О новом назначении «Газете.Ru» сообщил источник в аппарате правительства. Марина Волкова занималась журналистикой более 20 лет. Была ответственным редактором экономического приложения, возглавляла отдел политики в «Независимой газете» во времена Виталия Третьякова, затем была его заместителем, курируя политику и экономику.
Последние десять лет Марина Волкова возглавляла отдел политики «Российской газеты».
В качестве главного спичрайтера премьер-министра Марина Волкова сменила Еву Василевскую, работавшую с Медведевым с 2006 года, еще в бытность его первым вице-премьером. После избрания Медведева на пост главы государства в 2008 году Василевская перешла в администрацию президента на должность референта. С октября 2009-го по май 2012-го была начальником референтуры президента. После утверждения Медведева премьер-министром возглавила департамент по подготовке текстов публичных выступлений председателя правительства. В августе этого года ушла в отставку по собственному желанию. Высказывались предположения о ее конфликте то ли с премьером, то ли с рядом сотрудников аппарата Белого дома. Однако по сведениям «Газеты.Ru», Ева Василевская просто устала разрываться между двумя городами — Москвой и Санкт-Петербургом, где остались жить и работать почти все ее родные.
Вакансию было решено предложить журналисту, имеющему опыт работы с государственными учреждениями (Марина Волкова в конце 1990-х работала в правительственных и кремлевских пулах, когда фамилии Путина и Медведева еще даже не были известны «прогрессивной мировой общественности») и хорошо разбирающемуся в политической и экономической проблематике.
«Мы надеемся, что опыт, приобретенный в журналистике, будет полезен Марине Волковой на новой работе, — пояснили «Газете.Ru» источники в аппарате правительства. — Он позволяет видеть более объемную картину происходящего, давая возможность оценить публичное выступление с разных сторон: как со стороны спикера, так и со стороны аудитории, которой слова адресованы».
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"incutNum": 3,
"picsrc": "Последние десять лет Марина Волкова возглавляла отдел политики «Российской газеты». Фотография: Евгений Волков",
"repl": "<3>:{{incut3()}}",
"uid": "_uid_5679425_i_3"
}
Журналист Андрей Колесников, колумнист «Газеты.Ru» и автор книги «Спичрайтеры», рассказал нам, что главная особенность российских спичрайтеров по сравнению с западными — их весьма ограниченная самостоятельность и закрытость как во время работы, так и по окончании карьеры: «В США иначе: там спичрайтеры, завершив свою деятельность, становятся заметными политическими фигурами. Более того, у них существует собственный клуб».
Но и особенность работы самих российских спичрайтеров существенно изменилась по сравнению с 1990-ми, отмечает Колесников.
«Публичные тексты стали гораздо суше. Причина в том, что сейчас работа спичрайтеров во многом формализована, создаются целые специализированные департаменты, — говорит он. — В 90-е все было гораздо менее формально: спичрайтеры имели непосредственный выход на руководителя.
Например, мой брат Сергей, работавший спичрайтером Виктора Черномырдина (премьер-министр РФ в 1992–1998 годах. — «Газета.Ru»), имел к нему прямой доступ». Если сравнивать с США, то, по словам Колесникова, история спичрайтинга Америки переживала разные периоды. Джон Кеннеди говорил, что не может отличить свои мысли от мыслей собственного спичрайтера, а авторы текстов публичных выступлений Рональда Рейгана жаловались, что чиновники администрации сильно смягчают их заготовки. Близость спичрайтера к хозяину, резюмирует Колесников, зависела от особенностей личности хозяина.
Что касается публичных выступлений Дмитрия Медведева, то, по мнению собеседника «Газеты.Ru», «они личностно не окрашены». «Особенно это стало заметно после утверждения Медведева премьером.
Его речи как президента были более яркими. Конечно, любой спичрайтер подстраивается под хозяина, но у Медведева такая бюрократизированная, эмоционально не окрашенная манера разговора, такая округлая и осторожная речь, что подстроиться тяжело», — считает Колесников.
«В основе нашей политики должен лежать принцип, который считаю, несмотря на всю его очевидность, важнейшим для деятельности любого современного государства, стремящегося к достижению высоких стандартов жизни. Это принцип — свобода лучше, чем несвобода.
(Красноярский экономический форум, 2008).
«Итак, неэффективная экономика, полусоветская социальная сфера, неокрепшая демократия, негативные демографические тенденции, нестабильный Кавказ. Это очень большие проблемы даже для такого государства, как Россия...
Не стоит, конечно, сгущать краски. Делается многое. Россия работает. Она уже не то полупарализованное полугосударство, каким была еще десять лет назад. Все социальные системы функционируют. Только этого недостаточно. Ведь они лишь воспроизводят текущую модель, но не развивают ее. Не изменяют сложившийся уклад жизни. Сохраняют пагубные привычки...
Российская демократия не будет механически копировать зарубежные образцы. Гражданское общество не купить за иностранные гранты. Политическую культуру не переделать простым подражанием политическим обычаям передовых обществ. Эффективную судебную систему нельзя импортировать. Свободу невозможно выписать из книжки, даже если это очень умная книжка.
(Статья «Россия, вперед!» в «Российской газете», 2009).
«Наша главная политическая сила — «Единая Россия» — должна не просто царствовать, а должна проявлять ум, такт и силу, должна выдвигать правильных людей».
(«Итоги года с президентом России», октябрь 2010).
«А чем оппоненты занимались эти годы? Они только разговаривали или, если хотите, болтали и наезжали на правящую партию. А там, где им везло, их представителей выбирали в органы власти, поверив очень часто в не вполне реалистичные обещания. Как они справлялись с обязанностями? Да почти никак. Проваливали работу или просто попадались на взятках. Россия справилась с первой волной кризиса. Не сомневаюсь, что если будет необходимо, справимся и со второй.
(Съезд «Единой России», 2011)
Гендиректор Агентства политических и экономических коммуникаций Дмитрий Орлов считает, что речам премьера «не хватает афористичности, небольших цитат, крылатых выражений»:
«На мой взгляд, неудачен используемый им оборот «наши люди»: он дистанцирует премьера от населения. Не очень удачной представляется апелляция к ценностям: помимо собственно апелляции должны быть факты. Речам Медведева в целом не хватает фактурности, эмоциональности, яркости».
Впрочем, резюмирует Орлов, публичные выступления премьера не самые худшие в истории современной России: «Он нормальный, вполне воспринимаемый оратор».
«Тексты всегда писались Медведеву обстоятельно и ловко, но проблема в том, что он зачастую наделяет их своими личными качествами, — считает гендиректор Центра политической информации Алексей Мухин. — А поскольку картина мира премьер-министра излишне проста, то те или иные его аргументы легко перебиваются чужим мнением. В итоге сам Медведев меняет собственное мнение, и речи приходится переписывать содержательно».
