Денис Драгунский о мужестве
честно вглядеться в лица
своих предков

5 отличий пиратских дисков от лицензионных

беседовал Михаил Дутиков 23.12.2005, 18:26

В Москве завершилась операция правоохранительных органов «Контрафакт». О её результатах, а также о разных аспектах проблемы пиратства в России корреспонденту «Газеты.Ru» рассказал Юрий Сорокин, генеральный директор Гильдии по развитию аудиовидеоторговли

Можно ли отличить пиратский диск от лицензионного? Как?

– Конечно, можно — с точки зрения наличия признаков контрафакта. Первое. Например, если в кинопрокате какой-то фильм только появился или собирается появиться, а вам на DVD уже предлагают копию — это стопроцентно пиратская копия, потому что любой правообладатель сначала осуществляет кинопрокат, а потом только дает право на аудио- и видеотиражирование. Во-вторых, ни один уважающий себя российский и тем более западный правообладатель не выпускает так называемые сборники, то есть всегда только 1 фильм на DVD или на CD.

Следующий момент. Если взять лицензионный диск и пиратский, то можно заметить, что пираты скопировали на своей хорошей полиграфической базе вот эту полиграфическую обложку, но с немного другими тонами, цветами, возможно, хотя сейчас это достаточно редко, качество похуже. Следующий момент. Очень часто бывает даже и полиграфия похожа, но внизу, на обратной стороне (обложки), где должен быть указан производитель этой серии дисков, написано что-то мелко и неразборчиво и указана какая-то организация без ИНН, адреса и т. д. Еще один момент: чтобы сбить с толку покупателей, пираты клеят голографическую наклейку-«сертификат». Так можно разобраться, где «пиратка», не открывая коробки.

В магазинах Москвы можно встретить лицензионные диски, лицензированные для реализации в других регионах — это тоже пиратские диски? Как отличить продукцию в таком случае?

– Вообще, когда выходят так называемые релизы, они бывают в целом на всю страну или на конкретный регион. Например, если на диске указано, что партия предназначена для распространения в таком-то регионе (например, специально указывается «не для продажи в Москве»), а вы его приобретаете на площади трех вокзалов, тогда, конечно, этот диск попал сюда пиратским способом.

По техническому качеству процентов 90% (пиратской) продукции (от лицензионной) отличить нельзя, если только речь не идет о копии, снятой в кинотеатре, — там, конечно, будет плохое качество и плохой звук. А если все сделано на нормальном оборудовании, то различить практически невозможно, только по вторичным внешним признакам, о которых мы говорили.

Как работают пираты?

– У пиратов очень хорошо выстроена экономическая структура. Если нужно, то их «вышестоящие» организации дают кредит на построение павильона, на приобретение оборудования, закупку дисков, то есть, как мы раньше говорили, «сначала ты берешь диски, продаешь, а потом ты как бы расплачиваешься». Лицензионному продавцу нужно самостоятельно найти средства, чтобы взять в аренду павильон, приобретать дорогостоящие диски. У пиратов любой, даже самый новый диск больше 100–120 рублей не стоит, а для лицензионных дисков, имеется в виду в целом, средняя цена — 300–400 рублей, ну минимум от 250 рублей. Разница в 2,5 раза, это достаточно тяжело, если рядом стоят два киоска: один торгует пиратской продукцией, а другой торгует лицензионной, при прочих равных потребитель, конечно, в первую очередь купит дешевый диск. Поэтому мы пытаемся работать с правообладателями, чтобы они здесь (на российском рынке) учитывали покупательную способность потребителей, ну, например, сделали диверсификацию стоимости дисков. Да, на прилавках может быть дорогой диск — 500–700 р.— для тех, у кого есть «домашний кинотеатр», дальше — эконом-класс (для владельцев нормального DVD-проигрывателя, нормальное качество) — 200–300 рублей и диск минимального оформления (без полиграфии, 150–200 рублей) — для молодежи, пенсионеров, малоимущих, которые в любом случае хотят как-то приобщиться к искусству. Т. е. качество у всех одинаковое — разница лишь в различных «наворотах». Вот так вот разграничив, мы все-таки сможем как-то экономическую базу у пиратов выбить, потому что большее количество категорий покупателей потянется к лицензионным дискам, больше того, по нашим опросам — а мы регулярно проводим мониторинги пиратского рынка, — многие из тех, кто торгует «пираткой», они внутренне готовы, если оптовая и розничная цена на пиратские и лицензионные диски будет незначительно отличаться (скажем, пиратский — 100–120 рублей, а лицензионный — 150-200 рублей), отказаться от пиратских, потому что это головная боль, уголовный кодекс, 146-я статья. При нынешней цене пиратский рынок, к сожалению, задавливает рынок лицензионный.

