Цивилизация
— Как идет подготовка к выступлению?
— 11-го числа мы вылетели в Вену, но репетиции начались еще в Москве. Уже здесь мы встретились с двумя иностранными бэк-вокалистами, которые работают со мной на этом номере. У нас здесь репетиционная база и все условия для подготовки.
— Расскажите о номере. Кто постановщик? Что он вообще представляет собой?
— Режиссер-постановщик — Алексей Голубев, который делал для меня концерт в Крокус Сити Холле, дизайнер платья — Александр Терехов, пою я (смеется). Что касается номера, то он будет довольно аскетичным: все внимание будет сосредоточено на мне и моей песне. Вообще, я считаю, что на «Евровидении» всегда побеждает песня, а не номер. И очень хочется донести заложенный в ней посыл добра и любви.
— А как же вылезающие из рояля балерины или хотя бы фигурист?
— О, я очень хотела, чтобы в моем номере были и такие элементы, но было решено к ним не прибегать.
— Как вы вообще относитесь к «Евровидению»? Многие полагают, что это конкурс для домохозяек, не имеющий к музыке отношения.
— А чем, собственно, плохи домохозяйки? По-моему, отличная профессия. К «Евровидению» я лично отношусь прекрасно. У нас с подругами, кстати, есть традиция: мы каждый год ходили в какое-нибудь красивое место смотреть трансляцию, пить свежевыжатый апельсиновый сок. Мы даже делали ставки на победителей между собой.
— Так вышло, что после «Кукушки» в «Битве за Севастополь» и объявления о вашем участии в «Евровидении» вы получили огромный скачок популярности. Вы это это как-то ощущаете?
— Да, конечно. Я очень рада, что этот скачок случился не благодаря скандальному пиару — я не вышла за кого-то замуж или родила десяток детей. Мне нравится, что это случилось благодаря моим профессиональным достижениям, никаких дополнительных усилий прикладывать не пришлось. Есть, правда, и неприятные моменты. Мне очень назойливо стали названивать журналисты… Я сейчас не о вас, конечно (смеется). Еще бывают такие случаи, что звонят начинающие музыканты и говорят: «Мы рок-группа и уверены, что вам будет очень интересно с нами спеть. Ведь вы никогда не пели с рок-группой!» Люди считают, что я сейчас больше всего хочу появляться не просто везде, а вообще везде. А я, наоборот, не хочу, чтобы меня поднимали на знамя, не хочу быть «большой надеждой» и «нашим солнышком», а потом оправдывать завышенные ожидания. Мне интереснее просто продолжать работать: у меня совсем недавно тур закончился — Сибирь, Дальний Восток, Азербайджан…
— А вы уже как-то представляете свою жизнь после «Евровидения»? Понимаете, что дальше?
— Дальше у меня 27 мая концерт в Рязани (смеется).
— И последний вопрос. Не могу не узнать, как сейчас обстоят дела с вашей работой на Украине. До известных событий вы много там выступали, писали песни для фильмов…
— Знаете, сейчас начались наконец какие-то звонки, сотрудничество постепенно восстанавливается. Я безмерно люблю Киев, люблю людей в этом городе, мне очень нравится там выступать. Для артиста не существует границ, для него нет разницы, где живут его поклонники. Самое главное, чтобы они приходили ко мне на концерты и я могла дарить им свою любовь.
