Цивилизация
— Людмила, в последнее время все постоянно переживают из-за новостей. Как сказывается на человеке длительное пребывание в состоянии тревоги?
— Ничего хорошего в этом, конечно, нет. Длительный стресс, не находящий разрешения, не имеющий выхода, приводит к отравлению организма гормонами стресса. Это плохо по двум причинам. С одной стороны, это снижает иммунитет, то есть повышает риск разных заболеваний, в том числе вирусных и онкологических.
С другой стороны, у человека, который без конца находится в напряжении, сосуды постоянно сжаты, что провоцирует гипертонию и прочие явления спастического характера. То есть, конечно, то состояние тревоги, в котором сейчас находятся люди, — и к сожалению, незаметно, чтобы оно заканчивалось, — будет иметь достаточно невеселые отложенные последствия в виде всех перечисленных болезней.
— Для того чтобы избежать стресса, часто рекомендуют не смотреть новости. Но от этого сложно отказаться: все-таки они дают какое-то чувство вовлеченности в события, вызывают сострадание…
— Ну, понимаете, чувство вовлеченности и сопереживания — это нормальные состояния, при них человек думает: «Я в курсе, я думаю, чем помочь». То, что вызывают сейчас российские новостные передачи, — это не совсем то. Ведь это не информирование, а эмоциональная накачка — голоса, которыми это все подается, подбор информации, кадров. С точки зрения психологии это правильнее было бы назвать не новостями, а актами психологического изнасилования. В тебе раскачивают страх и ненависть. В результате ты испытываешь вовсе не сопереживание, а тревогу и бессилие.
— Кто, с вашей точки зрения, в этой ситуации наиболее уязвим?
— Понятно, что люди, например, пожилого возраста, которые привыкли верить телевизору и не имеют каких-то альтернативных источников информации, сейчас крайне уязвимы по этой части. Когда они регулярно смотрят новости, у них развивается состояние как у жертв психологического насилия. Нехорошее очень.
— Как от этого отказаться? Нас же в школе учили, что быть равнодушным плохо.
— Быть равнодушным, конечно, нехорошо. Но беспокойство должно иметь какой-то выход. Можно помочь, если ты будешь сочувствовать, например, беженцам: передать им деньги или вещи, предложить работу, позвать к себе пожить какую-то семью, наконец.
А вот быть неравнодушным и при этом ничего не делать вообще никакого смысла нет. Это уже просто массовое истерическое переживание, которое не имеет никакого выхода, кроме раскачки ситуации, и пользы не приносит.
Ведь что сейчас происходит? Сидят пенсионеры у себя на даче и целыми днями слушают новости. При этом сделать они ничего не могут и просто длительное время пребывают в страхе или даже бессильной злобе. Все это, конечно, разрушает психику.
— Как понять, что тобой манипулируют, что тревогу в тебе создают искусственно?
— Любая интонация напора, эмоциональной взвинченности, нажима, нагнетания — это уже знак того, что вы смотрите не новость. То есть как только вы слышите специфические интонации, которые есть сейчас у наших ведущих, видите тревожные заставки — что-то типа «Украина в огне», — словом, как только вы понимаете, что вам бьют по нервам, в этом месте надо понять, что новости кончились, дальше идет пропаганда. Ну а слушать пропаганду или нет, верить ей или нет — это уже отдельный совершенно вопрос.
— Многие сейчас ругаются с родными из-за того, что показывают в новостях.
— Вы знаете, надо все-таки все время себе напоминать, что это люди, которых реально изнасиловали. Еще и доказывать им, что они сами виноваты, не очень справедливо.
Если это пожилые люди, надо просто испытывать к ним сочувствие, понимать, что им действительно тяжело, с ними обошлись крайне жестоко и продолжают так обходиться каждый день.
— Что можно сделать в такой ситуации?
— Все, что можно, — это по возможности не погружаться с ними в обсуждение того, что они видели по телевизору, не пытаться атаковать бред. У психиатров есть правило: с бредом не спорим, к бреду не присоединяемся. То состояние, в которое погружают людей искусственно, — это своеобразная белая горячка. Обсуждать что-то серьезно, спорить с бредом — это безумие.
Мне кажется, что самое разумное, если, например, этому подвержены родители, просто предпринимать усилия для того, чтобы в их жизни было что-то поинтереснее телевизора. Нужно больше с ними общаться, куда-то их водить — словом, давать им альтернативу, чтобы они больше были погружены в жизнь, а не в бесполезное, бессмысленное, разрушающее виртуальное переживание.
— А если реакция на плохую в общем-то новость — это не страх, а, наоборот, поток острот, это нормально?
— Нормально. А что еще делать? Не рыдать же непрерывно. Психика защищается, и остроты — один из видов защиты.
