От завтрака до забора

О стрельбе в Казани и профессиональной армии

Depositphotos

«Альберту Эйнштейну не удалось совместить время с пространством, но эту задачу успешно решил старшина Еропкин. Он приказал ребятам из своей батареи копать траншею от завтрака до забора»… Старый советский армейский анекдот – один из великого множества – вспомнился на фоне оживления дискуссии о профессиональной армии в России. А сама дискуссия возникла после анализа в соцсетях трагедии со стрельбой в казанской гимназии №175.

Человек с официально поставленным диагнозом «энцефалопатия» – необратимая атрофия клеток головного мозга – спокойно и абсолютно законно получил оружие. Потому что захотел, сдал необходимые документы и достиг 18 лет: с такого возраста в России можно законно получить охотничье оружие. Из которого потом можно убивать отнюдь не только зверушек в лесу.

В рассказах СМИ от знакомых казанского стрелка мы узнали, что Ильназ Галявиев был со странностями – тихий, спокойный, вежливый, вовремя сдавал экзамены (пока в январе 2021 года вообще не перестал приходить в колледж), а главное, увлекался историей, войной и оружием.

В принципе такой набор «странностей» – любовь к истории, войне и оружию – практически идеальный портрет правильного патриотически настроенного юноши в представлении нынешнего российского государства.

В некоторых регионах России 9 мая в честь Дня Победы на полном серьезе собирались проводить «малышковый» военный парад среди детсадовцев. Спасибо коронавирусу – только из-за него отменили. Так что любовь к оружию и войне у нас теперь, похоже, пытаются привить младенцам с молоком матери.

Даже в СССР с официальной системой военно-патриотического воспитания (заметьте, слово «военное» стояло впереди слова «патриотическое») начинали несколько позже, чем в детских садах или яслях.

Среди предложений диванных аналитиков соцсетях, а также выступивших по горячим следам казанской трагедии в жанре «не могу молчать» депутатов, были, в частности, такие: увеличить минимальный возраст получения оружия с 18 лет до 21 года и ввести государственную идеологию.

То есть некоторые депутаты на полном серьезе думают, что если бы в России была официальная идеология (кстати, интересно услышать, какая именно подходит для таких случаев?), человек с необратимой болезнью головного мозга и при этом почему-то законно полученным огнестрельным оружием точно не стал стрелять бы по школьникам и учителям. А в 21 год человек, по всей видимости, может сойти с ума с меньшей вероятностью, чем в 19. Л – логика!

Что касается идеи выдавать оружие с 21 года, она-то и породила разговоры о профессиональной армии. Потому что в призывную призывают как раз с 18. А доводы, что в армию берут только психически здоровых и оружие там под полным контролем командиров, опровергаются реальностью.

Громкие резонансные преступления со стрельбой в сослуживцев даже в нынешние, сравнительно благополучные для российской армии времена, происходят практически каждый год. Но профессиональная армия нужна России не поэтому.

Разговоры о необходимости отказа от всеобщей воинской обязанности в России очень активно шли в 1990-е и в первой половине 2000-х годов. Главным аргументом сторонников сохранения обязательного призыва была нехватка денег: мол, Россия не может потянуть профессиональную армию, потому что она гораздо дороже призывной. Никаких конкретных финансовых расчетов при этом военные не приводили.

Сейчас этот довод явно не соответствует действительности. Военные расходы России неуклонно растут, страна уверенно входит в топ-5 по этому показателю. На безденежье нынешняя российская армия точно пожаловаться не может. Министерство обороны у нас теперь даже крупный медиамагнат, что тем более не свидетельствует о его бедности.

По данным одного из самых авторитетных в таких расчетах источников – Стокгольмского института исследования проблем мира (SIPRI) – Россия занимает четвертое место в мире по сумме оборонного бюджета. Мы уступаем только сильно превосходящим Россию по численности населения США, Китаю и Индии. А по доле расходов на армию наша страна превосходит даже США, крупнейшую военную державу мира. Мы тратим на оборону порядка 4,3% годового бюджета, а Штаты – 3,7%.

При этом в России первый опыт набора в армию по контракту появился еще в 1994 году, во время первой чеченской войны. А в последние десять лет это вполне обычная практика. То есть де-факто постепенный переход к профессиональной армии в нашей стране идет. Осталось только резко ускорить его и полностью отказаться от призыва.

Почему России важна полностью профессиональная армия? Как минимум, по трем причинам.

Первая – качество оружия. В России развернута невиданная с советских времен программа перевооружения армии. Этой программой постоянно хвастают в публичном пространстве наши высокопоставленные гражданские политики и военные начальники. Но современным оружием могут и должны управлять профессионально подготовленные кадры. За 12 месяцев срочной службы по призыву этому не научишь – особенно тех, кому категорически не нравится и не хочется этим заниматься. Или тех, кто не имеет к этому способностей и склонности.

В современном мире служба в армии – это важная и нужная для государства профессия, требующая конкретных профессиональных умений, а не «почетная обязанность» или «патриотический долг».

