Близкородственные браки, при которых союз заключается между троюродными, двоюродными, а то и родными братьями и сестрами, равно как дядями и племянницами, для правителей прошлого не редкость. Египтянам приходилось таким образом обходить традицию передачи престола по женской линии, правители инков вступали в такие браки, потому что не могли опуститься до связи с простыми смертными. Европейские монархи пытались так удержать обширные территории в руках одного рода.
Менее экстремальные примеры инбридинга можно встретить и сегодня. Например, среди коренных жителей Исландии дальность родства супругов редко превышает 4–5 ступеней. А в Пакистане и бывшей французской колонии Пондичери, которая теперь входит в состав Индии, каждый пятый совершающийся брак заключается между дядей и племянницей.
Наглядное доказательство, что это «не очень хорошо» даже с чисто генетической точки зрения, — династия испанских Габсбургов, правившая созданной ими же империей с 1506 по 1700 год.
(Carlos II El Hechizado; 6 ноября 1661 – 1 ноября 1700), король Испании с 1665, последний представитель дома Габсбургов на испанском престоле.
Единственный переживший отца сын Филиппа IV; родился от брака с Марианной Австрийской. С рождения был инвалидом, поражённым самыми разнообразными заболеваниями, включая эпилепсию. Когда он вступил на престол четырёх лет от роду, вся Европа ожидала большой войны между различными претендентами на испанский престол: никто не сомневался в том, что столь слабый ребёнок, имевший к тому же врождённые уродства (длинные нижняя челюсть и язык впоследствии мешали ему членораздельно говорить), долго не проживёт. Карлу II, однако, был отпущен довольно долгий для инвалидов того времени срок: он немного не дожил до 39-летия. Но, так как больной король не мог иметь детей, это лишь отсрочило начало Войны за испанское наследство.
Мать Карла II Марианна и придворные заботились только о том, чтобы следить за его здоровьем (и то это сводилось не столько к лечению, сколько к экзорцизму, «снятию порчи») и не переутруждать больного ребёнка. В результате до 10 лет с ним обращались, как с младенцем, а затем ещё долго ничему не обучали, что плохо сказалось на его умственном развитии.
Женат Карл II был дважды. В 1679 году он вступил в брак с Марией-Луизой Орлеанской, племянницей Людовика XIV, дочерью Филиппа Орлеанского и Генриетты Анны Стюарт. Потрясённая строгим этикетом испанского двора и безнадёжной болезнью мужа, Мария-Луиза умерла в 1689 году. Вторая жена, Мария-Анна Нойбургская, баварская принцесса и родственница императора Священной Римской империи Леопольда I, была специально выбрана из семьи, известной многодетностью во всех поколениях, но и она не сумела забеременеть от Карла.
Большую часть царствования регентшей была его мать; ненадолго власть оказалась в руках внебрачного сына его отца, дона Хуана Австрийского. Период царствования Карла – время глубокого политического и экономического кризиса в Испании, начавшегося ещё при его отце и деде; в провинциях усилился сепаратизм, в стране несколько раз был сильный голод. При мадридском дворе шла постоянная борьба олигархических группировок.
В последние годы Карл II, чьё состояние быстро ухудшалось, предпринял несколько самостоятельных шагов: он велел исследовать деятельность инквизиции (по-видимому, он был против её жестокостей) и озаботился наследованием престола. Карл II завещал его сначала своему внучатому племяннику Иосифу Фердинанду Баварскому, а после того, как он скончался в детском возрасте в 1699 году – Филиппу, герцогу Анжуйскому, внуку Людовика XIV, который приходился Карлу II тоже внучатым племянником, поскольку король Франции был женат на его старшей сестре Марии Терезии. Это завещание было оспорено другими претендентами, и началась Война за испанское наследство, стоившая Европе миллионов жизней.
Гонсало Альварес из испанского Университета Сантьяго-де-Компостела и его коллеги решили проверить справедливость этого исторического мифа, пользуясь инструментами генетики и вычислительной биологии. Могилы родственников ради образцов ДНК ученые вскрывать не стали, да и найти прямых потомков Карла II не представлялось возможным. Оставалось только оккупировать библиотеки и по крупицам вылавливать информацию о здоровье из жизнеописаний родственников.
