Госдума окончательно исправит сегодня закон о партиях, упростив возможность создания новых партийных структур. Этот закон, как и несколько других, был внесен президентом Дмитрием Медведевым в рамках политической реформы, объявленной под влиянием массовых митингов протеста в конце прошлого года. Алексей Кудрин заявил, что создаваемый им фонд готов сотрудничать с партией, организуемой Михаилом Прохоровым. Эдуард Лимонов 31 марта собирается на традиционно запрещаемый столичными властями митинг на Триумфальной площади в рамках «Стратегии-31». Сергей Удальцов призывает оппозиционеров съехаться со всей России в Москву на марш миллионов накануне инаугурации Владимира Путина.
«Газета.Ru» попробовала понять, есть ли у всех этих разнообразных действий оппозиционно настроенных деятелей общая тактика и стратегия и каковы ближайшие перспективы протестного движения в России.
Закончилась ли улица?
Последние протестные уличные акции в Москве собрали на порядок меньше людей, чем митинги на Болотной площади, проспекте Сахарова и на Садовом кольце. Падение численности протестующих было не менее стремительным, чем ее рост. Это естественно, уверен замдиректора Левада-центра Алексей Гражданкин, чья компания проводила опросы москвичей, приходивших на митинги. По его мнению, просто высокий сезон политики закончился вместе с предвыборным периодом, но главное, что митинги стали питательной средой для новых активистов. Для продолжения протестов оппозиции нужна собственная линия и собственные требования, советует социолог.
Сами оппозиционеры не драматизируют потерю массовости.
«Протест никуда не делся, просто уличная активность — это волнообразный процесс, мы еще увидим и новые подъемы, и новые спады численности участников уличных акций», — уверен основатель проекта «Роспил» Алексей Навальный.
«Определенные события способны спровоцировать выход — неожиданно для всех — ста тысяч человек на улицу, но не нужно ожидать, что сто тысяч будут ходить на митинги каждые выходные», — сказал он «Газете.Ru». По его мнению, протестная активность на улицах не единственный способ политической борьбы, «хотя нужно отдавать себе отчет, что банда жуликов и воров больше всего боится именно людей на улицах».
«Нежелание лидеров протеста на Болотной площади и на проспекте Сахарова выдвигать конструктивные предложения привело к дезориентации людей, готовых бороться за свои права и проявлять гражданскую позицию», — указывает на причину падения интереса к митингам одна из участниц протеста, телеведущая Ксения Собчак. По ее мнению, администрация президента грамотно сыграла на главной проблеме демократов — неумении договориться, выдвинуть базовую программу и единого кандидата, так как лидеры слишком боялись растерять каждый своих сторонников. «Людям нужна программа, потому что нельзя постоянно выходить и топать ногами, кричать, что выборы нелегитимны, если выборы закончились. Если люди ее услышат, они вернутся», — сказала Собчак «Газете.Ru».
Продолжать ли митинги?
— Скажите, спад уличной активности говорит о том, что протестные настроения тоже спадают?
— Протесты не спадают, а обретают другие формы. Есть много способов легальной борьбы с ложью, клеветой, фальсификациями, попытками власти расколоть общество. Можно бороться за гражданские права, против неправосудных приговоров… Просто борьба становится чуть более широкой, это уже не только движение за честные выборы, но и в защиту гражданских прав.
— Какие формы может принять эта борьба?
— Существует множество вариантов: выборы в органы местного самоуправления, регистрация и участие в работе политических партий, подача исков к государственным СМИ за клевету, требование опровержений, акции у судов, письма протеста… Можно, как Навальный, требовать отчета у госкомпаний перед обществом, много чего можно делать. Новые рецепты и инструменты изобрести сложно, однако простые активисты, заинтересовавшиеся политикой лишь с декабря 2011 года, могут найти себя, участвуя в существующих гражданских проектах и общественных инициативах.
— Какой итог зимних акций протеста?
— Мы узнали, что недовольных властью гораздо больше, чем казалось. Теперь им надо осваиваться в изменившейся ситуации.
