В пятницу экс-полковник ФСБ Михаил Трепашкин был освобожден из колонии общего режима в Нижнем Тагиле Свердловской области. Как сообщило управление ФСИН по Свердловской области, в 8.20 по местному времени Трепашкин покинул территорию колонии.
На выходе его никто не встречал — ни родственники, ни журналисты: предполагалось, что осужденного освободят около полудня, но по распоряжению начальства колонии его выпустили на несколько часов раньше.
Как сообщил «Газете.Ru» общественный защитник Трепашкина Глеб Эделев, администрация ИК-13 «выставила» экс-полковника ранним утром, когда было еще темно. Собственно, сам Трепашкин не знал, сколько было времени, так как у него не было часов. (По мнению Эделева, руководство колонии сознательно пошло на этот шаг, поскольку не хотело видеть у ворот тюрьмы журналистов, хотя еще год назад администрация ИК-13 охотно устраивала для них экскурсии).
О своем освобождении Михаил Трепашкин сообщил, дозвонившись с телефона на проходной до своих общественных защитников. Те не особенно удивились, что Трепашкин оказался на свободе на несколько часов раньше. Как сообщил общественный защитник Трепашкина Сергей Кузнецов, «подобного фокуса стоило ожидать».
После разговора с юристами Трепашкин сел в маршрутку и отправился на Нижнетагильский вокзал, откуда на междугородном маршрутном такси выехал в Екатеринбург, где его уже ждали журналисты и правозащитники.
Встреча произошла около 11.00 (9.00 мск) часов утра под мостом у въезда в город.
Маршрутка должна была въехать в Екатеринбург по Серовскому тракту. Поэтому встречающие решили ждать приезда экс-заключенного у моста, через который проходит административная граница города. Подъезжая к назначенному месту, Трепашкин остановил машину и вышел.
Михаил Трепашкин стал известен благодаря участию в ноябре 1998 года в пресс-конференции, на которой подполковник ФСБ в запасе Александр Литвиненко и его коллеги утверждали, что по приказу руководства участвовали в заговоре с целью убийства Бориса Березовского.
После ухода из органов безопасности Трепашкин занимался адвокатской практикой и работой в общественной комиссии по расследованию взрывов жилых домов в Москве в 1999 году. Результатом работы стала книга Юрия Фельштинского и Александра Литвиненко «ФСБ взрывает Россию».
В 2002 году против Трепашкина было возбуждено уголовное дело. Его обвинили в разглашении гостайны. По версии следствия, у него в квартире устроили обыск в рамках поисков Литвиненко. Но вместо компромата на Литвиненко следователи нашли у Трепашкина свыше тысячи документов с места бывшей работы. По данным следствия, Трепашкин с 1984-го по 1997 год, проходя службу в КГБ СССР и ФСБ России, делал копии со служебных документов. Из них около 30 бумаг следствие посчитало секретными. Кроме того, во время обыска у Трепашкина нашли 22 разнокалиберных патрона.
Михаил Трепашкин обвинялся в разглашении гостайны своему бывшему коллеге – полковнику ФСБ Виктору Шебалину. Трепашкин, работавший в 2002 году адвокатом, передал Шебалину сводки прослушивания телефонных переговоров членов «гольяновской» ОПГ. В интервью газете «Московские новости» Трепашкин утверждал, что в прослушках речь шла о коррумпированных сотрудниках спецслужб, которые, по сути, стали членами преступной группы. Защита утверждала, что Трепашкин просил знакомого через свои контакты довести переданную информацию до руководства ФСБ. Однако дело не было расследовано, зато обвинение предъявили самому Трепашкину.
Адвокаты считают, что дело Трепашкина носило исключительно заказной политический характер. Дело в том, что он был задержан за пять дней до начала судебных слушаний по делу о взрыве жилого дома на улице Гурьянова, где Трепашкин должен был выступить защитником сестер Морозовых, у которых в результате взрыва погибли родители. Кроме того, по словам адвокатов, Трепашкин располагал сведениями, якобы подтверждающими, что к взрывам в Москве напрямую причастна ФСБ.