Почему с пиратами так трудно бороться?

– Здесь есть несколько составляющих. Некоторые специалисты считают, что нужно ужесточать действующее законодательство. Сейчас в Государственной думе, ряде других организаций идет дискуссия о том, что нужно ужесточить 146 статью УК. В экспертном совете по защите интеллектуальной собственности при комитете по экономической политике в Госдуме обсуждался вопрос, и внесено в Думу соответствующее положение, что теперь по 146-й статье (нарушение прав интеллектуальной собственности) будет не до 5 лет наказание, а 6, это сразу переводит пиратство в раздел тяжких преступлений. Плюс второе положение: сейчас по действующему законодательству конфискуется пиратский тираж, в новом предлагается конфисковать оборудование и материалы, на которых он изготавливался. К какому эффекту это приведет — трудно сказать, но, возможно, это нужно делать. Прошедшая операция «Контрафакт» показала, что прямые силовые акции — да, на какой-то период, на время их проведения, они пиратский рынок приостанавливают. Во время этой десятидневной операции порядка половины пиратских ларьков была закрыта, да и то потому что они за неделю уже знали об операции. А как только в 6 часов вечера проверяющие уходили домой, эти палатки даже в дни операций открывались и пираты «отбивали свои бабки» уже к 23 часам. Операция закончилась 31 ноября, а второго и третьего декабря, т. е. в субботу и воскресенье, Москва и другие крупные города были завалены уличными лотками, которые вообще-то запрещены — там торговля велась без кассовых аппаратов, а ассортимент — вообще 100% «пиратки». Наша Гильдия по развитию аудиовидеоторговли (ГРАВТ) выступает за использование экономических рычагов, чтобы (у торговцев лицензионными дисками) была возможность получения льготного кредитования на некий переходный период, мы не говорим, что навсегда. Мы хотим дать возможность лицензионному рынку завоевать свои позиции, давать товарные кредиты, использовать систему факторинга, чтобы продавцы лицензионных дисков могли иметь какие-то оборотные средства. Плюс снижение цены оптовой и розничной, а для этого нужно вести очень активные переговоры с правообладателями. Российские правообладатели уже пошли на снижение цен, например, Первая видеокомания продавала новые блокбастеры в розничных сетях по доступной цене. Западные студии пока на это не идут, но будем надеться, что они «подтянутся», потому что покупательная способность среднего американца, европейца и россиянина — они все-таки немного разные. Даже снизив цену, Голливуд получит то, что ему нужно, через объемы, через обороты. Вот об этом мы постоянно говорим с нашими зарубежными коллегами.

Как решается проблема пиратства на Западе?

– Во-первых, там этой проблемой, проблемой защиты авторского права, занимаются уже более 50 лет. И, это действительно очень важно, там выросли поколения, которые уважают чужой интеллектуальный труд и знают, воспитаны с детского сада, что чужое брать нельзя. Да, там есть жесткое законодательство, сейчас оно у нас почти такое же, но, самое главное, стоимость аудиовидеопродукции там такова, что не только средний, но и минимально зарабатывающий гражданин Германии, Америки, Франции может себе позволить практически любую продукцию аудиовидеорынка.

В России так называемая потребительская корзина гораздо ниже. Кстати, почему бы нашим чиновникам, которые рассчитывают «потребительскую корзину», учитывать не только пару носков за 5 лет да килограмм колбасы в месяц, но и, допустим, какую-то сумму на духовное развитие человека? Глядишь, минимальный прожиточный уровень немного поднялся бы, и у среднего гражданина появились бы «лишние» 30–50 рублей, чтобы купить не пиратский, а лицензионный диск.

Есть ли какие-то группы товаров, которые пираты любят больше и, наоборот, меньше?

