Екатерина Шульман
о новой роли
российского парламента

«Состоятельные женщины выходят замуж за молодых мужчин»

О судьбе институтов семьи и родительства в современной России рассказывает д.соц.н. Татьяна Гурко

Екатерина Жужгова 22.07.2013, 13:49
iStockPhoto

Каковы предпочтения состоятельных женщин в выборе партнера для брака, почему американцы выбирают русских жен, а европейцы — филиппинских, крепки ли межэтнические браки, как изменились семейные ценности в России — в интервью «Газете.Ru» рассказывает доктор социологических наук, заведующая сектором социологии семьи Института социологии РАН Татьяна Гурко.

— Как изменились семейные ценности и семейное поведение в России за последнее десятилетие?

— Семейные ценности и семейное поведение россиян стали кардинально меняться с начала 1990-х годов, когда произошли сексуальная, контрацептивная и феминистская революции в России (на Западе это случилось еще в 1960-е годы). Сегодня мы живем в глобальном пространстве, новое поколение молодежи воспитывается на общемировых (западных) ценностях наряду с возрождением религиозных ценностей среди определенной части граждан.

Как показывают наши исследования, семейные ценности молодежи в последнее десятилетие уже не обязательно предполагают «брак на всю жизнь», молодежь лояльна к повторным бракам, в том числе среди имеющих детей, к внебрачным рождениям, сожительствам и даже к супружеским изменам, они не считают, что «каждая женщина должна стать матерью».

Одновременно есть и позитивные тенденции: новое поколение чаще, чем в начале 1990-х, не признает «двойного стандарта» в сексуальных отношениях, отрицает роль жены-домохозяйки, чаще приветствует равноправные партнерские отношения, включая со-родительство, то есть активное отцовство, в том числе и после развода.

Тенденции развития семьи в России соответствуют общемировым тенденциям при переходе от индустриальных к постиндустриальным обществам.

Изменение структуры семей с детьми. Это увеличение материнских (29%) по переписи 2010 года, отцовских семей (4%), уменьшение числа нормативных семей, увеличение сводных семей, в которых дети воспитываются отчимами, редко мачехами (к сожалению, статистика их не фиксирует, по нашим данным, среди семей с подростками в ЦФО РФ в 2011 году таких было 14%). Семейный кодекс позволяет юридическое оформление отцовства без брака, в чуть меньше половины случаев внебрачных рождений — отец сам признает свое отцовство. Эти семьи в США специалисты именуют «хрупкими семьями». Сожительства, или «гражданские браки», как их именуют сами граждане, разнородны. Среди молодежи сожительства выступают часто в качестве «пробного брака».

В западных странах легализуются однополые браки. Думаю, что в России они существуют не-факто, а по закону одинокие граждане могут усыновлять детей и получать все льготы. Но ведь никто не проверяет сексуальную ориентацию не состоящих в браке граждан.

Я лично категорически против усыновления (или опеки) детей такими парами, ибо это воспроизводство гомосексуализма и, как результат, ускорение вымирания «белой расы». В такой ситуации встает вопрос: может быть, их целесообразнее легализовать, но без права усыновления?

После развода супругов с детьми может возникнуть бинуклеарная семья. В ряде западных стран существует «совместная физическая опека» над детьми после развода. В таких случаях дети проводят в семье родителя, проживающего отдельно (часто состоящего в новом браке), установленную часть времени, например, определенное число ночей в неделю, либо определенную часть дней в году. В таких случаях две нуклеарные семьи общаются в связи с обязательствами в отношении ребенка (детей).

Семьи с усыновленными (удочеренными) детьми с обоими небиологическими родителями иногда называют «приемными». В действительности нужно говорить о «семье усыновителей». Приемные семьи образуются на основании договора о передаче ребенка (детей) под возмездную или безвозмездную опеку на определенный период. В России широкое распространение получили опекунские семьи. Опекунами чаще всего являются бабушки или другие родственники. Бабушки/дедушки часто брали внуков под опеку еще в советские времена в случае лишения родителей их прав. В настоящее время появился тип семей, которые западные исследователи назвали «семьи с пропущенным поколением» (skipped generation families). Этот тип связан с миграцией родителей в столицу в поисках заработков, где они вынужденно остаются на длительный срок. Дети остаются с бабушками (дедушками), фактически возлагающими на себя функции родителей, и, кроме того, в привычном окружении сверстников и одноклассников.

Между последними переписями (2002 и 2012 года) число детей в семейных ячейках (родители — дети) изменилось совсем незначительно: число многодетных (более трех) увеличилось с 5 до 6%, а число однодетных уменьшилось с 68 до 67%.

