Песни о далекой родине

О том, можно ли запрещать культуру, если она антипатриотична

Мария Дегтерева
Публицист
«Газета.Ru»

Певица Земфира объявлена иностранным агентом. Солист группы «ДДТ» Юрий Юлианович Шевчук получил, кажется, административный штраф за свое выступление. Круг прямо или косвенно запрещенных деятелей российской культуры с 24 февраля 2022 года только растет.

И я, не разделяя мнения абсолютного большинства из них, хочу порассуждать о самом явлении. И об эффективности подобных мер.

Во-первых, и в-главных: культура и власть существуют в двух параллельных реальностях. Государство никакой силы над истинной культурой не имеет, она всегда расцветает вопреки. И выигрывает в перспективе. Любые запреты действуют совершенно противоположным от задумки авторов образом: привлекают максимальное количество зевак к запрещенному.

Главный парадокс русской культуры XX века заключается в том, что практически вся она, хоть сколько-нибудь значимая, была или вне закона, или напрямую запрещена государством. Начиная с постреволюционного периода и вплоть до хрущевской «оттепели».

И что, стали Ахматова или Зощенко хуже после того, как вышло Постановление оргбюро ЦК ВКП(б) «О журналах «Звезда» и «Ленинград»? Нет, конечно.

Даже самый махровый патриот и коммунист сейчас скажет: партия совершила абсолютную дурь, выстрелила себе в ногу, направив государственную машину против больших художников.

Парадокс сегодняшней действительности заключается в том, что большие и сильные авторы (самые большие и самые сильные, во всяком случае, в музыке) в большинстве своем оказались «по ту сторону». Я объясню.

Рок, панк, авторская песня и прочие текстоцентричные жанры, связанные с сочинительством, по природе своей исторически имеют пацифистскую направленность. Они бы, может, с радостью транслировали национально-патриотический нарратив, но он противоречит самой их сути.

Я на примере группы «ДДТ» объясню. Опальный сегодня Юрий Юлианович Шевчук, которого радостно травят домохозяйки страны, на протяжении многих лет говорит и пишет одно и то же: он против любого вооруженного конфликта. Был помоложе – проводил месяцы в Чечне. Песня «Мертвый город. Рождество» написана в подвале Грозного. Песня «Пацаны» – тоже во время чеченской кампании. В 1999 году «ДДТ» выступали на площади в Белграде буквально во время бомбежки с импровизированными мишенями на груди. И все 20 лет Шевчук последовательно говорит одно и то же. СВО он не поддержал, но и не высказался напрямую против. Этого стало достаточно, чтобы вся российская пресса его осудила за недостаточное соответствие позиции обкома, а домохозяйки страны устроили виртуальный товарищеский суд.

С Земфирой сложнее. Понятно, что не из большой симпатии к государственной политике она уехала после 24 февраля. Но! Земфира Талгатовна также ни слова не сказала об СВО. И даже кинутый во время концерта украинский флаг унесла за сцену. Но и это не помогло. Сегодня, оказывается, нельзя быть аполитичным.

Вот что я скажу. Как талант, а особенно музыкальный, коррелирует с авторским дарованием? Да никак! Есть новости и пострашнее – часто и человеческая порядочность с ним никак не коррелирует. Человек может быть одновременно гением и редкостным негодяем: дух веет где хочет.
И проверка всех поголовно публичных людей на верность политических взглядов приводит к тому, что государство в итоге оказывается в дураках. Оно не может победить ни Зощенко, ни Ахматову, ни даже условную Земфиру.

Больше того, сегодня на передовой пацаны включают «Родину» «ДДТ». И я знаю это абсолютно точно от бойцов.

Можно быть гладеньким, ровненьким, патриотичным и правильным, но абсолютно, как-то даже комически беспомощным с точки зрения таланта. А можно быть Шевчуком, который никогда строем не пойдет, но на войне будут слушать именно его.

И главное. Применяя всевозможные запреты и санкции, мы уподобляемся собственным врагам из некогда братской страны. У них тоже начиналось с разделения культуры на «правильную» и «неправильную», а дошло до запрета Пушкина и сноса памятников.

Хорошо бы об этом помнить.

Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.