Мы публикуем отклик на «личный опыт» нашего читателя «Меня достала специальная цена». — ред.
Допустим, купить белую майку со скидкой, которую купят еще сотня человек, не страшно, ее будут оценивать только соседи у мусоропровода, да в конце концов, белая майка – она и в Африке останется ходовой вещью. Но ведь невозможно ходить в одних и тех же черных двубортных полупальтишках, безразмерных вязаных беретах, псевдоалясках с чебурашечьим мехом, которые отличается друг от друга только качеством ткани и кроем – «не по фигуре» и «совсем не по фигуре». Или что там модно этой осенью…
Можно пройти сотни магазинов как возрождающейся отечественной легкой промышленности, так и иностранных – в Европе придумали, на Филиппинах сшили, и везде будут одни и те же модели.
Причем если зайти за границей во все эти зары-бершки-беннетоны, то там наряду с писком сезона будут совершенно другие вещи, такие, которые никогда не привезут в московский филиал. Русские байеры, не имеющие никакого другого сознания, кроме массового, будут выбирать из коллекции фаст-фэшн только то, что популярно среди их родного населения, то есть, понаряднее. Любят «азиаты с раскосыми и жадными очами» все поярче да пофуфыристее. Выход в свет, то есть в метро и на работу, должен быть праздником и себе, и окружающим.
Следовательно, «молчаливые» шмотки заранее обречены в России на провал, вести их – разорение, и байеры оставляют элегантную часть коллекций европейкам, к которым приглядываются не имеющего другого стиля, кроме матрешечного, россиянки.
Круг замкнулся. И вроде бы кажется, вот она, приличная вещь, если только вот убрать все лишнее, что на нее накрутили – пуговицы, пряжки, люрекс, пайетки, но ведь это не реально. И конца этому нет и не будет – публика хавает, значит, ассортимент не изменится. Ритейлер не художник, ему деньги надо зарабатывать.
Восстать против перламутровых пуговиц некому.
Остаются бутики и секонд-хенды. В бутиках – то же самое, но там другие понятия среди покупателей, примерно такие же, как у братвы относительно золотых цепей. Секонд лишен гламура, остается он молодежи, которая во всех странах одинаковая и не боится экспериментировать.
И ладно засилье безвкусных образов, рожденных загадочной русской душой, приносило бы только эстетическое неудовольствие, особенно зимой.
В вагонах метро всей Восточной Европы преобладает только один цвет, зато во всех оттенках – черный. Иные пускаются в крайности – снег, значит, надену белый. То, что белый сразу становится черным, их не пугает. Виден порыв, и это главное. Ну, а черная одежда зимой самое то – не марко и практично. Мои наблюдения показывают, что в это время года в общественном транспорте до 85% женщин одеты в черные брюки.
Ох, как уж они любят эти черные брюки, отличающиеся друг от друга опять же только качеством материала!
(Лично у меня нет ни одной пары черных штанов, даже джинсов, впрочем, как и белых тоже.) Главный критерий, подозреваю, все-таки – «не марко», зачем порошком стиральным почем зря баловаться.
Фиг с ним, с неудовольствием,
но эти люди волей-неволей отвечают за представление о том, как должен быть одет «нормальный» человек.
Из-за них на меня недружелюбно косится охранник в магазине и берет под наблюдение. Потому что нет на мне леопардовых вставок, лакированных сапог, вязаного берета, сумки с золотистым металлоломом и других доказательств «все как у людей». Мешает покупать косметическую мелочь, которую и покупать-то хочется только в угоду шопоголизму. А в ресторане для полуолигархов мне говорят «здрасте», но но забывают про «до свидания», потому что успели разглядеть не дизайнером порванные джинсы. Отдыхаю только за границей – беру с собой самые несочетаемые в представлении россиянина вещи, и чувствую себя как дома. В хорошем смысле.
