«Был счастлив служить этим людям»
В послевоенной Германии конца 40-х — начала 50-х годов действовало около 80 подразделений спецслужб едва ли не всех разведок мира. «Два немца — три агента» — печально шутили тогда.
Шпионы ФРГ, а заодно американская, французская и английская разведки, вели активную подрывную работу против «советской зоны оккупации». Власти ГДР решили не отставать и задумались о собственной спецслужбе.
Уже 8 февраля 1950 года по советскому образцу в стране было создано министерство государственной безопасности, известное как Штази. Подчинялось оно непосредственно Политбюро ЦК Социалистической единой партии Германии (СЕПГ).
На первых порах спецслужба полностью опиралась на опыт и помощь советских коллег, но стремительно крепла, в итоге превратившись в одну из самых масштабных и эффективных.
Шпионов ГДР интересовали данные об их коллегах из «империалистических» служб, о подготовке убийств и терактов, попытках граждан ГДР переселиться в Западный Берлин, о недовольстве людей партией и многое другое.
В 1951 году в спецслужбе появилось отдельное управление внешней разведки, для маскировки названное «Институт экономических исследований». Во главе него стоял Маркус Вольф.
Под его руководством агенты Штази проникали в правительственные учреждения, общественные организации, полицию, СМИ и ведущие компании ФРГ.
Самым громким успехом разведчиков стало внедрение своего сотрудника Гюнтера Гийома в окружение канцлера ФРГ Вилли Брандта.
Вместе с женой Гийома отправили в Западную Германию в 1956 году под видом беженца. Следующие годы он планомерно продвигался по службе, в 1969-м уже работал в аппарате канцлера и вскоре стал одним из наиболее доверенных помощников Брандта.
Шпиону удавалось на протяжении нескольких лет поставлять секретные материалы. Однажды
он передал Штази целый портфель с документами, в том числе письма президента США Ричарда Никсона о ядерной стратегии НАТО.
Разоблачили агента лишь в 1974 году. Его арестовали, а Брандт на фоне грандиозного скандала ушел в отставку, взяв на себя ответственность за допущенную «небрежность» при подборе сотрудника.
В декабре 1975 года Гийому назначили 13 лет заключения, а его супруге — 8. Позднее Восточной Германии удалось организовать их освобождение в обмен на западных шпионов.
Годами позже бывший агент примет участие в судебном процессе над своим начальником из Штази — Маркусом Вольфом и скажет: «Больше всего я был счастлив служить двум людям — Вилли Брандту и Маркусу Вольфу».
«Ромео для невинных немок»
Преданность идеям коммунизма и верность партии была одним из основных аргументов для сотрудничества со Штази, агентов зачастую вербовали среди наиболее лояльных полицейских и членов СЕПГ.
Немало было и тех, кто шел ради материальных привилегий. В условиях тотального дефицита сотрудники спецслужбы могли получали квартиры большей площади, машины без длительных очередей, продукты и промтовары с Запада.
Особую категорию составляли женщины-информаторы. Их агенты Штази зачастую использовали, мастерски играя на чувствах.
Для этого в Западную Германию высылали «Ромео» — шпионов, которые вступали в интимные отношения с девушками, работающими на важных позициях. Вскружив им голову, шпионы получали все нужные данные.
Глава внешней разведки Штази Вольф, вспоминал, как в 1961 году отправил в город Бонн агента Роланда Г., по совместительству — директора известного театра.
Шпион должен был познакомиться с женщиной, работавшей переводчицей в штаб-квартире НАТО в Фонтенбло. По легенде он был датским журналистом — для этого Роланду пришлось какое-то время потренироваться говорить с акцентом.
Образованный, харизматичный и красивый мужчина быстро завоевал сердце Маргариты. Во время поездки в Вену, он открылся ей как шпион, правда, заверил, что работает на датскую военную разведку. Женщина согласилась передавать возлюбленному секретные данные из штаб-квартиры НАТО, а он тут же переправлял их в ГДР.
В какой-то момент Маргарита призналась, что чувствует сильные муки совести. Чтобы не терять ценный источник, Штази послала пару в Ютландию, где их уже ждал другой агент. Он выдал себя за военного капеллана и принял у Маргариты исповедь.
При этом сам Вольф уверял, что
изначально замысла использовать агентов как любовников у него не было — якобы, так получалось, потому что большинство разведчиков, которых отправляли на Запад, были холостыми.
«Распространенное в средствах массовой информации утверждение о том, что мое Главное управление разведки выпустило на невинных гражданок Западной Германии настоящих «шпионов-Ромео», быстро зажило собственной жизнью. С этим ничего нельзя было поделать, и с тех пор к моей службе прицепилась сомнительная слава школы «взломщиков сердец», — сетовал глава разведки в мемуарах.
