В Татьянин день выпускник МГУ и профессор Университета штата Нью-Йорк в Стоуни-Брук Артем Оганов рассказал «Газете.Ru», что у него в лаборатории все аспиранты — китайцы, что большая часть университетов в США частные, и о трудностях работы деканом в США.

— Как стать аспирантом американского университета?

— Система рекрутирования аспирантов отличается от таковой для постдоков и, на мой взгляд, хорошо работала в 50-е годы, а сейчас несколько устарела.

В США после окончания университета дурной тон остаться там же в аспирантуре. Выпускник должен сменить вуз.

Для этого на факультеты (а не в профессору) подают заявки, анкеты. Там оценивают их уровень знания английского, учитываются баллы в дипломе, проводят собеседование. Уже затем прошедших отбор кандидатов распределяют среди профессоров. Эта система была хороша, когда Америка была Меккой и университет гарантированно получал много сильных заявок. Сейчас это не так, есть конкуренты и по качеству образования, и по перспективам работы. Наш маленький факультет получает около 50 заявок в аспирантуру. Из них от силы две или три сильные заявки. А нужно набрать порядка 15 аспирантов.

Сильные заявки — это, как правило, китайцы. По официальной статистике, у нас в университете среди аспирантов 35% китайцев, корейцев и японцев.

Если учесть, что они резко доминируют на естественных факультетах, а на факультете права, живописи и т. п. их вообще нет, то картина будет еще более впечатляющая. У меня в лаборатории все аспиранты — китайцы, много китайских постдоков.

Срок аспирантуры — 5 лет, и во время первого года аспирант проводит около 70% времени, занимаясь преподаванием, проводя лабораторные работы. Каждый профессор сообщает руководству факультета, сколько ему нужно помощников для его курса, и сообща принимается решение о привлечении аспирантов. Эта система отчасти похожа на педагогическую практику аспирантов в России, однако здесь ее объем больше, а ребятам неплохо платят за преподавание. То есть в первый год аспирантуры предполагается, что аспирант не занимается наукой, а только преподает, зарплату ему платит университет, а не профессор. На мой взгляд, это хорошая система. Здесь очень ценятся коммуникативные качества, и при преподавании они проверяются и даже развиваются. Здесь слабое школьное образование, и ребята подтягивают свой уровень даже не столько в университете, сколько в аспирантуре. Так, в первый год они латают дыры своего школьного образования, знакомятся с лабораторией, входят в курс дела. Если что-то не получается, есть возможность без ущерба для работы перейти к другому профессору. Этот год является очень полезным буфером и для аспирантов, и для профессора.

— Каких университетов в США больше — частных или государственных?

— Большинство университетов в США частные, и среди них наибольшее число сильнейших вузов: Гарвардский университет, Массачусетский технологический институт (MIT), Калифорнийский технологический институт (CalTech), Принстон, Йель — это все частные университеты. Однако и среди государственных университетов есть очень сильные — это система университетов в Калифорнии, Пенсильвании, Миннесоте, Нью-Йорке, где работаю я.

— Как управляются американские университеты?

— Поскольку университеты различаются — и по форме собственности, и по размеру, и по специализации, детали их устройства варьируются.

Тем не менее в целом система имеет схожие черты.

Формально университетом руководит попечительский совет. В частных университетах его роль выше, чем в государственных. Исполнительным руководителем университета является президент — аналог ректора в России. Президент отвечает за принятие самых важных решений, является официальным представителем университета и занимается привлечением финансовых и материальных ресурсов. Традиционно последняя функция была определяющей в частных университетах, но сегодня в условиях сокращения финансирования и государственные университеты активно прибегают к привлечению частных денег.

— Как происходят выборы президента?

— Его выбирают представители сената — совета университета, куда входит вся профессура. Сенат назначает выборщиков, которые затем выбирают президента. Президент работает в тесном контакте с так называемым провостом — проректором, который отвечает за научную и педагогическую работу. Кроме того, есть вице-президенты, отвечающие за технические вопросы — кампус, финансы, кадры, развитие и связи с общественностью.

— Университеты делятся на факультеты?

— Не совсем так. Следующей ступенью структуры являются школы или колледжи. У нас, например, самое большое подразделение — это так называемый колледж искусств и наук, куда входят все важнейшие факультеты — и гуманитарные, и естественные.

Среди них физика, химия, математика, биология, геология, театр, живопись. Это чуть ли не 80% университета.

Кроме того, у нас есть школы бизнеса, инженерии, медицины.

Уже эти школы (или колледжи) делятся на факультеты.

— Как управляются факультеты?

— Деканов, как и в России, выбирают внутри факультета, однако условия здесь более жесткие. Декан не может работать на своем посту более двух сроков. Обычно большая часть профессоров за время своей работы в университете успевают поработать деканом. Каждые три года среди них проводится опрос, и они говорят, кого бы хотели видеть деканом. Составляется список претендентов, и проходит голосование.