«Надо поставить вопрос о досрочных выборах ребром, провести сверхмобилизацию и выставить власти ультиматум: или вы выполняете наши требования, или мы не уходим отсюда, — считает Удальцов. — Главное, чтобы приехали люди из регионов и сломали стереотип о протестующих москвичах в норковых шубах и остальной России, которая за Путина». «Влиять на власть можно, только собирая большие массы людей на улице, а форма мероприятия может быть хоть самая примитивная, — согласен с Удальцовым оппозиционер Илья Яшин (признан в РФ иностранным агентом). — Какой бы креативной ни была акция, если на нее придет мало людей, то она не достигнет цели».
«Марш миллионов» проводили египетские оппозиционеры в Каире, но, удастся ли российским протестующим собрать свою площадь Тахрир, большой вопрос. «Не могу сказать, что в оргкомитете идет напряженная работа по выработке новых лозунгов и формата. Сейчас решили взять паузу для того, чтобы понять, как именно должно произойти переформатирование уличного протеста и какие новые лозунги придут на смену призыва «За честные выборы», — говорит депутат Госдумы от «Справедливой России» Геннадий Гудков (признан в РФ иностранным агентом, внесен в реестр террористов и экстремистов).
Глава Фонда эффективной политики Глеб Павловский советует оппозиционерам не снижать активности, но и не строить иллюзий. «Марш миллионов», в случае если на него выйдет не миллион, а несколько тысяч человек, приведет только к разочарованию участников, от таких утопий придется отказаться, отмечает он.
Нужно продолжать устраивать акции, однако не анонсировать их многочисленность и не рассчитывать, что каждая следующая будет крупнее предыдущей, считает Павловский.
В оппозиции готовы расширять арсенал борьбы, но нужно определить, вокруг чего сплачиваться. Успех уличных акций будет зависеть от требований к властям, считает один из сопредседателей незарегистрированной партии ПАРНАС Борис Немцов. «Да, мы должны бороться за досрочные парламентские и президентские выборы, но эту борьбу следует сопровождать и другими требованиями — политической реформы, свободы политзаключенным, отмены цензуры в СМИ, досрочных выборов в Мосгордуму и выборов мэра Москвы», — сказал Немцов «Газете.Ru». Собчак добавляет, что объединяющими темами, которые могут вернуть людей к политической активности, могут стать требования независимых судов, борьбы с коррупцией, ухода чиновников из бизнеса.
Протесту надо осваивать новые формы, в том числе уличные, считает Немцов: от проведения уличных «фестивалей свободы» в формате народных гуляний до флешмобов, как в случае с акцией «Белое кольцо» и шествий, говорит политик. «Кроме уличных акций возможна активность и в других форматах: конференции, фестивали, участие в выборах, издание докладов», - перечисляет политик. Пока оппозиционеры придумали не требующую разрешений форму «встречи с депутатом», но сверхпопулярностью этот формат не пользуется.
«Пикеты, письма протеста, анализ отчетов о деятельности госкомпаний, как это делает Навальный, и многое другое», — перечисляет возможности оппозиции писатель, один из организаторов «Лиги избирателей» Дмитрий Быков (признан Минюстом РФ иностранным агентом, внесен в перечень террористов и экстремистов).
«Главное креативное звено работает сейчас у Навального, который предлагает поставить определенные виды протестной деятельности на поток, причем те, которые не нарушают закон. С другой стороны, от традиционных форм уличных мероприятий, митингов и шествий тоже отказываться не надо», — советует Гудков.
— Какой может стать протестная деятельность в поствыборный период?
— Я считаю, что протестная деятельность не должна быть монотонной. Есть общие внятные цели: честные досрочные выборы, политическая реформа, отмена цензуры в СМИ, независимые суды, свобода политзаключенным. Методы борьбы могут быть самые разные: митинги, демонстрации, участие в выборах, просветительская деятельность…
— Есть ли какие-то тактические цели?
— Один из приоритетов для столицы — борьба за досрочные выборы Мосгордумы и мэра Москвы. Нам надо приложить к этому все усилия, а заодно самим выбрать, кого будем выдвигать и поддерживать. В регионах надо участвовать в местных выборах.
— Что делать рядовым участникам митингов?
— Можно заниматься просветительской деятельностью, хотя бы в интернете. В отличие от власти у нас нет денег, чтобы оплачивать тысячи комментариев в свою поддержку, этого не будет. Но это не значит, что мы не можем эффективно работать в интернете и убеждать людей в своей правоте. Можно распространять наши доклады «Путин. Итоги» и «Путин. Коррупция», можно вести агитацию своими силами. Я считаю, в ближайшее время надо сосредоточиться на работе в Москве и 10 крупных городах-миллионниках.
