В данный момент фактически не существует страховых продуктов, которые де-факто способны в полном объеме компенсировать убытки продавцов при тотальном уничтожении складской инфраструктуры.
Так, отмечает эксперт, на Ozon, втором по объему оборота маркетплейсе РФ, действует комплексная программа страхования. Платформа предоставляет продавцам дополнительный полис, покрывающий риски, не включенные в стандартный договор, включая отдельные случаи повреждения товаров вследствие атак беспилотных летательных аппаратов. Суточный тариф составляет 0,0115% от стоимости товарных остатков на складах Ozon и в транзите по территории РФ и СНГ.
Аналогичная опция защиты от рисков БПЛА также появилась у «М.Видео», с тарифом 2,5% от залоговой цены товара в месяц. Но, на самом деле, это не страхование, а резервный фонд, формируемый самой компанией за счет средств селлеров. Подобный фонд очень нескоро достигнет объемов, достаточных для покрытия ущерба подобного масштаба.
Страховая программа Ozon — это комбинация двух договоров с компанией «Ингосстрах». Первый договор касается товаров в движении. По этому договору максимальная сумма выплаты по одному страховому случаю в логистике составляет 150 млн рублей. То есть, если пострадает фура с товарами, то по такому страховому случаю продавцы получат выплаты, но в размере не более 150 млн рублей.
Второй договор охватывает риски, связанные с конструктивными элементами складов и товарами на ответственном хранении. При этом в соглашении с селлерами отсутствует индивидуальный лимит ответственности на каждого контрагента. Агрегированный лимит на весь договор ограничен возможностями рынка перестрахования в 10-15 млрд рублей максимум.
По его словам, при тотальном повреждении складской инфраструктуры и полной утрате товарных запасов выплаты страховщика не могут превысить установленный лимит вне зависимости от объема фактических потерь. Совокупное возмещение продавцам в случае наступления страхового события будет в разы — если не в десятки раз — меньше реального ущерба.
Таким образом, формальное наличие страхового полиса и внесение продавцами регулярных платежей не обеспечивают соразмерной компенсации при масштабных чрезвычайных ситуациях. Де-юре страхование есть, полис есть, продавцы платят за эту страховку. Де-факто в случае глобального ЧС этот механизм не вернет продавцам стоимость товаров.
Он подчеркивает, что разрыв между юридическим оформлением страхования и фактическим уровнем покрытия создает системный риск для участников рынка.
«Очевидно, что текущая модель страхования требует пересмотра в части определения лимитов ответственности, привязанных к объективной стоимости товарных запасов на каждом складе. Рынок электронной коммерции нуждается в страховых продуктах, соответствующих реальным рискам. В сложившейся ситуации это вопрос выживания значительной части малого и среднего бизнеса», — резюмирует Егоров.
Автор — адвокат Адвокатского бюро «МАКСИМА» Максим Егоров.
Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.