Надо сказать, что здесь быть деканом — чистое проклятие, и я надеюсь, что мне удастся этого избежать.

Чтобы добровольно на это согласиться, мне кажется, нужно быть или фанатом тяжелейшей организационной работы, или иметь финансовые проблемы — деканы получают серьезную надбавку.

— Почему так? В чем сложность работы декана?

— Декан, хотя и остается профессором, 90% своего времени тратит на административную работу. Через него проходят все бумаги за его подписью, все заявки всех профессоров на гранты, на оборудование. Он обязан присутствовать на всех заседаниях сената и многочисленных специальных комитетов. Он занимается всеми номинации на премии. Декан — связующее звено между факультетом и администрацией университета. Он ответствен за все финансовые вопросы. Если сокращают бюджет, декан участвует во всех дискуссиях, ищет статьи сокращения расходов, предлагает, кого уволить. С каждым уволенным он должен затем отдельно поговорить.

Научный результат этих трудов, как правило, плачевный.

Когда человек становится деканом, у него обычно исчезают публикации, гранты заканчиваются и, соответственно, расформировывается группа. После работы деканом профессор возвращается к «нормальной жизни», но ему приходится строить коллектив фактически с нуля.

— Следующее административное звено — профессура?

— Это звено следующее и отчасти последнее. В американских университетах, кроме профессоров, нет постоянных научных сотрудников. Постоянные ставки имеют административные работники — секретари, уборщицы или техники, как герой Алексея Баталова из «Москва слезам не верит». Хотя сейчас у нас на факультете из-за сокращения бюджета уволили всех техников.

Есть две ветви профессуры — обычные профессора и профессора-исследователи.

Вторые занимаются только научной работой, их позиции временные, контракты обновляются каждые пару лет (часто их зарплата идет целиком из грантов), и это почва для большого стресса для этих людей. Профессора-исследователя получить легче — для этого не нужен общий университетский конкурс.

Профессора-преподаватели проходят через три ступени. Сначала по конкурсу вчерашний постдок может получить позицию младшего профессора — Assistant Professor. Это не постоянная позиция, на ней человек работает 5—6 лет, а после этого его работу оценивает факультет, его документы высылаются рецензентам. Они дают рекомендации — или не продлевать контракт, или дать ученому позицию Associate Professor. Это уже постоянная позиция, и достаточно много ученых дальше нее не продвигаются. Через 3—4 года можно попытаться получить позицию Full Professor, но отличается она только размером заработной платы, суть та же.

— Каковы служебные обязанности университетского профессора?

— Если человек находится на постоянной позиции, у него, в принципе, нет обязанности заниматься научной работой, но есть обязанность преподавать. У нас на факультете преподавания очень мало — в среднем около двух пар в неделю, так как предполагается, что все остальное время профессор посвещает науке.

«Отлынивать» долго не получится: если профессор перестает заниматься научной работой, у него исчезают гранты и становится мало публикаций, факультет возложит на него дополнительные обязанности преподавания — 7—8 пар в неделю

плюс бюрократическая работа во всевозможных комитетах. Это дополнительный стимул продолжать научную работу.

— Кто составляет штат научной лаборатории?

— Кроме вспомогательного персонала это аспиранты и постдоки. Постдоки — это младшие научные сотрудники, защитившие диссертацию и продолжающие научную работу по временным контрактам. Аспиранты, как и в России, выпускники вузов (здесь это бакалавриат). И тем и другим зарплата платится с грантов профессора. Постдок подает заявку на работу непосредственно профессору, и его принимают или не принимают на работу в зависимости от опыта, списка опубликованных работ, квалификации.

	— 25.01.12 15:02 —
	«Быть в США деканом — чистое проклятие» В Татьянин день выпускник МГУ и профессор Университета штата Нью-Йорк в Стоуни-Брук Артем Оганов рассказал «Газете.Ru», что у него в лаборатории все аспиранты — китайцы, что большая часть университетов в США частные, и о трудностях работы деканом в США. http://www.gazeta.ru/science/2012/01/25_a_3974229.shtml

Выпускник МГУ Артем Оганов в Татьянин день об университетах в США

Tweet

• ОТПРАВИТЬ:
• Livejournal
• Facebook
• В контакте
• Отправить по почте
• Добавить в избранное
• Распечатать

РАНЕЕ В РУБРИКЕ «МИР ЛЮДЕЙ»

	«Возвращение к нормальной жизни» Материаловед Владимир Комлев о своей работе и премии президента РФ
	«Повысили характеристики материалов в два раза» Павел Ковалев и Виктор Орлов о металлургии, материаловедении и премии президента РФ
	«Как поаккуратнее сложить картошку в мешок» Математик Андрей Райгородский о своей науке и премии президента РФ