В западных странах модернизация института семьи при переходе от аграрных к индустриальным обществам в первую очередь означала нуклеаризацию семьи. В России советского периода интенсивной индустриализации, однако, процесс нуклеаризации не был завершен, баланс сельского и городского населения менялся слишком быстро. Эта проблема советского наследия не решена до сих пор.

Взрослые дети часто продолжают проживать с родителями, в том числе и после создания семьи. Начиная с 1990-х годов, когда стала возможной свобода географического перемещения по России, молодые люди из провинции активно переезжают в крупные и столичные города, что способствует и их социальной мобильности.

Сожительства не в последнюю очередь обусловлены экономическими соображениями выгоды совместной аренды жилья, но создавать семьи в отсутствие собственного жилья готовы далеко не все. Как это ни парадоксально, именно более благополучные жители крупных городов чаще проживают с родителями. Молодые люди, которые вовремя не отделяются от родителей, не приобретают навыков самостоятельной жизни, и у них не вырабатывается чувство ответственности за супругу/супруга и собственных детей.

Динамика функций института семьи, полная или частичная передача функций общественным институтам.. В постиндустриальных западных обществах существенно увеличился объем услуг, предоставляемых семье-домохозяйству. Число функций, которые предписываются исключительно семье, существенно сократилось. Это значит, что и потребность в ней неизбежно уменьшается.

На примере крупных городов России можно видеть, что семьи все чаще прибегают к частным услугам в уходе за детьми, престарелыми, в выполнении домашней работы, вполне доступны и секс-услуги, что теоретически всегда было привилегией семьи.

Сегодня в каждой семье должен быть менеджер, который выбирает качественные товары, недорогие услуги, контролирует их исполнение, управляет жилищно-коммунальными вопросами. Остаются незыблемыми лишь такие функции семьи, как совместное воспитание детей и удовлетворение потребности в любви, привязанности и семейной идентичности.

Ослабление патриархата как в супружеских отношениях, так и в отношениях детей и родителей. Хотя еще остаются и насилие супругов, чаще над женами, и подавление самостоятельности детей, гиперопека, авторитаризм, вплоть до жестокого обращения с ними. В этом отношении существуют значительные различия семейного поведения в различных социальных группах.

Изменение этнического состава семей в условиях третьего демографического перехода.

— Какова судьба института семьи в стране? В чем причина его кризиса? Какая помощь необходима со стороны государства для сохранения этого института?
— Нет никакого кризиса – институт семьи трансформируется в новых рыночных глобальных условиях, как я говорила выше, появилось множество различных типов семей.

Скорее можно говорить о кризисе брака в связи с ростом сожительств. Исторически все супруги никогда не были счастливы, хотя браки были стабильными. Сегодня чаще всего сохраняют брак счастливые супруги, а там, где счастливы супруги, счастливы и дети.

Наряду с нормативной семьей (супруги и их биологические дети) сосуществует множество других форм организации частной жизни и воспитания детей.

— Какие новые тенденции появились в развитии института родительства в России? Одинаковы ли эти изменения в мегаполисах и в регионах?
— В сознании, по крайней мере, части молодого поколения укрепляется представление о рациональном планировании рождения ребенка. В сравнении с советским периодом есть прогресс в использовании контрацепции, снизилось число абортов.

Некоторые наиболее «продвинутые» образованные молодые супруги, особенно в крупных городах, достаточно ответственно подходят к решению иметь ребенка вплоть до специальных процедур чистки организма перед зачатием, прохождения специальных программ в период беременности и т. д.

Существенная тенденция последних десятилетий — разделение родительства и супружества. Выражается это в увеличении числа супружеских пар (зарегистрированных и незарегистрированных), которые сознательно отказываются иметь детей, с одной стороны. С другой — широкое распространение получили семьи с одним родителем (обычно матерью).

Внебрачная рождаемость в России имеет выраженную этно-региональную специфику, наиболее высокие показатели отмечены в Республике Тыва (68%), в Корякском автономном округе (56%), в Усть-Ордынском Бурятском автономном округе (54%), в Ненецком автономном округе (53%), в Пермском крае (46%). Здесь речь не идет о сознательном рождении детей вне брака. Это скорее вынужденная ситуация для женщин.

Мужчины этих этнических групп не приспособились к новым социально-экономическим условиям еще в советские времена, они попросту спиваются. На одной из конференций мой коллега спросил у местного социолога: «Что, пьют больше, чем русские?» Она ответила: «Да!»

