skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"id": "3439373",
"incutNum": 1,
"repl": "<1>:{{incut1()}}",
"uid": "_uid_3446309_i_1"
}
С этой точки зрения современные научные исследования чем-то сродни бухгалтерскому учету: нудно, трудоемко и никакой славы.
А главной функцией ученого сегодня является не познание мира, а подготовка почвы для технологических прорывов и оснований для бонусов менеджерам хай-тек корпораций.
Аргументы в пользу этой точки зрения довольно весомы, учитывая, что наука с каждым годом становится все более сложной и даже невозможной. Ее логика требует проведения экспериментов в масштабах Солнечной системы (а лучше и всей Вселенной) и работы с такими абстрактными объектами, как «суперструны». Если же допустить возможность того, что все масштабные эксперименты провести удастся, то это будет означать построение окончательной модели Вселенной, в которой человечеству все будет ясно.
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"id": "3414578",
"incutNum": 2,
"repl": "<2>:{{incut2()}}",
"uid": "_uid_3446309_i_2"
}
То есть предмет для дальнейших научных исследований будет потерян раз и навсегда.
Эта позиция («конец науки») была высказана в одноименной книге, которую в начале XXI века написал один из ведущих журналистов научно-популярного журнала Scientific American Джон Хорган. Книга получила множество отзывов представителей научного сообщества, в том числе и от нескольких нобелевских лауреатов.
Ученые раскритиковали Хоргана в первую очередь за то, что он основывал свое мнение на современном состоянии науки и общества, не учитывая будущие технологии.
Подобные ошибки в истории научного познания встречались, и не раз. Хрестоматийный пример — высказывание Огюста Конта, в 1835 году заявившего, что химический состав звезд для человека навсегда останется тайной. Через двадцать четыре года Густав Кирхгоф и Роберт Вильгельм Бунзен пришли к выводу, что каждый химический элемент имеет свой неповторимый линейчатый спектр. Так был открыт спектральный анализ, с помощью которого наука достоверно узнала, из чего состоят и Солнце, и другие звезды, и далекие галактики.
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"id": "3435496",
"incutNum": 4,
"repl": "<4>:{{incut4()}}",
"uid": "_uid_3446309_i_4"
}
После того как эта теория получила солидные доказательства, перед учеными поневоле встал вопрос: а что было до Большого взрыва? С формальной точки зрения этот вопрос не является научным, поскольку до рождения Вселенной не существовало ничего, в том числе и времени. Тем более удивляют и восхищают результаты работы, которую совместно сделали известный британский физик-теоретик Роджер Пенроуз и Ваге Гурзадян из Ереванского физического института.
Они получили свидетельство того, что наша Вселенная — лишь один из этапов в череде вселенных, регулярно порождаемых Большими взрывами.
В соответствии с общепринятой теорией рождения и развития Вселенной (теорией инфляции), анизотропия (неоднородность) температуры реликтового излучения содержит информацию об образовании Вселенной и о её текущем состоянии. Пенроуз и Гурзадян же обнаружили на карте реликтового излучения неба концентрические круги совершенно других энергий, которые не могут быть объяснены теорией инфляции.
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"id": "3424357",
"incutNum": 3,
"pic2": "/files3/309/3446309/krugi0.jpg",
"picsrc": "Найденные Пенроузом и Гурзадяном концентрические круги на карте космического микроволнового фонового излучения // V.G.Gurzadyan and R. Penrose",
"repl": "<3>:{{incut3()}}",
"uid": "_uid_3446309_i_3"
}
Таким образом, полагают ученые, все мы живем в циклической Вселенной, в которой конец одной эпохи (эона) совпадает с началом другой. И этот процесс проходит бесконечно.
Свои результаты Пенроуз и Гурзадян получили на основе наблюдений с космического аппарата WMAP (Wilkinson Microwave Anisotropy Probe, NASA), предназначенного для исследования реликтового излучения. Проверка результатов была сделана по данным эксперимента BOOMERanG, который включал в себя наблюдение анизотропии реликтового излучения при помощи аппаратуры, расположенной на воздушном шаре, летающем над Антарктикой.
Работа Пенроуза и Гурзадяна (она в середине ноября была опубликована на сайте препринтов ArXiv.org) еще будет подвергнута тщательному анализу как со стороны самих ученых, так и со стороны всего научного сообщества. Но если в итоге их выводы окажутся правильными, то эта работа станет как раз таким фундаментальным открытием, эпоха которых, как некоторым кажется, уже закончилась, и гораздо дальше отодвинет «конец науки». Той самой науки, занятия которой сегодня многие считают скучными и нудными.
