Цивилизация
Никогда не угадаешь, где можно это найти. Оно может скрываться под рубашкой у менеджера – причем не с Таганской тюрьмы, где он сидел по пустяковому делу. Красавица с осиной талией и беззащитным взглядом может щеголять этим, чаще всего сзади – на плече, на пояснице, между лопаток, хотя это и не обязательно – какая, в конце концов, разница, где себя украсить, важно, как и кому это показать.
О металлистах, байкерах, бандитах, скинхедах и других группах риска и говорить не приходится. Принадлежность к подпольному, иногда романтическому, иногда криминальному сообществу, необходимость отметить себя, выделить и подчеркнуть принадлежность, утилитарные свойства татуировки – варвары украшали себя так для того, чтобы, если в бою отрубят голову, а потом разденут, труп можно было идентифицировать – все это заставляет настоящих мужчин покрывать себя узорами с ног до головы. Опять же, все самые крутые подпольные сообщества – якудза, триады, русские зэки – имеют татуировки.
Это больно, это на всю жизнь, мама этого не одобрила бы, у всех уже есть, а у меня нет…
К тому же это дорого стоит – если, конечно, не набивается иглой вручную, или если татуировочная машинка не сделана самостоятельно из двигателя от CD-плеера. Маленькая, скромная одноцветная татуировка обойдется в сто баксов и час мучений. Большие, многоцветные, сложные – тысячи и годы. Большая часть татуировок – не слишком глубокие, миллиметра два. Бывают, впрочем, и шестимиллиметровые. Различаются они тем, что менее глубокие со временем могут выцветать – по-настоящему глубокие остаются навсегда, кроме того, шестимиллиметровые круче, больнее и дороже, а татуировки – это прежде всего состязание воль, денег, терпения и мужественности.
Больно только первые полтора часа, потом привыкаешь – сообщил мужчина, татуировавший всю руку от плеча до кисти на глубину шесть миллиметров за двенадцать часов подряд.
Эти-то мужчины и провели Первый ежегодный международный фестиваль татуировки «Тату-фест» в клубе «Б2» 1 июля 2003 года. Устроил все независимый оргкомитет, состоящий из авторитетных людей, в основном байкеров. В жюри сидели не менее авторитетные мастера, а красавцы и красавицы с изрисованными плечами, спинами, бедрами, запястьями и лодыжками дефилировали по сцене и позировали фотографам. Радостный ведущий с ассирийской бородой, лукавым взглядом и огромными татуировками, выглядывающими из-под майки, как мог, подбадривал довольно вялых моделей. Кроме татуировок, был еще пирсинг – местами весьма радикальный, армированные серебром дырки в ушах, в которые можно засунуть пальцы, например.
Яппи и томных красавиц из кафетериев там не было. Фестиваль был в основном байкерский, практически все участники друг друга знали, и почти все набивались у одних и тех же мастеров. Потому, вероятно, и сами татуировки не отличались разнообразием сюжетов. Мотивов было всего три: самый распространенный – драконы, змеиные хвосты, когти, грифоны, колючки, все объединено в пестренькие орнаменты, многослойно, красочно, но не очень осмысленно. Именно они стоят дороже всего и пользуются наибольшей популярностью. Меньшей любовью пользуются «кошечки» – тигриные головы, нарисованные с той или иной степенью достоверности. И третий – тематические татуировки защитников русского народа, надписи «Россия» через молнии «СС», «Смерть б...ям» готическим шрифтом, свастики, коловраты, солнца, арийские львы с хвостами и надписи «Skinhead». Барышни устроили недоделанный стриптиз, показывая, что у них набито на внутренней стороне бедра, на спине, на ягодицах. Увы, они оставались в рамках приличий. Байкеры и металлисты – люди суровые.
Однообразие драконьих хвостов объясняют огромным влиянием японской татуировки на российскую. Видимо, с этим то же, что и с иероглифами. Когда мастера, знающего язык, просят наколоть красивый иероглиф, он на инстинктивном уровне пишет нечто вроде «Обладатель этой надписи - дурак». И клиенту красиво, и исполнителю приятно. Есть странное подозрение, что все эти тигриные змеи, столь модные на плечах бородатых пеших мотоциклистов и посетительниц дискотек, то же что-то значат.
Наиболее внятными, сдержанно-изящными и даже красивыми были татуировки неонацистов. Эти люди, по крайней мере, знают, что они набивают и зачем. И трупы, в случае окончательной битвы за Россию без инородцев, идентифицировать будет легче…
Единственная барышня из другой категории опоздала к раздаче: платье с голой спиной, на ней – однотонная и довольно изящная паутина, может, и завоевала бы поощрительный приз (хотя как бы она смотрелась с байкерами, скинами и их дамами на сцене – отдельный вопрос, да только к ее приходу раздача слонов уже кончилась).
Однажды сделав маленькую татуировку, человек уже, скорее всего, не остановится. Это как наркотики: курил траву, а умер от героина. Кстати, татуировки нельзя свести. То есть можно, конечно, это делается в косметических салонах, это дороже и больнее (гораздо больнее), чем набить. Однако после этого остаются такие шрамы, что несчастные жертвы приходят снова в тату-салоны и набивают драконов на прежнем месте – все лучше, чем мерзкие красные пятна.
Ваша кожа еще бледна? Тогда мы идем к вам.