От партий до «доброй машины пропаганды»
За три месяца протестов оппозиция в России не выдвинула лидера и не сформировала единой организационной структуры. Стихийный протест из интернета, по сути, таковым и остается, но не все его участники хотят бюрократизироваться, хотя некоторые лидеры протестов призывают людей включаться в гражданскую борьбу и участвовать в местных выборах в регионах. Для оппозиционных организаций и движений пришло время усиливать работу на местах и развивать горизонтальные связи друг с другом, не пытаясь выстроить единую иерархическую структуру, считает лидер движения в защиту Химкинского леса Евгения Чирикова (признана в РФ иностранным агентом).
Наша слабость в том, что в отличие от партии власти мы все разрознены, признает Чирикова. Но объединяться, по ее мнению, надо по сетевому принципу.
Протестующим следует массово избираться в органы местного самоуправления, чтобы влиять на власть напрямую, уверена она. «Нам надо сделать такую страну, которой Путин уже не сможет бесконтрольно управлять, а это возможно только с сильной местной инициативой, с сильным местным самоуправлением», — говорит Чирикова. По сути, именно этот процесс наблюдается в последнее время в Москве, где в некоторых районах оппозиционерам даже удалось потеснить единороссов. Сама Чирикова готова пойти и дальше и организовать нишевую экологическую партию.
Другим предложением стало создание постоянно действующей структуры для протестных действий. «Оргкомитет протестных митингов может стать координирующей структурой, но ему предстоит обрести легитимность. Ведь он формировался в свое время явочным путем, а сейчас стоит его легитимность повысить. Можно провести выборы в оргкомитет в интернете, как выбирали раньше тех, кто будет выступать на митингах», — предлагает Удальцов. А вот единую партию оппозиции делать не следует, потому что из-за идеологических разногласий такая структура была бы искусственной. Немцов согласен, что оргкомитет протестных действий стоит сохранить, чтобы не дробить сторонников оппозиции в зависимости от их политических взглядов, а попутно консолидироваться в партии на различных идеологических флангах.
Новое законодательство о партиях может привести к тому, что большинство организаций, участвовавших в протестах на Болотной и проспекте Сахарова, превратятся в партии, но таких структур даже без кремлевских спойлеров может оказаться слишком много. Демократы помимо уже существующего «Яблока» получат в том или ином виде ПАРНАС (на политсовете в апреле партийцы решат, нужно ли им заново регистрировать партию в Минюсте или воспользоваться платформой восстановленной по суду Республиканской партии). Свою партию активно создает миллиардер Михаил Прохоров. Отделившийся от ПАРНАСа и других демократов Владимир Милов (признан в РФ иностранным агентом) зарегистрирует как партию свой «Демократический выбор». Националисты сообщили журналистам о намерении создать минимум две партии на своем фланге. Одну из них возглавят националисты Константин Крылов из движения РОД и Владимир Тор из движения ДПНИ, а в наблюдательный совет при партии пригласили Алексея Навального (он отказался), того же Милова и некоторых других политиков. Несколько дней назад заявил о создании нацпартии и лидер движения «Русские» Дмитрий Демушкин. Неизвестно, будет ли подавать документы на регистрацию «Левого фронта» Сергей Удальцов: недавно ему публично предложили вступить в «Справедливую Россию» Сергея Миронова. «Пока не обсуждали, нет решения», — пояснила «Газете.Ru» пресс-секретарь «Левого фронта» Анастасия Удальцова.
Депутаты из «Справедливой России» Геннадий и Дмитрий Гудковы и Илья Пономарев (признан в РФ иностранным агентом, внесен в перечень террористов и экстремистов), активно участвовавшие в протестах, занялись созданием надпартийной структуры на «левом фланге». «Можно сохранить все структуры, но ради совместного участия в выборах создать демократическую мегапартию на основе принципов коллегиального управления и финансирования. Левые могут создавать аналогичную коалицию на своем фланге», — размышляет Немцов.
Непартийный путь предлагает и Навальный. Сам он говорит, что в ближайшее время хочет сосредоточиться на своей основной деятельности — борьбе с коррупцией, а создавать свою партию или куда-то вступать не планирует, поэтому отказался войти в наблюдательный совет партии националистов.