В первичном материале недостатка не было — монарший дом, известный с конца X века, в разное время правивший едва ли не всей Европой и без перерывов продержавшийся в Австрии с конца XIII до начала XX веков, был известен своими близкородственными союзами.
Главный принцип удержания власти в руках рода сформулировал Фридрих V, император Священной Римской империи с 1452 года: «Пусть другие ведут войны, а ты, счастливая Австрия, женись!»
Поскольку жизнеописания и портреты многочисленных Габсбургов хорошо сохранились до наших дней, авторам публикации в PLoS ONE удалось составить генеалогическое древо из почти 3 тысяч родственников.
Не стоит и говорить, что немалая часть этих ветвей оказались связаны между собой, но больше всего в исполнении завещания Фридриха V преуспели именно испанские Габсбурги:
у Карла II вместо обычных восьми прабабушек и прадедушек было всего четыре, а его коэффициент инбридинга достиг 0,254.
Даже у детей, родившихся в результате инцеста между родными братьями и сестрами, он на 0,04 меньше (если, конечно, в родстве не состояли и их родители).
скрещивание близкородственных форм в пределах одной популяции животных или растений. Самая крайняя форма инбридинга – самооплодотворение. Инбридинг приводит к повышению постоянства фенотипических признаков в потомстве и, в конечном итоге, производится для получения линий генетически идентичных особей (инбредные линии), на которых удобно проводить биологические и медицинские эксперименты.
Как известно, организм получает каждый ген в двух экземплярах (аллелях) – от отца и от матери. Если эти гены различаются, то особь называется гетерозиготной по данному гену, а если не различаются, то гомозиготной. При инбридинге родители являются родственниками и поэтому имеют много одинаковых генов, в результате чего гомозиготность увеличивается с каждым поколением.
При близкородственном скрещивании (или самоопылении у растений) может возникать депрессия: уменьшение урожайности растительных культур, измельчание животных, возникновение аномалий и уродств. Это объясняется гомозиготностью по вредным рецессивным генам.
При селекции растений инбридинг используют, чтобы зафиксировать наиболее полезные для человека (но не обязательно для растения) варианты генов. У Габсбургов же фиксировались все гены подряд — например, знаменитая выпяченные «габсбургская губа» с одноименным подбородком, которые можно наблюдать на многих портретах династии. Сам Карл II благодаря длинной губе и языку так и не смог внятно заговорить.
В геноме человека, как и у всех земных животных и растений, любой ген представлен в двух вариантах – аллелях, расположенных в одинаковых регионах (локусах) парных (гомологичных) хромосом. Эти два аллеля могут как совпадать, так и отличаться. В первом случае особь будет гомозиготной, во втором – гетерозиготной.
Поскольку некоторые варианты гена чаще всего доминируют над другими, например карий цвет глаз, окраска волос, цвет кожи, то в случае гетерозигот второй, «подавленный» признак может не проявляться. Но он выходит «на поверхность», если рождается ребенок, у которого оба аллеля будут представлены этим «слабым» вариантом гена.
Дому Габсбургов не повезло с тем, что в его генофонд на каком-то этапе попали рецессивные гены, связанные с врожденными заболеваниями.
Очевидно, довольно много таких генов оказалось и среди тех 25,4%, что присутствовали в геноме Карла II в двух одинаковых вариантах, не оставляя клеткам шанса воспользоваться «здоровым» аллелем.
Кто именно привнес эти болезни, сказать трудно. Вряд ли то были основатели испанской династии — ведь в таком случае признаки должны были проявиться и в других монарших семьях Европы.
Что же касается Карла II, то ему Альварес и его коллеги смогли поставить достаточно уверенный диагноз.
Из характера наследования признаков, а также жалоб первой жены императора на преждевременную эякуляцию, а второй — на импотенцию, ученые предположили, что монарх страдал от недостаточности гормонов гипофиза и ацидоза дистальных почечных канальцев. Эти заболевания окончательно подкосили правителя на 39-м году жизни. С ним закончилась и династия — на 194-м году правления.
