Проект нового кодекса судейской этики московские судьи и их коллеги из других регионов в четверг обсуждали на научно-практической межрегиональной конференции, прошедшей в Мосгорсуде. Идея создания нового кодекса обсуждается с декабря прошлого года – на тогдашнем съезде судей, который проходит раз в четыре года, представители судейского сообщества решили, что действующий кодекс, принятый в 2004 году, нуждается в доработке. В существующем документе (он представляет собой всего четыре страницы печатного текста) требования, предъявляемые к судьям, изложены неконкретно, отмечают эксперты. «Это довольно краткий кодекс, намного уступает по объему, например, кодексу адвокатской этики и нуждается в детализации. Его явно необходимо дополнить как в части норм-принципов, формулирующих, что судья должен быть честным, квалифицированным, добросовестным, так и в части казуистических норм – запретов на определенные виды деятельности и поступки», — прокомментировал существующий этический кодекс судей президент Адвокатской палаты Москвы Генри Резник.
Согласны с этим и судьи: одна из главных целей принятия нового кодекса – конкретизация уже существующих норм. Новый кодекс, если он будет принят в той редакции, которая обсуждалась в четверг, гораздо объемнее существующего и регламентирует поведение судьи не только в процессе, но и вне его – вплоть до личных отношений, имущественных сделок и религиозных убеждений. В 9-й статье кодекса дается определение конфликта интересов: судья, согласно документу, должен заявить самоотвод (то есть добровольно отказаться от участия в процессе), если он или его близкие родственники заинтересованы в определенном исходе дела. Правда, в целях борьбы с судебной волокитой в эту же статью добавили оговорку: если судья уже «уделил делу значительное время», а потом понял, что кто-то из его родственников или знакомых является заинтересованным лицом, рассматривать дело можно и дальше – нужно только, чтобы родственники «отказались от интереса».
Особое внимание в проекте этического кодекса уделяется тому, что судья должен «быть осведомлен о своем личном имуществе и источниках его формирования», а также о том, на какие средства живет его семья.
Предпринимательством и частной юридической практикой заниматься запрещается, не стоит поддерживать деловые отношения с адвокатами – они «с высокой степенью вероятности будут участвовать в судебном процессе». Председателям судов новый кодекс предписывает избегать «покровительства и семейственности».
По факту гибели судьи Нагатинского районного суда Москвы возбуждено уголовное дело по статье «Халатность». 36-летняя судья Екатерина Чернявская скончалась на днях в Москве из-за врачебной ошибки, сообщила на конференции в Мосгорсуде председатель суда Ольга Егорова. Как уточнила пресс-секретарь Мосгорсуда Анна Усачева, Чернявская проходила плановое обследование в Клинической больнице управделами президента. Когда перед УЗИ ей ввели контрастное вещество, выяснилось, у Чернявской началась острая аллергическая реакция. Спасти судью не удалось, она скончалась через несколько часов. У Чернявской осталась 15-летняя дочь и престарелые родители. Уголовное дело против врача, проводившего процедуру, расследует Следственное управление по Москве СКП РФ.
Собственную религиозную принадлежность судьям предписывают скрывать: в кабинетах и залах заседаний не должно быть икон, статуй Будды или другой религиозной символики.
Если эта норма останется в окончательной редакции кодекса (примут его, как ожидается, не раньше 2012 года), Мосгорсуду придется принять решение о том, что делать с построенной на его территории православной часовней.
Новый кодекс судейской этики распространяется не только на судей, рассматривающих уголовные и гражданские дела, но и на председателей судов и других сотрудников — секретарей, работников канцелярий. Так, например, с помощью нового документа судьи надеются искоренить привычку многих судов назначать на одно и то же время по несколько заседаний сразу, из-за чего участникам процессов приходится часами ждать своей очереди в зал суда. Председателям судов предписывается равномерно распределять нагрузку между судьями. Сейчас это происходит далеко не всегда, признала на конференции в четверг председатель Мосгорсуда Ольга Егорова. В качестве неудачного примера распределения дел она привела Мещанский районный суд столицы, где на рассмотрении находится 12 тыс. гражданских дел. «Почему-то одна судья рассматривает два дела, другая сто дел, а остальные делят между собой оставшиеся тысячи», — заявила Егорова.
Председатель Мосгорсуда на критику не скупилась: судьи не умеют общаться с журналистами, в районных судах грязно и хамят, «ворюг» и бандитов выпускают под залог.
«Входишь в суд, тебя обругают, коридоры грязные, месяцами не мытые», — делилась впечатлениями от московских судов Егорова. При этом, по ее словам, 99% московских судей – «приличные люди», от остальных председатель Мосгорсуда намерена «избавляться». Приличным же судьям, по ее мнению, не хватает только понимания того, что судебная система должна быть более открытой для общества и представителей СМИ. «Без журналистов о нашей тяжелой работе никто не расскажет, — увещевала коллег Егорова. – Журналист и судья – это одно и то же. И те и другие устанавливают истину. Только мы законным путем, а они — каким придется». Она признала, что объявление закрытым процесса по делу о неуплате налогов компанией «Арбат-Престиж», которое рассматривает Тушинский суд, было «безмотивным и необоснованным», и добавила, что ее о закрытии процесса в известность не поставили. «Мне потом отвечают: так захотел прокурор. В итоге начали слушать, вернули дело в прокуратуру. А вы остались в дураках», — заявила судьям Егорова. (Сейчас дело «Арбат Престиж» снова рассматривается в Тушинском суде, на этот раз в открытом режиме).
Поведение гособвинителей и судебных заседателей Егорова критиковала не единожды. «Они приходят в Басманный и Тверской суды как к себе домой, ногой открывая дверь, берут бумажки. Я потом номера дел смотрю и ужасаюсь: два года назад дело рассмотрели в Мосгорсуде, а в 2009 году в рамках этого же дела выносят определение об аресте», — возмущалась председатель Мосгорсуда.
«Это все закончилось смертью Магнитского, — подытожила Егорова. – А обвинили кого? Суд».
Впрочем, по мнению председателя Мосгорсуда, арест в деле юриста Hermitage Сергея Магнитского, умершего в СИЗО «Матросская Тишина», был законным: его несколько раз вызывали в суд, он не являлся, доставляли принудительно и наконец арестовали. «Слава богу, что в Тверском суде было вынесено постановление, где все было подробно написано и, когда мы его отдали, никаких вопросов ни у кого не возникло», — закончила Егорова рассуждения о Магнитском. При этом она призвала судей, несмотря на случившееся, не бояться арестовывать обвиняемых, если на то есть причины: главное, подробно изложить свои мотивы в судебном решении: «А то в тюрьмах это быстро разлетится, будут говорить: падайте в обморок, они испугаются и отпустят». А вот с залогами, по мнению Егоровой, судьям нужно быть осторожнее: «Бандиты, воры и жулики вам принесут и 100 миллионов, у них этого много, а человек, один раз оступившийся, всю жизнь должен работать, чтобы собрать миллион».
Подытоживая сказанное и возвращаясь к вопросу взаимодействия судей с журналистами, Егорова посоветовала судьям «высказывать свое мнение, но не оправдываться», а также «не бояться давать журналистам процессуальные документы». Вместе с председателем Мосгорсуда будущее кодекса судейской этики обсуждали судьи районных судов, профессора юридических вузов, представители Минюста и Госдумы. Не исключено, что нынешняя редакция кодекса не раз изменится, прежде чем он будет принят: утвердить документ можно будет не раньше 2012 года, когда в Москве пройдет очередной Всероссийский совет судей.