– Пираты любят больше DVD, сейчас произошла замена домашней техники: многие потребители отказались от VHS, пираты очень чутко на это реагируют. И в то же время наименьшей популярностью у пиратов пользуются компьютерные игры. Потому что производители пошли по экономическому пути завоевания рынка и насколько возможно снизили стоимость лицензионных игр. Пиратам из-за разницы в 20–30 рублей стало невыгодно их тиражировать. Есть, конечно, очень популярные, интересные вещи, но основная масса такая.

Изменилось ли соотношение пиратской и лицензионной продукции на московском рынке в последнее время? В столице проводились рейды, есть ли эффект?

– Практически нет.

Вот цифры. До операции (октябрь 2005 года) «лицензией» торговал 21% продавцов, после — 20%, «смешанной продукцией» (и лицензионные, и пиратские диски) в октябре торговал 51%, после — 50%, для пиратской продукции цифры такие: 28% — до операции, 30% — после.

Рынок практически не изменился. Еще раз хочу сказать, что во время операции — да, многие ларьки, павильоны просто-напросто закрылись. Оптовики, поскольку милиция выставляла кордоны на трассах, остановили поставки, но в субботу-воскресенье, после окончания операции, пошел массовый поток оптовых поставок и рынок полностью восстановился. Даже такие широкомасштабные силовые акции кардинально решить вопрос не помогут. Только экономические методы в сочетании с законодательной поддержкой и разъяснительной работой реально что-то могут решить. По этому же пути шли западные страны, правда, для решения проблем им понадобилось 20–30 лет.

Как, на ваш взгляд, можно эффективно бороться с пиратством в России? Какие реальные шаги предпринимаются в этом направлении, насколько эти меры действуют?

– Правообладатели должны принять для себя принципиальное решение и снизить оптовую цену на аудиовидеопродукцию исходя из потребительских возможностей наших покупателей. Арендодатели могли бы для тех, кто заявляет, что торгует только лицензионной продукцией, сделать преференции, в этом направлении у нас есть небольшой положительный опыт. Государство могло бы уполномочить несколько коммерческих банков на выдачу товарных кредитов тем, кто торгует лицензионной продукцией, под гарантии государства или нашего стабилизационного фонда, но не просто «вот тебе деньги, занимайся» — это кредит с возвратом, с каким-то меньшим (чем в среднем для кредитов коммерческих банков) процентом. И должна быть соответствующая законодательная база.

Как нам кажется, должна быть сформирована такая система, где не каждое ведомство по отдельности — МВД своими делами занимается, Роспатент тянет на себя, и остальные структуры занимаются «сами в себе», — в которой все объединятся и вместе смогут обеспечить соблюдение законодательной базы лицензионного рынка, создать экономические стимулы для бизнеса в этой сфере. При всём это очень важна информационная и просветительская работа, потому что сегодня ни взрослый дядя, ни маленький мальчик не представляют, что, покупая пиратский диск, он тем самым нарушает УК, то есть незаконно пользуется чужим авторским правом: пират не платит всевозможных авторских отчислений и так далее, так далее. То есть здесь еще должна быть и воспитательная, пропагандистская работа, наверное, начиная с детского сада. 15 декабря председатель нашей гильдии Наумов Алексей обратился с письмом к президенту России Путину, в котором предлагается разработать программу «Россия без контрафакта», придать ей статус пятого национального проекта. Есть все возможности, рынок для этого готов. Нужно желание всех структур и поддержка государства. На сегодня, по оценочным данным, годовой оборот пиратского рынка у нас в стране — более $1 млрд.

Мы активно работаем с Госдумой, там абсолютно есть понимание, мы работаем с крупными арендодателями, торговыми центрами в Москве и регионах. Пока остается проблема в первую очередь с правообладателями, с западными студиями, Голливудом. Еще вчера с ними нельзя было ни о чем договориться. Недавно мы встречались с представителями министерства торговли США — ну, по крайней мере, нас сейчас уже слушают. Если раньше говорили: «Нет, нет, это не обсуждаемо. У вас есть милиция, вы и воюйте», — то сейчас они хотя бы выслушивают наши предложения и рекомендации. Это тоже очень важно.