Одна из тенденций, связанная с трансформацией института родительства, его отделение от биологической основы. Многие отцы (реже матери) не проживают вместе с детьми, причем некоторые из них являются «эпизодическими» родителями (детей, например, воспитывает бабушка), а другие, не поддерживая никаких контактов с ребенком, так и остаются только биологическими родителями. Одновременно растет число фактических родителей, не связанных с воспитываемым ребенком биологическими узами. В России это происходит за счет распространения сводных семей и соответствующего увеличения числа отчимов и мачех, увеличения числа родителей, лишенных родительских прав, расширения практики усыновления (удочерения) детей, в том числе не родственниками.

Ежегодное увеличение числа детей, принятых в семью на воспитание приемными родителями и патронатными воспитателями, означает профессионализацию родительства.

Такие родители проходят специальный отбор, заключают договор и получают заработную плату, а также отчитываются за свою работу. Они также должны получать профессиональное сопровождение со стороны представителей органов опеки, а также специалистов психологов, медиков, педагогов, юристов.

Родительство иногда отделяется и от собственно сексуальной основы, когда зачатие осуществляется путем искусственного оплодотворения или имплантации эмбриона с использованием отца-донора. Кроме того, супруги могут подписать договор об имплантации эмбриона другой женщине (суррогатная мать) и вынашивании ею ребенка. В этом случае, согласно российскому законодательству, они могут быть записаны родителями ребенка только с согласия женщины, родившей ребенка. Такое вмешательство в естественный процесс деторождения чревато многими проблемами для обеих сторон договора.

В западных странах дети получают все больше возможностей в отстаивании своих прав перед родителями, так развивалось западное законодательство. В России же дискурс детских прав в отношении родителей пока еще не выносится на широкое обсуждение, чаще речь идет о родительских правах. Теоретически дети могут пожаловаться или предъявить претензии к родителям через орган опеки и попечительства. Но этого не происходит даже в самых экстремальных случаях — насилия и пренебрежения родителями своими обязанностями.

Важная тенденция развития института родительства в России — динамика родительских ценностей в постсоветский период. Согласно нашим данным, например, ценности «конформизма — достижительности» различаются среди матерей подростков в зависимости от их уровня образования, в крупных и средних городах, в отношении мальчиков и девочек.

В ситуации изменения социальных ролей женщин и мужчин, а также представлений о женственности и мужественности стали меняться и родительские роли.

По мере того, как молодые женщины в России включались в предпринимательство и новые высокодоходные отрасли, начинает меняться и поведение отцов — повышается их внимание к детям.

В начале ХХI века с вхождением России в глобальное экономическое пространство становится очевидным, что семья с одним кормильцем проблематична, и репродуктивный труд необходимо распределять между мужем и женой. Молодые отцы нынешнего поколения более активно занимаются с детьми, включая совсем маленьких, чему в немалой степени способствует и увеличение «возраста отцовства».

Мужчины созревают для отцовства примерно к тридцати годам.

Многие семьи, по крайней мере в столице, используют для выполнения домашней работы дешевый труд мигрантов, растет объем услуг в сфере питания. В таких условиях можно ожидать увеличения количества времени, которое родители уделяют детям, что и фиксируют исследования бюджетов времени.

Как показали наши трендовые исследования молодых семей и семей с детьми-подростками, проведенные при поддержке Российского гуманитарного научного фонда в 1995, 2011 и 2012 году, меняются и отношения родителей с детьми. Родители реже практикуют авторитарные методы воспитания, отношения становятся более доверительными и демократичными.

Случаи проживания отца с ребенком после развода чаще возникают в крайних обстоятельствах — либо матерей лишают родительских прав, либо отцы богаты и создают более благоприятные для ребенка условия проживании и обучения. Среди «обычной категории» разводящихся иногда супруги «делят» детей — мальчик, например, выражает желание жить с отцом, а девочка с матерью.

К сожалению, в России до сих пор не принята законодательно «совместная физическая опека» после развода.

Согласно данным опроса подростков можно наблюдать позитивную динамику — интенсивность встреч с биологическими отцами после развода родителей увеличилась. В 1995 году среди подростков, проживавших с матерью после развода родителей, 34% юношей и 19% девушек общались с не проживающим с ними отцом часто, 41% и 56% соответственно редко встречались или разговаривали по телефону, 23% — никогда. В 2011 году с отцами «часто» общались 64% юношей и 54% девушек, 22% и 25% общались редко (включая общение в интернете), остальные — никогда. В ответе на вопрос «кого ты считаешь своей семьей из тех, кто не проживает вместе с тобой?» подростки помимо бабушек/дедушек часто указывали отца.

