».
— Это неправда, у меня есть статьи, — возразил Петрик, но все же не стал концентрировать внимание на этом. — Ньютон в свое время сказал: каждый ученый сам для себя должен решить, потратить ли жизнь на статьи или заниматься делом. Я не собираюсь стать заведующим кафедрой. Когда академик говорит, что у него 110 статей, то на самом теле у него своих-то парочка, а остальное — это работы студентов и аспирантов, в которых стоит его имя. И сделать себе 110—150 статей для ученых выеденного яйца не стоят. Молния траву не косит. Я же вон написал две монографии, которые сейчас издаются. Одна про шпинель, очень интересная, а другая про антистоксовые соединения.

— Почему вы подаете в суд на журналистов, а не на Академию наук?
— Есть журналист под названием Евгений Зубарев (против него в основном и направлен иск Петрика — «Газета.Ru»). Я его знаю еще с начала 90-х годов, когда была история с осмием. Однажды он пришел очень опечаленный и говорит, что поймали на Невском с газовым пистолетом, выпросил у меня 500 долларов, я ему их дал. Потом сын родился, еще денег дал. Я поставил первый в стране памятник афганцам, построил воскресную школу не от фирмы, а от своей семьи, я воссоздал церковь. Когда в начале 90-х годов был голод, я купил два грузовика гречневой каши, привез во Всеволожск и раздавал неимущим, потому что таково мое сердце. И сегодня это ничтожество пишет на всю страну, что Петрик кого-то затравил, а кому-то подарил квартиру. Зубарев привлекается к суду и за то, что говорит, что сам лично листал уголовное дело и будто бы меня посадили за контрабанду антикварной мебели. Я не хочу, чтобы люди считали, что я мог осуществлять действия против государства. Мое прошлое вычищено. Моего дела не существует.

— В чем именно заключалось участие Грызлова в научной работе?
— Будучи, как я понимаю, очень талантливым инженером, оказавшись в моих лабораториях в связи с очисткой воды, он совершенно реально в одной из технологии сделал существенную подсказку. Прошло время, я продвинулся далеко и решил патентоваться. Я обратился к нему и предложил соавторство.

— А в чем была подсказка?
— Двойной электрический слой… ну вы не поймете, — ответил Петрик, не зная, что задавший этот вопрос журналист окончил физический факультет МГУ и вполне мог бы понять ход мыслей спикера Госдумы. — Вы ничего криминального не найдете. Была реальная техническая подсказка. Логика должна работать. Хотя бы логику включайте. Вдруг неожиданно для меня Борис Вячеславович говорит: а я согласен.

Вслушайтесь в то, что я вам сейчас скажу, — Петрик вдруг посерьезнел. — Впервые в истории СССР человек был осужден по 16 уголовным статьям. Впервые за время СССР человек, осужденный суммой статей, приговорен к трем годам ссылки. Вы фильмы-то смотрите у меня на сайте? Есть фильм про отдельный домик, где меня содержали, и есть рассказ, как ко мне приезжали высокие лица. Неужели вы ничего не понимаете, когда несете эту нелепость о распиле бабла с Петриком? В глаза б они меня не видели — ни Кириенко, ни Жуков, ни Грызлов, если бы не мои технологии. В штыки встретили меня в Росатоме. Зачем Грызлову это было нужно? Он ведь осознанно шел, понимал, что возникнет то, что возникло. Значит, какой-то мотив был? Я считаю, что он своим незапятнанным именем хотел вытащить эту программу. Вот его мотив. Не существует другого мотива. Задумайтесь: с бывшим каторжанином бабло пилить государственное?

— У вас есть изобретение «Низкотемпературный термоэмиссионный преобразователь». В заключении РАН написано, что оно противоречит законам термодинамики и находит простое объяснение с позиций современных физико-химических представлений. Вы можете прокомментировать это и начать свой ответ со второго закона термодинамики?
— В присутствии академиков был создан материал. Они своими руками сделали две пластины, потом Алдошин выдохнул и получил ЭДС, — Петрик так начал отвечать на этот вопрос, проигнорировав просьбу озвучить второй закон термодинамики. В связи с этим дальнейший ответ изобретателя интереса широкой публики не представлял.

— За что вы сидели в тюрьме?
— Этого никто и никогда не узнает. Я не должен был выйти, но в 1989 году с меня сняли шесть статей. Все мои статьи — 15—17-я часть. Я принесу вам приговор. Там говорится о подстрекательстве к попытке совершения преступления. Меня арестовали в попытке кражи джинсовой ткани на две пары джинс. У меня нашли 4 патрона, когда я вернулся из тира. Нашли нунчаки и обвинили в хранении оружия. Вот сейчас вы напишете, что «он украл джинсы». И украли их два молодых человека, один брат моего друга. Они познакомились с девушкой ночью, остались у нее дома, пили вино, а уходя украли. И заявили, что я своим образом жизни развил у них алчную потребу наживы, сказано в деле. А еще я был первым обладателем частной черной «Волги» во времена СССР, для чего нужно было иметь постановление правительство. Выдавали мне ее раз в полгода. Но я сделал для этой страны очень-очень много.

Когда пресс-конференция закончилась, Петрику было задано еще несколько вопросов, и ни на один из них он не дал четкого ответа.

На вопрос, будет ли он подавать иск к РАН или к конкретным академикам, Петрик ответил, что будет ждать ответа президента РАН Осипова на свое открытое письмо, и если Осипов скажет, что Кругляков действовал от лица академии, то иск будет подан к РАН.

При этом Петрик удивительным образом перевел разговор на графен и даже для наглядности позаимствовал блокнот у одного из журналистов, говоря, что это модель, где одна страница блокнота — это одна частица графена. В этот момент выступление Петрика очень напоминало популярные юмористические миниатюры Сергея Курехина «Лекция о броме» и «Ленин-гриб».

Очевидно, что это стиль Петрика, когда в ответ на конкретный вопрос выдается куча непонятной и ненужной информации. Отвечая на последние вопросы журналистов в этот день и, в частности, на вопрос корреспондента «Газеты.Ru», как мог Кругляков развязать информационную войну, раз он, по мнению Петрика, страдает «старческим слабоумием», изобретатель цитировал переписку академиков, уверяя, что это большой заговор, и говоря, что вся эта переписка лежит на столе.

— Покажите ее?
— Да вот она, на столе.

— Ну так давайте посмотрим. А то получится как с фотографией Буша, которую вы так и не нашли.

В итоге так все и получилось. В какой-то момент Петрик отошел в сторону, а перед ним и журналистами выросли два охранника, заявившие, что пресс-конференция окончилась и дальше вопросы задавать бесполезно.