Почему треть россиян утаивают доходы от супругов

И стоит ли вовсе говорить о деньгах с партнером
Марина Ярдаева
Журналист, педагог
Даша Зайцева/«Газета.Ru»

Опять обсуждают ред флаги в делах романтических. Только на этот раз финансовые. Социологи подкинули новых дровишек. Нет, что о зарплатах и кредитах на первых свиданиях лучше не говорить, это понятно. Это мы и так знаем. Любопытно другое. Огромное число людей нынче не готовы раскрывать доход до самого брака. А иные и в браке. И ведь как-то это у них получается. А как? Интересно и непонятно.

Вот статистика от «Финуслуг». 30% россиян считают, что тема денег в отношениях не может подниматься раньше третьего свидания. Нормальная и абсолютно понятная история: действительно странно с разбегу лезть человеку в карманы. Но дальше интереснее. 55% мужчин и 44% женщин стараются оттянуть разговор о финансах до последнего, вплоть до того, чтобы раскрыть карты уже после вступления в брак. А кто-то и в браке держит оборону. 30% россиян признались, что их супруги не знают, сколько они зарабатывают.

Так и хочется спросить: ребят, вы серьезно? А как же «договоры на берегу»? А как планирование? Как семейный бюджет? Как вообще жить общую жизнь с настолько закрытыми глазами? Или вы просто соседи по коммуналке? И какие еще темы будут закрытыми?

Нет, я все понимаю, модели семьи могут быть разными. Тут уж, как говорится, на вкус и цвет. Одни выступают за классику с полностью общим бюджетом. Другие устанавливают строгий пополам. Третьи экспериментируют, пробуют гибридные форматы. Но любой вариант требует, как минимум, обсуждения и все же владения информацией. Как вслепую-то разбираться?

Слышала, что люди все равно умудряются. Даже сознательно такое выбирают. Одни — потому что выше чего-то там, не хотят строить любовь на подсчетах, убеждены, что деньги разрушают романтику. Другие — потому что сами не заинтересованы в прозрачности. Забавно, что фраза: «Ой, да я вообще не знаю, сколько зарабатывает муж» — одинаково в ходу и у прогрессивных дам-карьеристок, и у убежденных домохозяек. Первые скидываются с мужем на обязательные расходы и считают, что остающееся на личные нужды никого не касается. Вторые верят, что вытянули счастливый билет: муж дает на хозяйство, а они создают уют — чего ж еще?

Вот только часто эти истории заходят куда-то не туда. Пополам не выдерживает испытания декретом: самодостаточная и независимая дама оказывается не такой уж самодостаточной и независимой, а у партнера, как внезапно выясняется, ничего сверх выделяемого в общую кассу и не оставалось, и он всерьез рассчитывает, что женщина как-то сама все разрулит. Надежный добытчик, оказывается, обеспечивал патриархальный уклад в кредит. То есть кредиты как бы брались на бизнес, но дело не шло, а человек изо всех сил поддерживал иллюзию благополучия, пока стало совсем не на что.

Или еще печальнее. То, что казалось неискушенной хозяюшке выигрышем в лотерею, было только жалкими крохами, и пока она задешево тащила быт, муж устраивал свою альтернативную жизнь, платил ипотеку за оформленную на маму квартиру, покупал машину, на которой планировал катать другую — «ту, что его достойна». Мужчины тоже так попадают, да. Соглашаются, что «ее деньги — только ее», потому что «ну что она там зарабатывает» и лишь бы свои доходы тоже лишний раз не светить, а потом возлюбленная закрывает личную ипотеку и машет ручкой.

Понятно, что неприятные сюрпризы возможны всегда, разное неожиданное случается со всеми. Но почему-то вылезает такое чаще, когда двое не готовы открыто говорить о важном. А деньги — это важное. Сама потребность в умолчаниях — это триггер. Ведь умолчания все усложняют. Не наоборот.

Если люди решили быть вместе, если они верят, что это не на неделю, месяц, полгода, то что мешает им честно обсудить, какими ресурсами они располагают, как их лучшим образом задействовать сообща? Раскрыть карты — это не значит сдать всего себя другому в вечное пользование, это значит понимать, что есть на двоих, как это можно грамотно распределить, с чем можно планировать будущее. А если каждый так осторожен и недоверчив, столь трепетен, что во всем мерещатся финансовые манипуляции, если каждый подстраховывается, обороняется, кроит, что это за семья вообще?

Так и представляю себе. Люди сошлись, надо общее гнездо вить: копить они там решают, или ипотеку брать. Надо посчитать общий доход, прикинуть возможности, сроки, и вот кто-то начинает мяться и жаться: ну я не знаю, я бы не хотел об этом говорить, посмотрим, как пойдет, как карта ляжет. Да что гнездо! Люди так холодильник не купят. Потому что не умеют спокойно о простых вещах говорить. Увы, 39% пар ссорятся во время разговоров о расходах.

Но говорить о деньгах надо! Обязательно. И говорить именно спокойно, легко. А если не получается, если один готов, а другой морозится, прямо противотанковые ежи выставляет, можно делать выводы. С таким товарищем и быт обсудить нормально не получится. Я уж не говорю о более тонких материях, о чувствах.

Вообще это поразительно. Вроде бы все уверовали, что обсуждать надо все-все «словами через рот». Но как дойдет до денег — «ой, все». Мужчины скрывают зарплату — боятся меркантильных хищниц. Женщины врут, что живут в съемных, а не собственных квартирах — а то вдруг альфонс. Всегда было интересно, как это работает. Стоит джентльмену назвать какие-нибудь цифры, его счета тут же обнуляются? Подруга тут же присваивает заработанное непосильным трудом и спускает в бутиках и салонах красоты? Или если я честно скажу мужчине, что купила квартиру сама, он завтра ко мне с чемоданами, что ли, нагрянет? А то и вовсе я, будто загипнотизированная, тут же все продам и подарю деньги любимому на бизнес? Фантастика.

Кто-то скажет, важнее не знания о доходах, а общие взгляды на финансы, совпадения в желаниях. И это верно. Да, люди могут знать друг про друга все, но не иметь в этом всем согласия. Но ведь и согласие без открытости невозможно. Если уравнение состоит из одних неизвестных, оно в принципе нерешаемо. Неизвестных и переменных и так хватает в жизни — это внешние обстоятельства. Зачем все еще больше запутывать?

Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.