Он разместил у себя в блоге призыв к простым активистам заниматься просвещением людей в городах-миллионниках и создавать оппозиционную «добрую машину пропаганды» в противовес государственным СМИ, в частности телевидению. Никакой четкой структуры для «доброй машины пропаганды» не нужно, пишет Навальный. От активистов требуется тратить один час в день на разъяснительную работу относительно действующей власти со знакомыми, коллегами, родственниками и т. д. «Если 100 тысяч человек по всей стране готовы будут тратить час в день или хоть в месяц на участие в ДМП, то механизм будет работать… Например, вы пишете мне письмо из города Брянска: «Я хочу стать частью ДМП, что мне делать?» — поясняет он. — Я в ответ даю список возможных вариантов действий — от листовок до одиночных пикетов. Вы отвечаете, например, что готовы расклеивать листовки в подъездах, и я вам их отправляю… Активисты получают материалы, информацию и советы о том, как они могут действовать, остальное находится в сфере личной инициативы…. Выпишите на листочек людей, которым вы сможете позвонить раз в месяц и рассказать горькую правду о происходящем с примерами, так, чтобы они не считали вас сумасшедшими и политфриками», — поясняет Навальный.
Польский сценарий
Политолог Дмитрий Орешкин (признан в РФ иностранным агентом), участвовавший в работе «Лиги избирателей», считает, что протестная активность в стране только начинается. По его мнению, власть изначально неправильно интерпретировала гражданский протест как попытку революции. «Сперва власть испугалась «оранжевого» протеста и пыталась найти его лидеров и вступить в переговоры, а потом выяснилось, что лидеров нет, и в этом есть главная угроза, которая остается: стихийный протест не ведет никого во власть, он лишь высказывает ей отношение, и с ним в переговоры вступить невозможно. Да, люди больше не будут выходить на улицы десятками тысяч, но отношение к власти не изменилось, — считает Орешкин. — То, что происходило зимой — это типичная «инновационная волна»: некий новый тренд на неприятие власти, который будет теперь расползаться по всей стране. Точно так же первый мобильный телефон, первый компьютер появляются в столице, об этом все говорят, через год они представлены в городах-миллионниках, через два — по всей стране. Поэтому для власти и оппозиции уже не имеет особого значения, закончились ли уличные протесты: тренд задан, и он будет только укореняться и приобретать популярность».
— Имеет ли смысл продолжать уличную активность?
— В субботу, 17 марта, мы поговорили со своими сторонниками на Пушкинской площади, а потом провели голосование в интернете, которое показало: в преддверии инаугурации правильно провести сверхмассовую акцию. Мы хотим провести «Марш миллионов», где поставим вопрос ребром, легитимна ли власть и будут ли досрочные выборы. Надо, не дожидаясь начала лета, когда люди уедут в отпуск, предъявить власти ультиматум: или вы реализуете наши требования, или вы должны уйти. А потом остаться на площади, если выйдут сотни тысяч — такую акцию не разогнать.
— Как добиться сверхмассовости, чтобы это был марш миллионов, а не тысяч?
— Надо провести сверхмобилизацию, главное, чтобы приехали люди из регионов. Пора сломать стереотип, что протестуют только москвичи в норковых шубах. Надо задействовать все силы, чтобы привлечь на акцию людей из других городов, где тоже проходили массовые акции протеста.
— Нужны ли новые лозунги взамен идеи честных выборов?
— Мне кажется, не надо распыляться, кампания «За честные выборы» должна продолжаться до победного конца, просто приобретать новые смыслы — за честную власть. Вот, на мой взгляд, основной посыл. Главное, не расслабляться и не уговаривать себя, что протест закончился.
власть начинает вызывать презрение у все большего числа граждан, потом ее перестают слушаться, и правительство или идет на уступки оппозиции, потом происходит мирная смена власти или вводится военное положение, однако ненадолго, так как это приводит к полному крушению существующей системы.
В ближайшие годы кардинальных перемен не будет, однако в перспективе власть оказалась в безвыходной ситуации, так как разочарование в обществе будет только усиливаться, а в случае неблагоприятной экономической ситуации, роста цен и инфляции к политическому протесту добавится протест социальный, говорит Орешкин: «У существующей системы в новых условиях общего разочарования властью шансов устоять практически не будет».