Нельзя не упомянуть об изменении отношений между взрослыми детьми и родителями. Существенно уменьшилось количество молодых супругов, ожидающих помощи от родителей. Эта ситуация объективна, поскольку в новых экономических условиях молодые юноши и девушки имеют доходы намного выше родительских и становятся более независимыми.

— Браки. Какие новые тенденции появились в последнее время?
— Россия в отличие от постиндустриальных стран, где мало браков (их заменяют сожительства) и потому мало разводов, а также в отличие от мусульманских стран, где много браков и мало разводов, находится в переходной ситуации, когда относительно высокий уровень браков соответствует высокому уровню разводов и повторных браков. Рост брачности в России в последние годы отчасти обусловлен высокой пропорцией молодежи «активного» брачного возраста (за счет высокого уровня рождаемости в 1985–1986 годах) и, кроме того, некоторой финансовой стабильностью в сравнении с 1990-ми годами.

Один из показателей трансформации института семьи в России — увеличение возраста вступления в брак, уменьшение доли сверхранних браков, переход к так называемому «западному типу» брачности. В России можно видеть ежегодное увеличение возраста вступления в брак женщин, и особенно мужчин.

Основная динамика прослеживается в прежде «активной брачной» возрастной группе 18–24 лет. В 1980 году заключали брак 62% юношей и 68% девушек в этих возрастах, в 2011 году — 29% и 44%, соответственно, больше браков заключается в возрастной группе 25–34 года. Повышению возраста вступления в брак сопутствует и повышение возраста рождения женщинами первого ребенка. В первую очередь эта тенденция распространяется на образованных, успешных в карьерном отношении женщин.

Заключение брака становится рациональным и планируемым решением для нового поколения россиян.

Необходимым условием для многих, как показал наш опрос студентов, является наличие стабильного заработка и собственного жилья или стратегий его приобретения. Однако общая тенденция не исключает практик непланируемого родительства и форсированных браков, как правило, в малообразованных и малообеспеченных слоях населения, где по советскому образцу молодые продолжают проживать с родителями.

На «брачном рынке» России существуют половой и гендерный дисбалансы. Превышение числа женщин над мужчинами начинается с возрастной группы 30–34 года.

Кроме того, в России еще с советских времен существует дисбаланс мужчин и женщин в городах и сельской местности. Мужчины обычно предпочитают жен младше по возрасту. Образовательный уровень женщин растет более высокими темпами, так, в 2011 году их было 56% в учреждениях высшего профессионального образования. Женщин-«белых воротничков» значительно больше, нежели мужчин, то есть в информационном обществе они чаще, чем мужчины, заняты умственным трудом. Именно у экономически независимых, высокообразованных российских женщин, добивающихся высоких профессиональных успехов, так же как и на Западе, высоки требования к партнеру по браку. Они же часто либо вообще отказываются от брака и рождения детей, либо предпочитают материнство без брака.

— Как отразились глобальные тенденции на состоянии семейной ситуации в России?
— Последствия экономической глобализации выражаются, в частности, в том, что место работы супругов все чаще отдаляется от дома как такового. Часто супруги имеют возможность и хотят жить далеко не там, где они имеют шансы хорошо зарабатывать. Неизбежные разделения супругов в случае пусть и временной работы вдалеке от дома (часто и в другом государстве) не способствуют стабильности их брака и эффективному родительству.

На Западе, как отмечают экономисты, вложения в собственное образование, здоровье, карьерный рост приносят в денежном эквиваленте гораздо больший доход, являются более выгодными инвестициями, чем затраты времени и средств на семью и детей (прежде дети рассматривались экономистами как инвестиции в старость).

Один из основных факторов трансформации семьи — глобализация культуры. «Местные нормы и ценности, обычаи и мораль, религиозные верования, модели семейной жизни, способы производства и потребления, похоже, исчезают под натиском современных западных институтов», отмечает известный польский социолог Пётр Штомпка.

«Нынешние глобальные масштабы унификации культуры определяются главным образом средствами массовой коммуникации, особенно телевидением. Империалистические средства массовой информации превращают нашу планету в «большую деревню», обитатели которой потребляют один и тот же культурный продукт».

По причине миграции и эмиграции в России, как и в других странах, увеличивается число межэтнических и межстрановых браков, смешиваются семейные нормы разных культур.

