Госдума вылечит наркоманов коррупцией

В Госдуме предлагают ставить диагноз «наркомания» по результатам медосмотра и воссоздать официальный перечень одурманивающих веществ

Ирина Резник 19.04.2013, 17:55
Внесенный в Госдуму законопроект закрепляет исключительное право лечения наркозависимых за... Антон Буценко/ИТАР-ТАСС
Внесенный в Госдуму законопроект закрепляет исключительное право лечения наркозависимых за государственными клиниками

В Госдуме предлагают ставить диагноз «наркомания» по результатам медосмотра, а также воссоздать официальный перечень одурманивающих веществ. Такие положения содержит внесенный проект поправок в антинаркотическое законодательство. Кроме того, документ закрепляет исключительное право лечения наркозависимых за государственными клиниками, а обязанности по их реабилитации вменяются аккредитованным «социально-ориентированным» НКО. Эксперты предложенные новации называют нелепыми и способными привести к всплеску коррупции.

В Госдуму внесен проект изменений в антинаркотическое законодательство. Автор документа – глава думского комитета по безопасности и противодействию коррупции Ирина Яровая – предлагает прежде всего уточнить понятие «больной наркоманией». Действующий с 1998 года закон «О наркотических средствах и психотропных веществах» предполагает установку этого диагноза только путем направления на медицинское освидетельствование (ст. 44). В законопроекте предлагается упростить эту процедуру:

по мнению автора идеи, определить, что человек болен наркоманией, можно и в процессе медицинского осмотра.

Кроме того, закон предполагает поправки в ст. 55 закона, которая регламентирует деятельность медучреждений, оказывающих наркологическую помощь. Исключительное право лечения наркомании остается по-прежнему за государственными клиниками, а медико-социальная реабилитация больных перекладывается на плечи аккредитованных «социально-ориентированных» некоммерческих организаций.

Как сказано в пояснительной записке к документу, медучреждения осуществляют лишь детоксикацию и лечение психопатологических расстройств, а на реабилитацию направляется не более 5% больных. Поэтому основную нагрузку по реабилитации и ресоциализации в России несут нескольких сотен негосударственных центров. Однако качество предоставляемых ими услуг «практически не контролируется, многие из них работают бессистемно, другие не обеспечивают необходимого качества и безопасности предоставляемых услуг».

Гарантией того, что наркозависимые не станут объектом эксплуатации и не попадут в лапы «тоталитарных религиозных сект, иностранных религиозных организаций и миссионеров», должна стать аккредитация НКО и их работа по стандартам, утвержденным Минздравом. Заодно это позволит распространить на такие НКО существующие в стране меры экономической поддержки.

Еще одно предложение законопроекта – воссоздание официального перечня одурманивающих веществ, что позволит распространить на их потребителей и сбытчиков действие антинаркотического законодательства. В частности, поясняет Яровая, речь идет о так называемом веселящем газе (закись азота, N2O). Получившее в последнее время широкое распространение вещество рекламируется производителями и продавцами как безвредная замена наркотиков и свободно реализуется в ночных клубах и в интернете.

Эксперты идею постановки экспресс-диагноза на основании единичного потребления наркотика считают абсолютно нелепой.

«Наркомания — это клиническая форма, и поставить диагноз может только врач на основании шести определенных критериев заболевания, — говорит главный врач Медицинского центра доктора Зобина, психиатр-нарколог Михаил Зобин. – Эти критерии определены в международной классификации болезней, и для постановки диагноза нужны хотя бы три из них».

По мнению кандидата юридических наук, полковника милиции в отставке Евгения Черноусова, передача права установления диагноза медкомиссии, не имеющей ни базы, ни специалистов, приведет к всплеску коррупции. «Если в специализированных учреждениях, где проводится освидетельствование, еще можно навести порядок, то после расширение круга лиц, имеющих право на бесконтрольную постановку диагноза, наступит бардак – вымогательство за непостановку на учет станет повсеместным», — считает эксперт.

Что до консервации нормы о лечении наркомании исключительно в государственных клиниках, то, по словам Черноусова, такой подход безнадежно устарел и не отвечает сегодняшней сложной обстановке в стране.

«Это вчерашний день, — говорит он. – Ничего кроме пользы участие в лечении наркомании серьезных частных клиник, имеющих лицензии и работающих по научно-обоснованным методикам, утвержденным Минздравом, принести не может. Статистика распространения наркомании в десятки раз занижена – надо смотреть правде глаза. И нехватку квалифицированной помощи используют бесчисленные шарлатаны, имитирующие лечение».

Тем более, добавляет Зобин, что с самого начала частные клиники находили пути обхода запрета и интернет заполнен их рекламой. «Речь идет о медикаментозной детоксикации, выведении из синдрома отмены, что никак не решает проблему зависимости, — поясняет Зобин. — Любой профессионал знает, что клинически синдром отмены более серьезен и опасен осложнениями, чем последующая абстиненция от наркотика. Так вот, частный центр, например, принимает пациента, но на детоксикацию везет на двое суток в государственную клинику, после чего забирает к себе».

Саму же идею запрета на лечение где бы то ни было эксперт считает нарушением прав пациентов. «Похмельный синдром лечить в частных центрах можно, а наркотический – нет, — напоминает Зобин. — Нигде в цивилизованном мире нет ограничения права пациента выбрать себе врача и место для лечения. Другое дело, все должно быть сертифицировано, клиники должны иметь квалифицированный персонал и соблюдать единые для всех требования по стандартам лечения».

Передавая полномочия по реабилитации некоммерческим организациям, государство, по словам Черноусова, расписывается в своей беспомощности и честно признается, что готово пустить эту проблему на самотек.

По словам Зобина, законопроект лишь закрепляет существующую ситуацию. «Де-факто так оно и есть, — объясняет Зобин. – Это ведь проблема не медицинская, а социально-психологическая. Другое дело, что эффективность реабилитационных программ во всем мире не очень высока. И никаких проблем эти центры и программы, на которые все уповают, не решат. Открывать новые реабилитационные центры не имеет смысла: существующие сегодня стоят пустыми. Но этот опыт у нас игнорируют и только просят: «Дайте денег – решим проблему».

Достаточно бессмысленной представляется экспертам и идея очередного списка запрещенных препаратов. «Россия и так впереди планеты всей по выдумыванию запретов и уголовных статей. А для статистики людей уже судят за миллиграммы наркотиков, не разбираясь. Так у нас скоро вся страна станет «ранее судимая», — говорит Черноусов. «Согласно международной конвенции, существуют списки, в которые вносятся препараты или вещества, находящиеся под контролем или запрещенные к обороту, — отмечает Зобин. — Но проблема заключается в том, что каждую неделю на рынке появляются новые вещества, продающиеся под видом безобидных товаров, которые не успевают вносить в эти списки. Это погоня за воздушным змеем».

По словам эксперта, сегодня в мире вырабатываются совсем другие подходы. «В цивилизованных странах движутся в сторону снижения вреда, — говорит он, — не борьбы со своими гражданами, а минимизации проблемы: уменьшения последствий наркотизации, медицинской реабилитации, отказа от мер принуждения и насилия. У нас же все ровно наоборот».