Этот текст - реплика в полемике вокруг письма нашей читательницы «Он говорил: я мужчина, я должен» - ред.
Но частенько водитель по дороге набирает стоящих пассажиров: и деньгу подзашибает, и благое дело делает, людей подвозит, ведь иначе им ох как трудно из своих «второстепенных» мест добираться. Так что частенько езжу в компании и со стоящими женщинами, и с пожилыми людьми. Уступать место, или нет?
Моралисты заявят, что всегда должен уступать.
Но ведь это неправильно, что из-за жадности водителя или нерасторопности администрации «второстепенных» мест я буду приезжать на работу уже подуставшим от часа стояния на ногах. Ведь это и на моей трудоспособности сказывается, и на моем здоровье, и на моей способности поиграть с детьми или помочь по хозяйству вечером после работы.
Уступая место в этой ситуации, я отдаю частицу счастья своей семьи.
Умом я понимаю, что мой один час на ногах - это может 5% моей дневной энергии, а у бабуси это может 50% ее энергии - и поэтому я обязан уступить. Тем же умом себя убеждаю, что у нас еще не коммунизм, и забота о своей семье для меня больший приоритет, чем чужая бабуся.
Ведь не раздаю же я свою зарплату по бабусям и приютам - в семью несу.
Где та грань морали, по которой 10% зарплаты пустить на благотворительность - это благородно, а 90% - уже безответственность перед семьей и детьми, которых завел? Кто мне объяснит, почему в метро я чувствую себя обязанным уступить место пожилым и женщинам, а в рейсовом автобусе с проплаченным местом не уступаю?
Или еще конкретный вопрос: подавать или не подавать бабусям и инвалидам?
Клянусь - большинство пенсионеров и инвалидов и вправду в нашем «заботливом» государстве влачат убогое существование, поэтому разумно полагать, что попрошайничают они не от хорошей жизни. С другой стороны, достаточно хорошо известно, что попрошайничество взято под контроль мошенниками, и настоящих бедствующих наверняка отовсюду гонят, лишь «ширмы» собирают наши благие пожертвования.
Я бы с радостью пошел на увеличение налога с 13% до 20%, лишь бы пенсионерам минимальную пенсию сделали не 2000, а хотя бы 6000.
Ну не может человек не загибаться, если получает лишь 2000!!! А за 6000 можно уже жить и без попрошайничества. Тогда я точно не подавал бы. А сейчас хожу и мучаюсь - а вдруг и вправду вот эта бабуля уже сутки как не ела? А я ей не подал. А всем подавать не могу - и денег не хватит, да и неправильно это - попрошаек плодить.
Вот еще элементарное: групка пьяни цепляется к прохожим, комментарии отпускают, непристойности девушкам предлагают. Как моралист, я обязан эту пьянь одернуть.
Да и умом понимаю, что безнаказанная шпана быстро прогрессирует, растет в смысле «подвигов», и что моя сегодняшняя трусость когда-нибудь мне же и откликнется сломанным носом при ограблении, или изнасилованием дочери. Но я редко выступаю, разве уж совсем в свинских случаях. И то, при свете дня и в скоплении народа, что называется.
Правильно, или неправильно?
Эти обкуренные могут и пырнуть за одно лишь замечание, а кто будет мою семью кормить, если я инвалидом или трупом стану? Я уж молчу про свою татарскую внешность – можно от скин-пьяни вообще по полной отгрести, под молчаливое одобрение окружающих.
Между прочим, для меня нет дилеммы в таких ситуациях как: 1) гаишники (только протокол, никакого нала); 2) нужное решение чиновника (никаких взяток, только пункты закона); 3) использование знакомых для решения проблем (никакого блата, только на общих основаниях).
Хотя эти аспекты тоже крадут у меня часть семейного времени и ресурсов, но дают мне моральную стамину для правильного воспитания детей.
А у вас тут «мужчина должен», «женщина должна»... В нормальных браках и взаимоотношениях таких вопросов не возникает: все свой посильный вклад вносят, и баста.
