Цивилизация
— Вы один из немногих представителей «Единой России», позволяющих открытую критику партии. В частности, вы выступили с осуждением чрезмерно жестокого приговора Pussy Riot.
— Шоу, которое устроили девушки в храме Христа Спасителя, я считаю недостойным. Но еще до оглашения приговора стало понятно, что обвинительное решение суда станет еще одним шагом на пути раскола общества. Первые шаги к этому были сделаны во время весеннего политического сезона, но в ходе процесса над Pussy Riot раскол уже стал гражданским, а не только политическим. Я видел фотографии участников пикетов против этих девушек и в их поддержку, и меня поразило, с какой ненавистью они смотрят друг на друга. Вот этот раскол и эскалация конфликта внутри общества – это ключевая проблема осеннего политического сезона, ее предстоит решать.
— Вы говорите о расколе в обществе, но ведь его причиной стали действия не только оппозиции, но и единороссов. По вашему мнению, «Единая Россия» несет за это какую-то ответственность?
— Моя позиция заключается в том, что серия принятых законов – о митингах, об НКО, об интернете, о клевете – эти обыски у активистов протестных движений, уголовные дела против депутатов в ситуации, когда политическая элита уже расколота, способствуют расколу общества в целом. «Единая Россия» неверно пытается держаться в стороне от этой проблемы – ведь депутаты знали, какой будет общественная реакция на законы, которые они вносят, но не сделали и шага для диалога. Поэтому я решил поднять эти вопросы сам и вынести их в публичное пространство, пусть даже рискуя своим авторитетом.
— На «Белом форуме» в Петербурге, выступая перед оппозиционерами, вы заговорили о возможности гражданской войны. Вы считаете такой сценарий возможным?
— Когда политические элиты находятся в состоянии раскола, они могут держать ситуацию под контролем. Но обычные граждане в отличие от политиков искренне живут своими идеалами, если раскол будет нарастать, силовые столкновения становятся неизбежными. Поэтому надо срочно вернуться к нормальной политической повестке дня, переступить через ком претензий и начать нормальный диалог.
Мое предложение состоит в следующем. Для преодоления раскола в обществе оппозиции и власти необходимо совместно решить «проблему-2018». Для этого, на мой взгляд, необходимо внести в Конституцию изменения и убрать из пункта 3 статьи 81, где говорится, что один человек не может быть президентом более двух раз, одно слово – «подряд». Эти изменения в Конституции станут гарантией конкретных политических перемен, причем с вполне определенными сроками. Это снимет напряжение, снимет главную проблему, начнется нормальное партстроительство, борьба на региональных выборах и подготовка и оппозиции, и «Единой России» к 2018 году.
— Думаете, партия способна перестроиться? Разве какие-то выводы после думских выборов были сделаны?
— Нет, нужных выводов сделано не было. Главный вывод, который надо было сделать в 2011 году, – о том, что нам нужна нормальная политическая конкуренция. Сейчас же «Единая Россия» сама заложник своего доминирующего положения, которое она удерживает при помощи административного ресурса.
— Вы считаете, что оппозиция станет разговаривать со сторонниками власти, когда в тюрьме и Pussy Riot, и обвиняемые в беспорядках на Болотной площади, а против депутата «Справедливой России» Геннадия Гудкова и оппозиционера Алексея Навального возбуждены уголовные дела?
— Безусловно, это обстоятельство со счетов сбрасывать нельзя. Но мне кажется, надо начинать обсуждение с того, на основе чего мы можем объединиться, иначе оно будет бесконечным и ни к чему не приведет. Если первые договоренности будут достигнуты, лидерам придется их принять и реагировать уже и по остальным пунктам, по которым расколото общество, в том числе по этим людям, которых незаконно преследуют. Я считаю, что начинать надо не с непреодолимых препятствий, а с тех, которые можно взять.
— А как в партии реагируют на ваши предложения? Сбывается ли обещание Медведева о внутрипартийной дискуссии?
— Никаких запретов на обсуждение таких вопросов нет. И никаких окриков от начальства за свои высказывания я не слышал. Региональное руководство реагирует нервно, но федеральное – вполне благожелательно. Обсуждение в партии есть, проблема в том, что внутрипартийная дискуссия среди рядовых членов партии никак на решения начальства не влияет. Я поэтому и решил вынести ее в публичное пространство, так как, по-моему, только тогда она сможет быть действительно эффективной.