19 мая 2004 года Московский окружной военный суд приговорил Трепашкина к пяти годам лишения свободы.
Подсудимый был признан виновным в разглашении тайны без признаков государственной измены (статья 283 УК РФ), а также в незаконном хранении боеприпасов (ч. 1 ст. 222 УК РФ). Но позже Мособлсуд, куда с кассационной жалобой обратилась защита Трепашкина, отменил приговор в отношении ч. 1 ст. 222 и дело по обвинению в незаконном хранении оружия прекратил. Тем самым срок снизили с пяти лет до четырех. Срок отбывания наказания исчислялся с момента ареста Трепашкина 1 декабря 2003 года.
Госдепартамент США включил Трепашкина в список из семи политзаключенных России.
После трети срока Трепашкин подал заявление об условно-досрочном освобождении в суд Нижнего Тагила, по месту отбывания наказания. По решению суда в августе 2005 года заключенный был освобожден, но прокуратуры Нижнего Тагила и Свердловской области не согласились с этим решением и обжаловали его в Свердловском областном суде. В сентябре 2005 года Трепашкин был возвращен в колонию-поселение. 9 марта этого года Тагилстроевский суд Нижнего Тагила перевел Трепашкина в колонию общего режима. С требованием о переводе на более жесткий режим содержания обратилась администрация колонии-поселения, мотивируя свое обращение систематическими нарушениями режима.
Тут же была устроена блиц-пресс-конференция, после чего Трепашкина увезли в неизвестном направлении готовиться к общению с журналистами на уже запланированной пресс-конференции (она прошла несколькими часами позже). Михаил Трепашкин заявил, что будет добиваться справедливости. Начнет с того, что обжалует свой приговор, который считает совершенно незаконным. Кроме того, намерен уже в ближайшем времени судиться с Федеральной службой исполнения наказаний.
Бывший заключенный, по его словам, намерен привлечь тюремщиков за ложь и причинение морального вреда.
В частности, по словам Эделева, администрация ИК-13 отказала следователям Скотленд-Ярда, расследовавшим смерть Александра Литвиненко, во встрече с Трепашкиным. Английским сыщикам объяснили, что бывший сотрудник спецслужб осужден за измену Родине и поэтому беседа не может состояться. Между тем, по словам Эделева, в приговоре Московского окружного военного суда про измену нет ни слова. (Трепашкин был осужден за разглашение государственной тайны без признаков госизмены.) В-третьих, экс-полковник ФСБ намерен продолжить правозащитную деятельность, к которой добавится новое направление — защита заключенных и политзаключенных.
Тем временем права самого Трепашкина будут отстаивать как в России, так и за рубежом.
В июле 2007 года Страсбург удовлетворил его жалобу на бесчеловечное обращение. «Мы направили в суд вторую, очень объемную жалобу на нарушение права на справедливое судебное разбирательство, которого Михаил Трепашкин был лишен. Третья жалоба еще только готовится», — рассказала «Газете.Ru» представитель Трепашкина в Европейском суде адвокат Елена Липцер. Она уточнила, что Трепашкин намерен жаловаться в Европейский суд по правам человека на содержание в ИК-13, на 4 незаконных взыскания, которые послужили основанием для перевода из колонии-поселения в колонию общего режима.
Напомним, что за несколько месяцев до освобождения Трепашкину был ужесточен режим отбывания за ряд дисциплинарных проступков. Администрация ИК обвиняла экс-полковника в невежливости с персоналом колонии, в попытке пронести в «периметр» алкоголь (им оказался пробник с одеколоном) и передаче документов на волю в обход тюремной канцелярии.
Пока же освободившийся правозащитник собирается домой, в Москву, где его ждут жена и пятеро детей. Билет на самолет Трепашкину пока не купили, но, несмотря на отсутствие паспорта (есть только справка), рассчитывают, что до столицы экс-чекист в ближайшее время доберется без проблем.
