Дискуссия о возможности существования внеземной жизни зачастую сводится к двум пунктам. Первый — жизнь, аналогичная нашей, то есть основанная на воде и органических (углерод--водород--азот—кислород—фосфор--сера) соединениях, возможна только в очень узком диапазоне температур и давлений, а такие найти на других планетах непросто. Второй — возможно, существует совершенно иная жизнь, иные органические соединения, образованные в экстремальных условиях из совершенно других элементов.
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"id": "3410946",
"incutNum": 1,
"repl": "<1>:{{incut1()}}",
"uid": "_uid_3454785_i_1"
}
Но оказалось, что «новая жизнь» живет совсем рядом со «старой».
В озере Моно (в Калифорнии) обнаружены бактерии, которые используют в своих биологических молекулах не фосфор (незаменимая часть ДНК — остаток фосфорной кислоты), а элемент, считавшийся смертельным ядом для всего живого, — мышьяк.
Работу американских ученых публикует Science.
Эта «земная» находка прежде всего ценна тем, что она принципиально меняет стратегию поиска внеземной жизни, осуществляемую, в частности, силами NASA.
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"id": "3416708",
"incutNum": 2,
"repl": "<2>:{{incut2()}}",
"uid": "_uid_3454785_i_2"
}
Ученым больше не следует ориентироваться на элементный состав атмосферы далеких планет, раз даже на Земле существует жизнь, основанная совсем на других соединениях.
«Известная нам до сих пор жизнь требовала присутствия в организме определенного набора химических соединений и, напротив, отсутствия заметного количества ряда других, опасных веществ. Однако откуда мы можем знать, что других возможностей не существует? Теперь мы почти уверены в обратном, и это полностью изменит наши астробиологические программы», — пояснил профессор Ариэл Анбар, биогеохимик и астробиолог из Университета Аризоны, один из соавторов работы.
Высказывались и более смелые гипотезы — на Земле существует «теневая биосфера», то есть «чужая жизнь», основанная на других химических элементах, химический «параллельный мир».
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"id": "3408236",
"incutNum": 3,
"repl": "<3>:{{incut3()}}",
"uid": "_uid_3454785_i_3"
}
По сути, токсичность мышьяка определяется сходством его свойств с фосфором. Организму трудно отличить их друг от друга, и яд легко проникает в ткани.
Однако различия в свойствах элементов в то же время достаточны, чтобы он вносил катастрофический разлад в работу биохимических систем тела.
Поиски экспериментальных подтверждений «мышьяковой жизни» Вольфе-Симон вела в сотрудничестве с Рональдом Оремландом, специалистом по микробиологии мышьяка. Объединенными усилиями им удалось обнаружить бактерию — штамм GFAJ-1 семейства Halomonadaceae гамма-протеобактерий, которые «живут на фосфоре». Их вынудили к этому суровые условия среды — озеро Моно очень высокоминерализованное, и уровень содержания собственно мышьяка в воде необычайно высок.
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"id": "3397272",
"incutNum": 4,
"repl": "<4>:{{incut4()}}",
"uid": "_uid_3454785_i_4"
}
Это их совершенно уникальная особенность, которая одновременно показывает, что бактерии не совсем являются искомой «чужой жизнью», принадлежащей к принципиально иному древу жизни, зародившемуся и развивавшемуся независимо.
Однако GFAJ-1 при этом все же указывает на возможность существования «параллельной биосферы». «Святым граалем» будет открытие организма, который совсем не содержит фосфора.
«Наша работа — это не открытие мышьяка в озере Моно. Это свидетельство того, что прямо здесь, на Земле, можно найти что-то совершенно неожиданное. Если это так, несмотря на столетия научного прогресса, то какие же еще сокрытые горизонты жизни нам предстоит увидеть? Сейчас пришло время это сделать», — подытожила Вольфе-Симон.