Джон Гальяно задумчиво говорит визажисту: а почему бы не побаловаться с украшением глаз? Разве глаза не стоят того, чтобы одеть их в сверкающую оправу? В ответ на это Пэт Макграф усыпает драгоценностями глаза моделей Christian Dior, а губы обильно усеивает рядами блесток, словно вышитое платье.
Cтилист Armani Prive Петер Филипс щедро красит накладные ресницы моделей в блестящий красный.
У Армани в этом сезоне не было красных вещей в коллекции, поэтому он просит художника сделать алый акцент хотя бы на глазах. Впрочем, сам Филипс не поклонник красных ресниц, они не льстят лицу модели, поэтому эксперименты с кровавым блеском продолжать он не собирается.
У Лакруа стилист Одиль Жильбер разбрасывает по лицам и волосам миллион фальшивых бриллиантов, а каждую модель венчает подстриженным париком с густо нанизанными на волосы драгоценными камнями. Манекенщиц Chanel Одиль украшает искусственным жемчугом и искрящимися безделушками. Почему так много слепящего блеска?
Люди считают, что они должны сверкать, думает Одиль.
Вот почему, несмотря ни на какие кризисы модных домов, их драгоценности, в отличие от одежды, всегда на гребне волны. У Chanel в новой коллекции браслеты по 250 тысяч евро, и они продаются быстрее, чем их изображения доходят до глянцевых журналов. У ювелирной компании Van Cleef&Arpels, отмечающей в этом году свое столетие, этот год рекордный по продажам.
«Мир становится все богаче и тратит все больше», — утверждает президент Van Cleef&Arpels Станислав де Керсиз.
Жан-Кристоф Бедо, президент компании Boucheron, говорит, что бум высокой ювелирной моды продолжается, а его клиенты становятся все моложе: «Мы все чаще видим покупателей от 30 до 40 лет. Они приезжают со всего мира».
Ювелирный взлет будет продолжаться, считают в Van Cleef&Arpels и Chanel.
Множество новых перспективных рынков еще не освоено. Дизайнеры с восторгом смотрят на Россию, быстро развивающийся Китай и рассчитывают продать Востоку все блестки этого мира.
