Волна антикоптских выступлений в Египте снова на подъеме. После свержения Мубарака только в Каире были сожжены три церкви, убиты около 30 человек, еще 200 ранены. По некоторым оценкам, христиане-копты составляют до 10% населения в 80-миллионом Египте. Формально они меньшинство, но в стране их немало. Проблемы с мусульманским большинством были у них всегда. Нетрудно вспомнить, что буквально накануне революции в Александрии был совершен кровавый теракт возле одной из коптских церквей. Тогда коптов поддержали и многие египетские мусульмане.
Во время революционных событий на площади Тахрир в Каире мусульмане и христиане бок о бок выступали против диктатуры Мубарака. Казалось, что многовековой вражде подходит конец, но этого не произошло.
Обычно это объясняют подъемом исламского фундаментализма. Мол, Мубарак держал мусульманских радикалов в железном кулаке, и после его свержения они неудержимо рвутся к власти. Коптские погромы — часть общего фундаменталистского наступления, сплочение рядов под лозунгом борьбы с коварным врагом. Однако такой подход сильно упрощает ситуацию. Конечно, мусульманские политики настаивают на том, что Египет должен быть исламским государством, но формально он являлся таковым и до революции. Еще Анвар Садат сделал популистский жест и ввел в конституцию статью об исламском характере государства. Ему это, как известно, не помогло, но статья осталась. Любопытнее другое – сейчас за отмену статьи не выступают ни египетские либералы, ни копты. И те и другие отлично понимают, что надежды на создание светского государства более чем утопичны. Конечно, не возражая против самой статьи, копты хотели бы добиться ее ограничений. В частности, они настаивают на том, чтобы на них не распространялись мусульманские законы и они могли бы руководствоваться нормами собственной религии. Однако даже если копты и добьются уступок, это не решит их проблем. Как это ни парадоксально, самые острые из них связаны вовсе не с шариатом, а со светским законодательством Египта.
Мусульмане утверждают, что причиной многих их конфликтов с коптами являются насильственные попытки обращения мусульманок в христианство. Эти слухи распространялись при Мубараке, не утихли они и по сей день.
Совсем недавно на первых страницах египетских газет (включая и либеральную прессу) можно было прочесть такие заголовки: «Копты похитили молодую мусульманку и сделали ей татуировку в виде креста!» Девятнадцатилетняя Абдель Фатах утверждала, что ее связали, сбрили волосы и заставили читать псалмы. Что случилось на самом деле, сказать сложно. И Фатах, и ее мать отказываются давать комментарии. Но упорство подобных слухов заставляет задуматься о причине их возникновения.
На первый взгляд, они напоминают «кровавый навет», когда евреев на протяжении многих веков обвиняли в использовании христианской крови для изготовления мацы. Ложь «кровавого навета» давно разоблачена, хотя и продолжает питать воспаленное воображение завзятых антисемитов. Однако в случае насильственных обращений все не так просто. Безусловно, это тоже миф, порожденный антихристианской истерией, но в его возникновении сыграли свою роль некоторые особенности египетского брачного законодательства. Дело в том, что у коптов (как это было до недавнего времени у католиков) запрещены разводы. Более того, этот запрет включен и в египетское законодательство. Поэтому
развод для коптов в Египте невозможен, в то время как для мусульман он не является проблемой. Отсюда уловка, к которой прибегают копты, чтобы получить желанную свободу от брачных уз. Жена формально принимает ислам, спокойно получает развод, а затем возвращается в лоно родной церкви.
Единоверцами такие несложные хитрости, конечно, осуждаются, но они привычно закрывают на них глаза. Что делать, если закон таков, что с ним жизнь не в жизнь. Вот и приходится хитрить. Однако для мусульман обращение в христианство — это нарушение шариата, которое должно вести к неминуемому наказанию. То, что женщина изначально была христианкой, ее совершенно не извиняет. Наоборот, подчеркивает ее коварство. Неудивительно, что такие случаи обрастают массой ужасных слухов. И дают почву для мифа, не уступающего своими пугающими подробностями «кровавому навету».
Однако проблема с разводом не единственная, дающая повод для преследования коптов в Египте. Есть в местных законах еще одна статья, которая также этому способствует. Речь идет о разрешении на строительство храмов. Несправедливость заложена в этой статье изначально. Она составлена таким образом, что мусульманам получить разрешение гораздо легче. Копты сталкиваются с невероятной волокитой, которая может длиться не одно десятилетие. Единственным выходом зачастую снова является уловка. Она заключается в том, что получить разрешение на строительство общинного центра гораздо проще. А когда такой центр уже строится, в нем возводится алтарь и на крыше ставится крест. Вид креста на новом здании приводит мусульман в бешенство. Смотрите, эти коварные копты снова нас обманули. Построили без разрешения новый храм. Но мы не дадим свершиться этому христианскому произволу! Именно по этой причине чаще всего и сжигаются коптские церкви.
Безусловно, пересмотр этих статей в египетском законодательстве не является панацеей, но он послужил бы снятию напряжения в отношениях коптов с мусульманским большинством.
Казалось бы, добиться этого несложно. Сами по себе эти перемены не посягают на шариат, а касаются светского законодательства. Но все не так просто. Начать с того, что против отмены запрета на развод выступает значительная часть самой коптской общины. Чем мало отличается от консервативных сил в других религиях: нельзя допускать нравственного разложения в своих рядах. Этим голосам вторят и мусульмане, проявляя трогательную заботу о моральном облике своих «завзятых друзей».
Еще сложнее дело обстоит с разрешением на возведение храмов. Здесь мусульмане не желают уступать ни пяди земли. Для того чтобы решить этот вопрос, коптам нужна немалая политическая сноровка, но она у них, в отличие от мусульман, отсутствует. Причины кроются в недавнем прошлом. Мусульмане при Мубараке не сидели сложа руки. В результате «Братья мусульмане» — одно из самых эффективных движений в нынешнем Египте. Но пока оно наращивало политические мускулы в борьбе с режимом, копты предпочитали решать свои проблемы с всевластным президентом келейно. Глава коптской церкви Шенуда III успешно добивался тех или иных поблажек от Мубарака, обещая ему лояльность своих адептов.
В новых условиях договариваться надо не с диктатором, а с политическими конкурентами. От того, как копты сумеют справиться с этим, зависит их будущее в новом Египте.