Вторая причина – демографическая. Ни по одному среднесрочному демографическому прогнозу России не грозит рост численности населения. Наоборот, нам прогнозируют постепенное «вырождение»: в худших сценариях до 80-90 миллионов человек к 2050 году, в лучших – до 130-135. При этом, если не произойдет каких-то чудовищных катаклизмов (коронавирус точно не он), средняя продолжительность жизни россиян продолжит расти.

То есть наше население продолжит стареть, а нехватка мужчин призывного возраста (сейчас он в России с 18 до 27 лет, хотя «молодежью» у нас с недавних пор законодательно считаются люди до 35), с каждым годом будет ощущаться все более явно.

Третья причина – социально-экономическая. Только ленивый не говорит и не пишет, что в России беда по части социальных лифтов. Весь диапазон возможностей самореализации для молодых россиян – стать каким-нибудь успешным тиктокером-блогером-ютьюбером, попасть в крупную госкомпанию, в полицию или на праймериз «Единой России». В том числе поэтому среди тех, кому 18-24, наиболее высока доля желающих уехать из России в другие страны.

Армия способна дать финансовые и профессиональные возможности для достойной карьеры и полноценной реализации сотням тысяч мальчишек и девчонок, особенно из небогатых российских регионов. Кстати, и в призывную армию гораздо охотнее идут дети из небогатых и нестоличных семей.

Уже сейчас рядовой, который служит в российской армии по контракту, получает не менее 30 тысяч рублей в месяц – почти втрое больше официального прожиточного минимума. Офицеры-контрактники и того больше. И, конечно, им надо будет постоянно индексировать зарплату, как всем другим бюджетникам. Не говоря уже о выплате боевых, если, не дай бог, придется реально воевать. Служба в армии – тяжелая и почетная работа, которая должна хорошо оплачиваться государством.

Профессиональная армия может и должна создать в России десятки, если не сотни тысяч полноценных рабочих мест с достойной оплатой труда и хорошим социальным обеспечением.

Система подготовки профессиональных военных кадров в профильных училищах и вузах существует в России еще с досоветских времен. Просто теперь нет задачи раздувать численность армии за счет призыва и плодить в ней случайных людей. «Числом» современные войны не выигрываются.

Так что есть еще одна веская причина ускорить переход к профессиональной армии и отказаться от призывной – сам характер войн и использования армейских подразделений в мирной жизни.

В мире уже практически не бывает и не будет войн, в которых непосредственно соприкасаются гигантские пехотные подразделения. Не будет прямых контактных боев огромных масс людей. Беспилотники, операции спецназа, точечные ракетные удары – вот атрибуты современной войны.

Войны – лучше бы их, конечно, вообще никогда не было, но мы слишком хорошо представляем себе суть человеческой натуры, чтобы поверить во всеобщий вечный мир во всем мире – больше не требуют задействовать огромные массы людей. Они требуют подготовленных профессиональных военных, умеющих обращаться с новым и новейшим оружием. В мирной жизни могут потребоваться возможности военной медицины – например, для борьбы с эпидемиями. Но это тоже должны быть профессионалы, а не случайные люди, набранные на год по обязательному призыву.

Кстати, у Росгвардии – этой профессиональной «внутренней» армии – мне кажется, по мотивам трагедии в казанской школе должна появиться новая важная профессиональная и социальная функция. Охранять государственные школы. Причем за счет госбюджета, а не самих школ.

Система обязательных военных сборов, на которые время от времени призываются военнослужащие запаса (в советское время это были в большинстве своем совершенно фиктивные или, как сейчас бы сказали, фейковые офицеры – например, студентам, не служившим в армии, автоматически просто присваивали младшие воинские звания по окончании военной кафедры), тоже нуждается в корректировке. Нет смысла призывать на сборы тех, кто является лейтенантом запаса только на бумаге. Переучивать можно только профессионалов. И то только по их желанию или уже по контракту – тех, кто свяжет свою судьбу с армейской службой контрактными обязательствами.

У российской армии сейчас достаточно высокий авторитет в обществе – гораздо выше, чем 10-15 лет назад, чтобы превратить ее в привлекательное «место работы». А не загонять насильственно на год в казармы тех, кто не хочет, а иногда и объективно не может служить.

Такие люди будут отбывать номер, считая дни до дембеля, и никакой пользы с точки зрения военного строительства стране точно не принесут.

И, конечно, надо окончательно завершить начатую еще в конце позапрошлого десятилетия реформу обеспечения армии – когда хозяйственные функции были отделены от собственно военной службы.

Анекдотом начали, анекдотом и закончим. Военная разведка США докладывает президенту: «В советской армии нами обнаружено самое опасное подразделение. Называется stroibat. Там служат такие крутые солдаты, что им даже оружие не дают». Армия должна защищать страну, а не строить дороги, мосты и тем более генеральские дачи.

Разумеется, и в профессиональной армии может произойти «эксцесс исполнителя». Человек может сойти с ума и в армии, и на гражданке. Но когда армия будет состоять только из тех, кто может и хочет служить, она точно станет более боеспособной, а служба в ней – более безопасной.

В советские времена был пафосный слоган: «Есть такая профессия – защищать Родину!». Вот служба в армии и должна стать профессией. Не меньше, но и не больше.