— Крепки ли межэтнические браки?
— К сожалению, я не знаю таких российских исследований, а статистика разводов по межэтническим бракам не публикуется. В новых бланках (утверждённых в 2006 году) по регистрации брака, рождению ребенка, разводу национальность указывается по желанию граждан, то есть в любом случае полной достоверной информации получить нельзя.

Думаю, что в отношении стабильности таких браков важна не столько этничность, а принадлежность к религии. Даже неверующие супруги имеют определенную религиозную идентичность, что предполагает определенные нормы семейного поведения. В случаях несовместимости этих норм велика вероятность конфликтов. Кроме того, зарубежные исследования показывают и дополнительные факторы риска: неодобрение со стороны родителей и широкого семейного клана, ценностные проблемы в воспитании детей.

В новых условиях «глобального брачного рынка» мужчины стремятся найти жену в тех странах, в которых установки на гендерное равенство в браке еще не столь распространены, как на родине, где женщины приняли идеологию феминизма.

Например, «белые» американцы активно ищут русских женщин, которые «не избалованы» на родине партнерским отношением к ним со стороны русских мужчин. Они также часто женятся на азиатских женщинах (в основном из Китая). Одновременно выходцы из Латинской Америки редко заключают браки с представителями других этнических групп.

Анализ статистики заключения межэтнических браков на примере европейских стран показал, что наблюдается тенденция их незначительного увеличения. Однако основным барьером является религиозная идентичность. Мусульмане вступают в брак с мусульманами, а хинди с хинди. Вероятность межэтнических браков выше, если мигранты — выходцы из бывших колоний принимающей страны, среди второго поколения, среди мусульман мужчин (в этом случае дети считаются мусульманами). Увеличивается число браков между европейскими мужчинами и мигрантками с Филиппин и из Таиланда. Немецкие мужчины, особенно после 30 лет, предпочитают супругу из менее развитых в экономическом отношении стран, опять же из соображений воспроизводства традиционной модели, к которой уже не готовы молодые немки. Возможно, эта тенденция происходит и в России. На вопрос «заключили ли бы вы брак с представителем другой национальности?» в 2006 году 67% девушек-студенток и 81% юношей в Москве ответили положительно. А 50% и 71% соответственно готовы были заключить брак с человеком другой религии.

Но все-таки по-прежнему при выборе супруга/супруги соблюдаются критерии социальной гомогамии, что называется «из своей социальной среды». Это — национальность (этническая группа), религия, уровень образования, социальный класс или профессиональная группа (рабочие, творческие профессии, менеджеры).

По американским данным, эти характеристики учитываются более тщательно в первых браках, но на них меньше обращают внимание во вторых и последующих браках.

— Увеличивается ли число браков по расчету?
— Сложный вопрос. Что мы понимаем под расчетом?

Разумный расчет — это часто залог успешного брака

(с этой целью мною была адаптирована специальная методика «Проверка пары», позволяющая прогнозировать возможные проблемы и личностную совместимость партнеров). Браки из корыстных побуждений существовали всегда, в том числе в советские времена (брак ради прописки в городе, из карьерных соображений и т. д.). В 1990-е годы стало престижно состоятельным мужчинам жениться на молодых «блондинках», многие из них оставляли своих интеллигентных жен-ровесниц. В 2000-е годы социологи и журналисты описывают другую тенденцию — состоятельные женщины, добившиеся успехов в карьере, выходят замуж за молодых мужчин.

Гэри Беккер — известный экономист, лауреат Нобелевской премии применил теорию обмена к выбору партнера. Он ввел понятие «брачного рынка», где потенциальные супруги обмениваются имеющимися у них ресурсами и просчитывают выгоды и издержки возможного брака. Обладание ресурсами (социальный статус, карьерные перспективы, деньги, недвижимое имущество и наследство, возраст, социальный успех, сексуальность) делает мужчин и женщин в большей или меньшей степени конкурентоспособными на брачном рынке. Он даже вводит понятия «высококачественных и низкокачественных» мужчин и женщин с точки зрения обмена. Как показывает опыт западных стран, в рыночных условиях эта теория часто подтверждается.

С другой стороны, британский социолог Энтони Гидденс считает, что настало время «чистых отношений», свободных от каких-либо меркантильных интересов.

«Для большинства сексуально «нормальной» популяции любовь обычно связана с сексуальностью через брак; но теперь двое все в большей и большей степени оказываются связанными через чистые отношения. Брак — для многих, но никоим образом не для всех групп населения — во все возрастающей степени изменяет курс своего развития в направлении формы чистых отношений со многими последствиями в грядущем».

В России переходного периода становления рыночных отношений, вероятно, имеют место обе эти тенденции.