Цивилизация
Однажды под Новый год Оля (Юлия Александрова) подобрала пьяного Петю Васютина (Дмитрий Нагиев) буквально на улице — вытащила из сугроба и принесла домой. Теперь пришло время свадьбы. Погожим летним днем постовой Петя эффектно презентовал любимой кольцо и отправился подремать на рабочем месте. Безмятежный сон сотрудника ГИБДД был прерван протаранившим служебный автомобиль джипом. За рулем сидела подвыпившая столичная певичка Алина Шепот (Ольга Серябкина), готовая на все ради того, чтобы не платить штраф. Слабым местом Васютина оказалась потребность в пении, которую Алина легко удовлетворила, пользуясь расхожей народной мудростью: [очешь петь — пей.
«Самый лучший день» с первых же минут огорашивает зрителя, заплатившего немного кровных за прилив новогоднего настроения. Большая часть действия этой новогодней комедии происходит в полях, на пыльных проселках, у озера и в озере. А собственно зимняя часть составляет рамку истории. В этом есть своя логика: Новый год все-таки если не самый народный, то уж точно самый всеобщий российский праздник, а
неминуемость чудес, которые он несет, очевидна даже тем, кто бессердечно отрицает существование Деда Мороза.
Для режиссера Андрея Першина, который в кино по-прежнему работает под именем Жора Крыжовников, обращение к этому торжеству тоже совершенно логично. После «Горько» и «Горько-2» «Самый лучший день» выглядит заключительной частью трилогии о русском веселье — свадьба, похороны, Новый год. Других таких праздников у нас нет, если, конечно, режиссер не возьмется рано или поздно за фильм про День Победы.
Несмотря на то что в основе картина имеет комедию Александра Островского «Старый друг лучше новых двух», рассматривать «Самый лучший день» удобнее всего именно в контексте предыдущих фильмов. С «Горько» его роднят манера съемки ручной камерой (и мобильным телефоном) и резкие монтажные склейки, которые бодрят даже самых сонных зрителей. Похожи и главные герои — не столько люди, сколько сгустки шальной, освобожденной алкоголем энергии. С другой стороны, есть и весомые различия. Если в предыдущих фильмах Крыжовников за счет не слишком засвеченных актеров создавал ощущение горячечного репортажа, то с афиши «Самого лучшего дня» таращит глаз Дмитрий Нагиев, а его родителей играют Михаил Боярский и Инна Чурикова, которая в этом году внезапно стала гранд-дамой новогодней комедии, ранее снявшись в сигаревской «Стране ОЗ».
Интерес советских звезд понятен — пожалуй, еще никогда они не работали на экране в жанре веселого физиологического очерка.
Азарт, с которым Боярский поет «Маму Любу», а Чурикова поет частушки, невозможно ни подделать, ни сыграть, и на нечто подобное способны, пожалуй, только артисты старой школы. Что касается молодого поколения, то самым большим открытием стала Ольга Серябкина, отыгравшая свою чувствительную хабалку с такой смелостью и упоением, что заткнула за пояс даже более опытного Нагиева. Впрочем, все эти детали несколько меркнут рядом с главным аттракционом «Самого лучшего дня» — вынесенным на афишу «караоке».
Со времен «Весенних голосов» — дебютного ревю Эльдара Рязанова — отечественный киноэкран, пожалуй, не знал более дикого и эффектного музыкального фильма. Авторы картины в подборе песен явно ориентировались на чарты, а не на свои эстетические чувства. На выходе получился винегрет из Григория Лепса, Анны Герман, группы «Жуки» и Глории Гейнор — умопомрачительный, снятый одним планом номер на песню «I Will Survive» послужил одним из трейлеров фильма. При этом каждый из номеров не усугубляет происходящее (как «Одиночество сволочь» в первом «Горько»), а, скорее, облегчает погружение в атмосферу немножко скотского веселья для человека, который в жизни с подобным не сталкивался. Финиширует же картина и вовсе болливудско-таджикским номером, на котором даже скептики, полагающие, что подобный кинематограф порочит Россию, миролюбиво пробурчат что-нибудь вроде сакраментального лепсовского «Ну и ладно, будь».
