В среду мосгордума приняла в первом чтении изменения в закон «Об особо охраняемых природных территориях (ООПТ) в городе Москве», позволяющие корректировать границы ООПТ не чаще одного раза в три года и на площади, не превышающей 1% всей этой территории (под корректировкой границ ООПТ подразумевается изъятие части ее территории с одновременной прирезкой в другом месте участка такой же площади. — «Газета.Ru»).
Как заявила на заседании автор документа председатель комиссии по экологической политике Вера Степаненко, «в условиях идущего в городе широкого градостроительства границы ООПТ, как правило, подвергаются массовой корректировке», и если эту практику не ограничить «во времени и пространстве», можно получить «лоскутное одеяло, когда лакомые куски отрезаются, а менее ценные прирезаются». Трехлетний срок депутат объяснила тем, что раз в 3 года принимается среднесрочная экологическая программа города. А площадь в 1% — тем, что если на ООПТ и будут производиться какие-то изменения, то «небольшими кусочками».
Между тем, по мнению думской оппозиции, 1% площади — не такая уж жесткая мера. По словам «яблочника» Сергея Митрохина, если следовать логике законопроекта, то каждые 3 года можно отдавать под застройку и хозяйственную деятельность 36 га Москворецкого парка.
Кроме того, по мнению Митрохина, законопроект идет вразрез с позицией мэра столицы, много раз осуждавшего любые посягательства на природный комплекс. «На сегодняшний день общая площадь всех московских ООПТ составляет 15900 га, и нам предлагают выдавать застройщикам индульгенцию на ежегодное уничтожение 53 га в Останкино, Москворецком, на Воробьевых горах — там, где ни один листочек не должен упасть.
То, что сейчас хотят представить как ограничение застройки ООПТ, на самом деле является ее разрешением», — заявил он.
В подтверждение своей правоты Митрохин привел статистику корректировок за 2006 год, полученную им из открытых источников. По его данным, в прошлом году границы природного комплекса корректировались 34 раза, в результате чего были безвозвратно утеряны 569 га зеленых массивов. Кроме того, депутат обратил внимание на то, что в этой статистике непосредственно ООПТ занимает не самое большое место (92 га находились на территории ООПТ «Долина реки Сетунь»). Основной же удар приходится на зеленые зоны, называемые в законодательстве «объектами природного комплекса» и никак не упомянутые в проекте «Единой России». В итоге их «корректировки» продолжатся безо всяких ограничений.
Митрохин процитировал слова Юрия Лужкова о «категорическом запрете на использование даже одного квадратного метра в природоохранных зонах», и призвал не дискредитировать заявления мэра. «Как соотносится ваш законопроект с этими словами мэра?» — поинтересовался он у председателя комиссии по экологической политике. «Он соотносится со здравым смыслом», — парировала Вера Степаненко.
Продемонстрировав здравый смысл, депутаты приняли законопроект в первом чтении и тут же рассмотрели предложенный оппозицией альтернативный документ.
Суть предложений «яблочников» сводится к полному запрету исключения земельных участков из состава особо охраняемых природных территорий.
Как заявил Сергей Митрохин, ООПТ нельзя трогать ни при каких обстоятельствах, а изобретенный столичными властями термин «корректировка» позволяет «ужасающими темпами» уничтожать природу.
По его словам, компенсация за вырубленные деревья вовсе не заключается в высаживании новых. Просто взамен отданного под хозяйственную деятельность участка ООПТ его статус присваивается другому участку такой же площади. В качестве примера депутат привел строительство по адресу Рублевка, 111: «Росший здесь хвойный лес перестал быть объектом природного комплекса и пошел под топоры, а в качестве компенсации этой потери его охранный статус перешел к участку лиственного леса такой же площади. И таких примеров можно привести множество».
Митрохин думает, что в тех крайних случаях, когда все же придется затронуть часть природного комплекса, например, при расширении дорожно-транспортной сети, решение об этом не должно приниматься мэрией кулуарно. «Соответствующие изменения должны вноситься в генплан и утверждаться мосгордумой. Конечно, это процедура более громоздкая, чем просто принятие постановления правительства, но это оправданно», — заявил он. Как предрек Митрохин, сейчас наступает «момент истины», когда мосгордума должна решить, действительно ли она намерена остановить «свирепствующий в Москве экоцид». Однако его доводы не произвели впечатления на парламентское большинство.
По мнению Михаила Москвина-Тарханова, не надо «зеленого радикализма», достаточно будет «усилить» уже принятый законопроект нормой о том, что корректировка границ природного комплекса допустима лишь в крайних случаях, соответствующих задачам генплана. По словам Александра Крутова, нельзя говорить об абсолютном запрете, так как на свете вообще нет ничего абсолютного. «А что будет, если на ООПТ упадет астероид?» — поинтересовался он. А Вера Степаненко, поблагодарив Митрохина за «научный доклад об экологической ситуации в городе и поддержку нашего политического лидера», заметила, что «закон должен соответствовать другим законам и применяться на практике».
Мэрия оказалась против проекта «яблочников». В своем заключении мэр написал, что не считает возможным поддержать законопроект, так как «в случае... исключения отдельного земельного участка из состава ООПТ с одновременным возмещением в виде другого участка такой же или большей площади может быть признано целесообразным в случае крайней необходимости».
В итоге большинством голосов альтернативный законопроект был отклонен («за» проголосовали 5 депутатов, 3 воздержались). Московские парламентарии так и не смогли решиться на то, что позволили себе недавно их рязанские коллеги, объявившие пятилетний мораторий на любое строительство на территориях городских зеленых зон.
