Президент Дмитрий Медведев вступился за проведение мирных митингов, отметив, что властям не стоит запрещать проведение таких мероприятий. Он заявил об этом на совещании Совета по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека, прошедшем в Кремле в среду. Правда, реплика о митингах стала известна только в четверг из стенограммы встречи.
На сайте Кремля впервые была опубликована полная расшифровка беседы президента с членами совета — ранее обнародовались выступления только с открытых частей встреч.
Впрочем, один из членов совета, ведущий научный сотрудник Института географии Российской академии наук Дмитрий Орешкин (признан в РФ иностранным агентом), в беседе с «Газетой.Ru» отметил, что было бы странно, если бы разговор о гражданском обществе прошел исключительно в закрытом режиме.
Московский Гайд-парк
Как уже рассказывала «Газета.Ru», на совещании выступили все участники совета. Глава Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева говорила именно о нарушении права граждан на проведение мирных собраний и шествий. «Тема, конечно, для нашей страны одна из самых резонансных», — согласился с ней Медведев. «Я думаю, вы гораздо даже лучше, чем я, это знаете. Власти, конечно, никогда не хотят разрешать такого рода мероприятия, и понять это отчасти можно. Но в любом случае эти решения на законе не основаны», — отметил президент.
Президент России Дмитрий Медведев назвал недопустимыми случаи, когда законодательства субъектов РФ или решения региональных судов расходятся с решениями Конституционного суда РФ (КС). В четверг глава государства встретился с председателем КС Валерием Зорькиным и поручил довести до конца проводимую уже несколько лет работу по приведению региональных законодательств в соответствие с основным законом страны.
«Это абсолютно недопустимо, если конституционные суды республик вольно или невольно входят в противоречия с Конституцией», — заявил Медведев. Зорькин отметил, что в основном региональное законодательство приведено в соответствие с Конституцией. Однако до сих пор в конституциях некоторых республик сохраняется понятие «суверенитет», «которое имеет в международном языке и в практике совершенно однозначный смысл», и это вызывает удивление, сказал Зорькин.
Председатель КС отметил, что еще в 2000 году суд дал истолкование, что это понятие не подходит к признакам субъектов в составе Российской Федерации. «И я очень этим удивлен, потому что, как известно, на сцене ружье, если оно висит, то это какой-то знак. Я имею в виду, конечно, знаменитую аллегорию Чехова», — сказал Зорькин. «Но понятие суверенитета в совокупности, во взаимосвязи с понятиями «народ республики» или народ какого-то субъекта как источник власти, с понятием «гражданство», которое сохранено в некоторых республиках, думаю, что, не дай бог, случится какая-то ситуация более или менее обостренная, и это серьезные вещи очень», — объяснил свою обеспокоенность судья. Более того, «некоторые конституционные суды республик фактически в своих решениях, принятых после наших постановлений, если не прямо, то косвенно дезавуировали наши решения», добавил он. «Считаю, что это недопустимо. И, конечно, здесь надо меры принять», — заявил Зорькин.
Медведев согласился, что это недопустимо. И отметил, что в этих случаях «нужно спокойно, без каких-то, может быть, избыточных экзальтаций на эту тему», но довести работу до логического завершения. «Если есть какие-то нюансы, всегда нужно по этим нюансам еще раз пройтись и поставить точку, потому что в конечном счете, Вы правы, от этого зависит судьба нашего государства. И мы об этом должны думать всегда, особенно в период, когда государство переживает трудности, например, экономические или какие-то другие», — заключил президент.
На данный момент только две республики сохранили в своих конституциях слово «суверенитет». Так, в конституции республика Якутия (Саха) по-прежнему содержится такое положение: «Суверенитет Республики Саха (Якутия) означает меру ее самостоятельности в обеспечении своего экономического, социального и культурного развития и обладание ею всей полнотой государственной власти вне пределов ведения Российской Федерации и полномочий Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и Республики Саха (Якутия)». Стоит отметить, что в конце февраля якутские депутаты вносили поправки в республиканский основной закон, но эту статью трогать не стали – Верховный республиканский суд пришел к выводу, что данная формулировка никак не противоречит верховенству Российской Федерации. За свой суверенитет также держится республика Татарстан – в ее конституции содержится аналогичная формулировка. Кроме того, этот субъект остался единственным, у кого есть собственный договор с Российской Федерацией, хотя остальные входят в федерацию на основании Конституции России.
В 2000-х годах с такой формулировкой пришлось расстаться Туве, Калмыкии, Башкирии и Чечне.
При этом проблема в принятии решений о переносе или запрете митингов не решится с помощью корректировки подзаконной нормативной базы, регламентирующей порядок проведения таких акций, считает президент: «По моим ощущениям, она сегодня достаточно стерильная, и здесь мы уже вряд ли кого-то поймаем». «Скорее всего, все-таки речь идет о внутренней мотивации, о страхе, который присутствует у тех или иных людей, которые принимают решение. А страха-то быть не должно, должна быть осторожность не поставить под угрозу жизнь, стабильность, безопасность людей, которые хотят собраться и что-то сказать власти», — добавил Медведев.
