Первый за 11 лет двусторонний саммит ЕС — Турция закончился заключением договора, направленного на остановку потока беженцев через турецкую территорию. По словам главы Евросовета Дональда Туска, «ЕС не ожидает, что кто-то вместо нас будет охранять наши границы». «Это должно быть сделано только европейцами. Но мы ожидаем шагов, когда речь идет о прекращении миграционных потоков, которые идут в Европу через Турцию», — заявил он по итогам встречи.
Турция уже приняла около 2 млн беженцев из Сирии, в связи с чем обратилась к ЕС за помощью.
За 2015 год около 1,5 млн мигрантов прибыли в ЕС, большинство из них — именно через Турцию.
Брюссель на эти условия согласился. «Мы утвердили решение о создании механизма по предоставлению помощи сирийским беженцам в Турции на €3 млрд», — сообщил Туск. Выделение этой суммы 24 ноября одобрила Еврокомиссия: €500 млн туркам будет направлено из бюджета ЕК, а €2,5 млрд должны собрать государства ЕС из своих национальных бюджетов. При этом большинство из 28 стран ЕС, включая Бельгию, пока не приняли решение о выделении средств, несмотря на уже заключенную договоренность сделать это к 21 декабря.
Еще одной политической победой Анкары стал запуск нового этапа переговоров о приеме Турции в Евросоюз.
«Турция является ключевым стратегическим партнером ЕС, но также кандидатом на вступление в сообщество. Мы приняли решение начать переговоры по 17-й главе (переговоров о вступлении Турции в ЕС) по экономической и финансовой политике», — отметил глава ЕК.
Кроме того, если Турция выполнит все необходимые условия европейцев, то уже осенью 2016 года получит безвизовый режим с Евросоюзом. Визовая либерализация будет осуществлена в том случае, если Анкара станет придерживаться соглашения о реадмиссии с ЕС (о возвращении в Турцию граждан третьих стран, попавших в ЕС через эту страну. — «Газета.Ru»).
Премьер-министр Турции Ахмет Давутоглу по итогам саммита ЕС — Турция заявил, что его страна и Евросоюз будут проводить по два саммита в год, что ускорит процесс вхождения Турции в ЕС.
«Мы решили, что ежегодно будем проводить по два саммита, ускорим процесс присоединения. Определен календарь по вопросу безвизового режима с ЕС. В марте (2016 года) первый доклад, в июне — вступление в силу соглашения о возврате мигрантов и в октябре — вступление в силу безвизового режима. Для этого есть что делать и нам, и Евросоюзу», — заявил он.
Впрочем, никаких гарантий сокращения потока беженцев турецкая сторона не предоставила.
На вопрос журналистов о том, смогут ли решения саммита разрешить кризис мигрантов, Давутоглу развел руками: «Я бы хотел сказать вам, что да, приток беженцев сократится. Но все зависит от того, что будет происходить в Сирии».
В самом ЕС также признались, что выделение этих средств не приведет к немедленному перекрытию потока беженцев: по словам канцлера ФРГ Ангелы Меркель, эти деньги должны, по крайней мере, «сдержать людей на территории [турецкого] региона».
Любопытно, что утром в воскресенье, за несколько часов до начала общего саммита ЕС — Турция, Меркель провела свой собственный мини-саммит, на котором канцлер ФРГ и ее коллеги из семи стран ЕС обсудили возможность принять еще большее число беженцев с Ближнего Востока. На встрече присутствовали лидеры Швеции, Финляндии, Австрии, Нидерландов, Люксембурга, Бельгии и Греции.
Как пишет The Guardian, подобные планы Германии создать «коалицию желающих», готовых принять еще большее число беженцев с Ближнего Востока, раскололи Европу в вопросе мигрантов. По мнению издания, неожиданный мини-саммит иллюстрирует, что Меркель временно бросила попытки убедить своих восточноевропейских оппонентов в необходимости помочь мигрантам, однако есть подозрение, что она будет использовать новую коалицию для давления на своих европейских противников.
«Саммит состоялся спустя всего несколько дней после того, как ВВС Турции сбили российский военный самолет, что добавило новый элемент неопределенности в кризисе, охватившем страны Европы», — пишет NYT.
Однако теперь Европе не остается ничего, кроме как надеяться, что Турция поможет обуздать миграционный кризис, который вскрыл глубокие разногласия между странами ЕС и стал поводом для пессимистичных предположений о том, что Европейский союз может рухнуть под натиском беженцев из охваченных войной регионов планеты.
