Смешанная контрольная комиссия из представителей России, Грузии, Северной и Южной Осетии заседала в Цхинвали с четверга, и мало кто из ее участников думал, что удастся о чем-либо договориться. Особенно после того, как на встречу с лидером Южной Осетии Эдуардом Кокойты не удалось попасть Зурабу Жвании — его колонну обстреляли в районе села Эредви. Однако ближе к ночи все же удалось о чем-то договориться. Заседание смешанной контрольной комиссии (СКК) по урегулированию грузино-осетинского конфликта завершилось подписанием протокола о прекращении огня.
«Договоренность о прекращении огня вступает в силу с 00.00 часов субботы», — сказал после переговоров госминистр Грузии по вопросам урегулирования конфликтов Георгий Хаиндрава.
До полуночи копии договора развезли Кокойты и грузинскому премьеру Жвании. Они, каждый у себя, завизировали протокол. С этого момента и до утра в зоне конфликта не было.
Подписанию договора предшествовал обмен резкими заявлениями между Москвой и Тбилиси. Грузинский президент Михаил Саакашвили заявил о приверженности идее территориального единства Грузии и Южной Осетии, а Москва в ответ обвинила его в приверженности силовому способу сохранении этого единства. В специальном заявлении, переданном в пятницу грузинским телеканалом «Рустави-2», Саакашвили сказал, что не питает иллюзий относительно южноосетинского мирного процесса, однако намерен продолжать переговоры. — Я бы хотел, чтобы все знали: у нас нет иллюзий по поводу мирного процесса, — предупредил он. — Я хорошо помню, как нас заставили подписать московское соглашение, в результате которого мы оставили Гагру. Я не забыл этого и не хочу себя дурачить. Я хорошо помню, как нас заставили подписать соглашение летом 1993 года, после которого пал Сухуми. Я знаю, что мы, конечно, должны следовать мирному процессу, но мы не станем дурачить себя.
— Наши предки оставили эту страну нам не для того, чтобы кто-нибудь съел ее, как яблоко, и откусывал по куску земли всякий раз, когда почувствует голод, — добавил президент. — Это территория, на которой живут все — грузины, осетины, абхазцы, русские и все остальные — армяне, азербайджанцы, другие. Но это Грузия. И это все должны понять.
Почти одновременно было распространено и заявление российского внешнеполитического ведомства, среагировавшего на слова грузин о том, что уровень посла по особым поручениям российского МИДа недостаточен для принятия решения по Южной Осетии (об этом дипломатическом инциденте «Газета.Ru» подробно рассказывала). Вопрос «не в уровне российских участников смешанной контрольной комиссии (СКК), а в том, что в Тбилиси, судя по всему, взяли курс на силовое решение конфликта», — говорится в заявлении министерства иностранных дел России. «СКК работает с 1992 года, теперь выясняется, что кому-то не по душе уровень представленных в СКК российских участников, — скорее в эпистолярном, чем в дипломатическом стиле констатирует российский МИД. — Тогда понятно, что не устраивает не уровень, а сама комиссия».