«Подкараулили и усадили в такси»
Для тех, кого не удалось убедить сотрудничать «мирно», у тайной полиции были отдельные приемы. За годы работы восточногерманскими агентами были похищены многие диссиденты, правозащитники и перебежчики, работающие в ФРГ.
Одним из самых громких эпизодов стало дело юриста Вальтера Линзе. Бывший член НСДАП, какое-то время он работал в Восточной Германии, скрывая свое прошлое. При этом выражал недовольство многими политическими процессами в стране и не хотел вступать в партию.
Поняв, что без этого карьерных перспектив в ГДР не будет, Линзе вместе с женой перебрался в ФРГ. Там устроился работать в Следственный комитет свободных юристов, который при поддержке ЦРУ исследовал нарушения в зоне советской оккупации.
Летом 1952 года он должен был выступить в Западном Берлине с докладом о злоупотреблениях советских властей. Зачитать его публике Линзе так и не смог.
Незадолго до конференции, 8 июля, нанятые Штази люди подкараулили его у дома, насильно усадили в такси и вывезли на территорию ГДР.
Тюрьма стала для юриста тяжелым испытанием. Неволя и постоянные угрозы заставили его признаться во всех вменяемых преступлениях и раскрыть имена сотрудничавших с ним граждан ГДР. В итоге Штази удалось арестовать около 300 подозреваемых в измене.
Сам Линзе был передан в руки советским властям. В декабре 1953 года его расстреляли за шпионаж, контрреволюционную агитацию и участие в контрреволюционной организации.
«Щупальца проникли во все сферы жизни»
Под постоянным наблюдением тайной полиции ГДР были не только жители Западной Германии, но и сограждане.
Особенно внимание этому уделял Эрих Мильке, больше 32 лет возглавлявший Штази. Коммунист, большой поклонник Сталина и Дзержинского, образцом для подражания он считал КГБ, а важнейшей задачей — поддержание внутреннего порядка.
«Преданность шефа Штази своей работе была такова, что его вполне можно было назвать трудоголиком. Помимо слежки за диссидентами, контрразведки, внешней разведки и борьбы с международными террористами Мильке внимательно наблюдал за процессами, развивавшимися внутри партии», — описывал главу тайной полиции американский журналист Джон Келлер в книге «Секреты Штази. История знаменитой спецслужбы ГДР».
По его словам,
этот «широкоплечий крепыш в темно-синем костюме» был, пожалуй, самым страшным человеком в Восточной Германии.
По его указу доносчики появились везде — в школах, институтах, магазинах, крупнейших компаниях. Если в 50-х численность тайной полиции составляла около 2700 человек, то в 1989 в Штази насчитывалось более 90 тысяч штатных сотрудников и вдвое больше неофициальных — различных агентов и осведомителей.
Собиралась вся информация: от общей в виде фамилии, адреса, семейного положения до мельчайших подробностей личной жизни и случайно брошенных фраз в разговоре с соседями.
У тех, кто вызывал подозрения, собирали даже «запах» —
в офисе Штази стояли шкафы с тысячами банок, в которых хранились частицы одежды оппозиционеров или другие материалы, пропитанные их потом. Это позволяло собакам быстрее отыскать подозреваемого.
За 40 лет служба собрала хотя бы минимальное досье почти на каждого жителя ГДР, что делало ее особенно зловещей и создавало в обществе атмосферу тотального недоверия.
С таким массивом данных возможности немецких чекистов были почти безграничны. Чтобы без лишнего шума повлиять на неугодных, агенты применяли методы «разложения».
Это целая серия оперативных мероприятий, которые должны вызвать у объекта ощущение опустошенности, разочарования и отрешенность.
В ход шли любые средства — усилить конфликт в семье через любовников, поссорить лучших друзей, спровоцировать зависть у коллег, сыграть на юношеских комплексах.
Нередко, чтобы довести психику жертвы до истощения, шпионы проникали в дома, переставляя местами вещи, включая свет там, где он был выключен. «Шалости» повторяли изо дня в день — кого-то это доводило до безумия и вынуждало бросить работу, кого-то заставляло свести счеты с жизнью.
Масштабы их работы стали очевидны лишь после ликвидации спецслужбы, объединения Германии и рассекречивания архивов Штази. В 1991 году все граждане ГДР получили доступ к своим досье.
Даже с учетом того, что часть материалов была уничтожена, архив оказался огромен — 111 километров стеллажей с бумажными документами, около двух миллионов фотографий, три тысячи фильмов, 23 тысячи магнитофонных записей.
Это вызвало бурю негодования среди жителей Германии. Часть бывших сотрудников Штази получила тюремные сроки. Многие из них сочли это несправедливым, уверяя, что они просто выполняли свою работу.
«Это время сформировало по обе стороны резкие образы непримиримых врагов. Видя в нашем противнике «империалистического агрессора», мы сами воплощали для миллионов людей по ту сторону «империю зла», — рассуждал Маркус Вольф.