ИГ раскололо северокавказское подполье

ФСБ видит в «Исламском государстве» угрозу для России

Спецслужбы видят реальную угрозу России, исходящую от «Исламского государства» (ИГ), заявил заместитель директора ФСБ Сергей Смирнов. По его словам, главная опасность состоит в том, что исламисты из Ирака и Сирии внедряются в ряды запрещенной экстремистской организации «Имарат Кавказ», боевики которой действуют на территории Северного Кавказа.

«Волнение вызывает то, что присутствие ИГ (организация запрещена в России) на наших границах реально», — заявил заместитель директора ФСБ России генерал армии Сергей Смирнов (признан в РФ иностранным агентом) на заседании совета региональной антитеррористической структуры ШОС, где обсуждались меры противодействия этой организации.

Эксперты неоднократно выражали опасения, что боевики-исламисты из Сирии и Ирака могут проникнуть в страны Центральной Азии, а также республики Северного Кавказа. Еще в феврале

глава ФСБ Александр Бортников заявил, что в рядах исламистов воюет 1,7 тыс. россиян.

«Опасность ИГ заключается в том, что они начинают внедряться в другие организации, типа «Имарат Кавказ» (организация запрещена в России). Некоторые полевые командиры «Имарата Кавказ» присягнули на верность ИГ», — сказал Сергей Смирнов. «Исламское государство», как и «Имарат Кавказ», — террористические организации, деятельность которых запрещена в ряде стран, в том числе в России.

Как сообщало издание «Кавказский узел», в декабре главе «Исламского государства» присягнул Сулейман Зайланабидов, командир боевиков, действующих на территории Хасавюртовского района Дагестана. Помимо него на верность присягнули также главарь «кизлярской» группы в Дагестане Шахбан Гасанов (был убит во время спецоперации российскими спецслужбами) и так называемый амир Дагестана Абу Мухаммад Агачаульский.

По словам главного редактора издания «Кавказский узел» Григория Шведова (признан в РФ иностранным агентом),

внутри «Имарата Кавказ» произошел раскол, и некоторые полевые командиры перестали подчиняться «Имарату Кавказ».

«Но руководство ИГ, насколько нам известно, никакой реакции на присяги не проявляло. Утвердило ли ИГ полномочия присягнувших ему? Скорее всего — нет», — говорит Григорий Шведов.

Основанием для раскола могла послужить «реформа» внутри террористической организации.

«Боевики из «Имарата Кавказ» переняли политику soft power (насколько это выражение применимо по отношению к деятельности террористической организации. — «Газета.Ru») и провели реформу внутри своего террористического образования. Эта реформа не была поддержана всеми боевиками, и это могло послужить основанием для раскола», — говорит Шведов.

Отказ от терактов против гражданского населения очень сильно отличает «Имарат Кавказ» от ИГ, которое активно атакует именно мирное население. Другое проявление «реформы» — запрет использовать женщин-смертниц, говорит эксперт.

По словам Шведова, последние полгода очень активно звучит риторика опасности ИГ. «Хорошо, что у российских спецслужб есть понимание необходимости работать над вызовами нового формата». Но, по его мнению, «используя только грубую силу» можно добиться обратного эффекта — дополнительной мобилизации новых боевиков. «А мобилизовать уже есть кого — разочарованные долгой войной выходцы с Кавказа возвращаются домой с Ближнего Востока. Десятки уже задержаны. Но сколько скрывается на конспиративных квартирах и в лесах?» — говорит эксперт.

Москва не принимает прямого участия в коалиции США и западных стран в борьбе с исламскими боевиками в Ираке и Сирии. Однако российские власти передали правительству Ирака самолеты, которые используются для борьбы с боевиками. Ранее в ИГ открыто высказывали угрозы в адрес России и президента Владимира Путина.

Как отмечает американский политолог, специалист по Ближнему Востоку Теодор Карасик, общая тенденция сегодня — это объединение различных групп суннитских экстремистов, которые находятся «в поисках новых фронтов» за пределами Ирака и Сирии. По его мнению, в этом контексте и возникает опасность для России.

Впрочем, Алексей Малашенко считает, что какого-то особенного желания возвращаться домой у боевиков нет, хотя бы потому, что на Северном Кавказе теперь уже отсутствуют такие знаковые для них персонажи, как Басаев, Саид Бурятский или Доку Умаров, но ситуация может измениться.