Он также отметил, что, хотя деятельность судов заслуженно критикуется, «тем не менее по всякому случаю отказа, я считаю, нужно создавать все равно правоприменительную практику, нужно создавать судебную практику, нужно обращаться в суд и требовать разбора полетов, почему отказали». Медведев признал, что ситуация в Москве все же отличается от других городов, поскольку здесь «особые правила регулирования и особые вызовы». «Но если речь вести о других городах, то я уверен, что далеко не всем хотелось бы встречаться в суде, я имею в виду, местным начальникам, с теми, кто предлагает привлечь к ответственности за незаконную отмену митинга, пикета и так далее», — предположил президент.
В рамках этой темы Алексеева предложила создать в Москве аналог лондонского Гайд-парка, в котором проходят собрания и шествия. «Руководство Москвы отказывается от любого диалога с организаторами акций и в случае разногласий выставляет против граждан милицию, ссылаясь на то, что митинги и шествия создают неудобства для жителей центральных районов», — посетовала она. Специально отведенное место было бы выходом. Правда, набережная Шевченко, где последнее время столичные власти рекомендуют проводить митинги, плохо похоже на Гайд-парк — там расположены гаражи и безлюдно. «В Лондоне Гайд-парк находится в самом центре, напротив королевской резиденции. В Москве естественным «Гайд-парком» является Красная площадь, традиционное место проведения массовых мероприятий», — предложила Алексеева.
Медведев, который в начале апреля был в Лондоне на саммите G20, согласился, что Гайд-парк выглядит «конечно, классно», хотя «там тоже не все видно, он уже не такая выжженная поляна, а там все как раз закрыто, но, тем не менее, место очень хорошее».
«Я согласен, что если что-то смотреть для такого рода мероприятий, то это не должны быть какие-то пустоты вокруг гаражей, рядом с промзоной или еще где-то», — поддержал он недовольство организаторов массовых акций.
Правда, развивать тему, стоит ли московский Гайд-парк организовать прямо на Красной площади, не стал.
По мнению заместителя гендиректора Центра политических технологий Алексея Макаркина, у Медведева к этому совещанию уже была некая база, «что ничего страшного не происходит, если митинги проходит в рамках закона». Так, в феврале спокойно прошли митинги оппозиционных движений «Солидарность» и «Левого фронта», и именно там, где просили организаторы, отметил эксперт в беседе с «Газетой.Ru».
НКО
На этой же встрече шла речь о необходимости смягчения закона о неправительственных организациях. Порядок регистрации и отчетности НКО был ужесточен поправками в 2006 году, после чего многие предпочли просто не перерегистрироваться. О том, что закон губителен для общественных организаций, Совет по правам человека начал активно говорить через год после внесения изменений, однако шанс, что что-то будет изменено, появился только сейчас.
Так, президент согласился, что «какие-то изменения в нем (законе) возможны, а какие-то даже и необходимы». Речь идет о вопросах налогообложения некоммерческих организаций, определении порядка взаимодействия между НКО и органами власти, о вопросах информирования граждан о деятельности неправительственных организаций, государственной поддержке организаций гражданского общества, проведения общественной экспертизы, а также публичных слушаний по вопросам, которые являются существенными для общества.
Глава думского комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Павел Крашенинников сообщил, что поправки, направленные на совершенствование гражданского и налогового законодательства в отношении НКО, будут разработаны и внесены до конца года.
Помилование
В четверг стало известно, что президент подписал первые 12 указов в этом году о помиловании заключенных. На сайте Кремля уточняется, что были помилованы 12 человек, осужденные за нетяжкие преступления и решениями суда приговорённых к срокам заключения от 1 до 2 лет. Имена этих людей не уточняются.
Отметим, что именно президент РФ принимает решение о помиловании, правда, в последнее время это случается нечасто. По данным «Газеты.Ru», вопрос о необходимости возобновления практики помилования обсуждался с осени прошлого года.
«Не либерализация, а рационализация»
Ничего странного в том, что президент пытается наладить диалог с обществом, нет, считают эксперты, опрошенные «Газетой.Ru». «Да, интервью «Новой газете», встреча с экспертами Института современного развития, против которых была развернута серьезная кампания, заседание совета ,— это определенный сигнал. Сигнал, что Медведев готов быть президентом и в этом вопросе, и вести диалог с обществом», — считает Макаркин. «Это не либерализация, а рационализация. Без диалога с обществом невозможно создавать развернутую систему, если понимать под системой Россию, где нет четкой вертикали власти», — считает Орешкин. Он добавил, что и любой ответственный президент, если стремится развивать страну, прекрасно понимает, что без развитого гражданского общества не будут двигаться и другие институты.
Специалисты полагают, что в нынешней ситуации кризиса без диалога с гражданским обществом, экспертным сообществом, невозможно работать. «Когда цена барреля нефти достигает $150 — действительно, можно говорить с позиции силы и не вести никакого диалога. В условиях кризиса возникает необходимость общения с общественными организациями, которые реально работают, проявляют активность и могут быть посредниками», — отметил Макаркин. При этом, пояснил он, речь идет об общении с критиками, но не с теми, кто выступает против любого шага президента и критикует просто ради критики. «Это нормальная реакция на кризис. Он понимает, что в условиях кризиса не будет ничего работать, если не будут работать законы. А если не будет ничего работать, будет произвол, то из кризиса не выйти», — добавляет Орешкин. Работают ли законы, исполняют ли их чиновники — можно понять только через диалог с общественностью.
