Как-то раз на лекции меня спросили: «Скажите, а нормальных вообще не осталось? Все вокруг пьют препараты, а тем, кто не пьет, — тоже стоило бы». Ответ простой: большинство людей психическими расстройствами не страдают. В этом, собственно, и заключается понятие нормы. Но ощущение, что мир сошел с ума, действительно есть — и у него несколько вполне очевидных причин.
Первая и главная — поток информации в медиа. В нашей культуре долгое время о психических расстройствах было не принято говорить. Психозы, нарушения интеллектуального развития, тяжелые проблемы с характером считались постыдными диагнозами (отчасти это сохраняется и сейчас), а депрессия и тревога — «буржуазными капризами»: иди на завод, все пройдет. У этого были свои причины — от опоры советской науки на физиологию Павлова с отказом «психологизировать» душевные явления до непростой репутации психиатрической службы в СССР.
Теперь о депрессии, панических атаках и «биполярочке» говорят буквально из каждого утюга — отсюда и впечатление, что заболели все вокруг. На самом деле все это было и раньше. Просто называлось по-другому. Диагноз «вегетососудистая дистония» ставили направо и налево, а за ним очень часто скрывались тревожные расстройства и депрессия. Есть и внутренняя профессиональная шутка: мол, раньше психических расстройств не было — просто все родственники почему-то пили как не в себя. А ведь алкоголизация — это очень часто патологическая форма самолечения от депрессии, тревоги, а иногда и обострений биполярного расстройства.
Но есть и второй фактор — реальное увеличение частоты психических расстройств. Только улучшением диагностики и информированностью его объяснить уже не получается. Причин здесь тоже несколько, и первая из них парадоксальна: рост качества и продолжительности жизни. В бедных странах люди с тяжелыми психическими расстройствами часто не получают помощи и рано умирают, не оставляя потомства. А вклад наследственности в развитие психических расстройств очень велик — по разным оценкам, до 50% причинности. Поэтому, когда качество жизни растет, такие риски в популяции тоже постепенно накапливаются.
Кроме того, мы как вид довольно плохо приспособлены к жизни в больших городах. Наши предки жили небольшими группами, человек по тридцать. Даже после неолитической революции большинство людей по-прежнему обитало в маленьких поселениях. В мегаполисе же мы каждый день видим тысячи незнакомых лиц, слышим бесконечный шум, обрабатываем огромные потоки информации — к этому мы эволюционно не готовы.
Представьте мышь, которую посадили на яркий свет и не дают уйти в нору. Даже если ее там кормят и хищников нет — ей все равно очень плохо, потому что эволюционно она устроена под совсем другие условия.
Только не стоит делать из этого евгенических выводов: мы как вид давно справляемся с вызовами не за счет естественного отбора, а адаптируя среду под себя. Психотерапия и лекарства — такая же форма адаптации к сложной среде, как шуба, огонь и оружие для наших предков. Никому ведь не приходит в голову считать слабостью то, что зимой мы надеваем куртку.
Так нужны ли препараты всем подряд? Конечно, нет. Психиатрический диагноз ставят не по плохому настроению в понедельник и не потому, что человек устал и раздражен. Граница между нормой и расстройством проходит там, где симптомы становятся стойкими, заметно ухудшают качество жизни и мешают человеку работать, учиться, заботиться о близких или о себе. Если плохой сон, тревога или подавленность длятся неделями и не дают жить — это повод обратиться к специалисту. Если же речь о реакции на конкретное тяжелое событие, иногда достаточно времени, поддержки близких и психотерапии.
При легких и умеренных тревожных и депрессивных состояниях психотерапия по эффективности сопоставима с лекарствами. При более тяжелых формах препараты, как правило, нужны — и здесь отказ от них из соображений «я сам справлюсь» порой обходится очень дорого. А есть состояния — биполярное расстройство, шизофрения, тяжелые формы ОКР, — при которых медикаментозное лечение является основой, и без него любая психотерапия будет работать плохо.
Так что ощущение «все вокруг сошли с ума и сидят на антидепрессантах» — это во многом следствие информационного шума, а не объективная реальность. Большинство людей по-прежнему здоровы.
А тем, кому действительно нужна помощь, сегодня ее, к счастью, проще получить, чем когда бы то ни было. И это, пожалуй, та перемена, жалеть о которой точно не стоит.
Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.