Цивилизация
Музыкальный мир в этом году масштабно отмечает два юбилея — Вагнера и Верди, при жизни так и не поделивших титул величайшего композитора своей эпохи. Российский национальный оркестр и его шеф Михаил Плетнев, ударно начавшие сезон V Большим фестивалем РНО, проходят мимо юбилея европейских титанов сознательно. Как признавался сам дирижер, ему неинтересно слепо следовать главным трендам сезона, что он и доказал, уделив в программе фестиваля главное внимание произведениям другого юбиляра Арама Хачатуряна: советский классик родился 110 лет назад. Теперь же РНО продемонстрировал свою готовность почтить другого значимого для России британца — музыканты блестяще сыграли бриттеновскую «Симфонию-реквием», дополнив ее после перерыва титанической 7-й симфонией ми мажор Брукнера.
Собственно, у Бриттена было гораздо больше личной связи с Россией, чем у Вагнера и Верди, вместе взятых, хотя оба, конечно, были очень популярны в Российской империи. Бриттен, напротив, так никогда и не стал кумиром советского, а позднее российского слушателя.
Для советской власти он вполне предсказуемо был не слишком удобной фигурой — дружил с открыто диссидентствующими Ростроповичем и Галиной Вишневской (Новый 1965 год встречал у них на даче), с аполитичным Рихтером и особенно тесно с Шостаковичем.
Открыто жил со своим партнером, тенором Питером Пирсом. На волне хрущевской «оттепели» он успел побывать в СССР несколько раз и познакомиться с местной публикой, зато после вторжения советских войск в Чехословакию Бриттен никогда больше не бывал в России.
С Шостаковичем и Ростроповичем (последний и познакомил композиторов) Бриттена связывало очень многое — сначала заочный восторг по отношению к творчеству друг друга, затем колоссальная личная симпатия, проявившаяся при встрече.
Оба композитора (к слову, у Шостаковича, кроме Бриттена, никогда не было дружеских контактов с иностранцами) оказали довольно серьезное влияние на музыку друг друга.
14-я симфония Шостаковича, помимо посвящения английскому коллеге, во многом написала под впечатлением от «Реквиема войне». Бриттен посвятил Шостаковичу оперу «Блудный сын», написанную в 1968 году, но на самом деле влияние советского композитора уже вполне различимо в сочинениях англичанина 30–40-х годов.
Самым исполняемым произведением Бриттена в России стал «Военный реквием», предусмотрительной отсутствующий в программе «сезонов»: он уступит место другим, малоизвестным и редко исполняемым в России, сочинениям композитора: Концерт для скрипки, сюита из балета «Принц пагод», симфония для виолончели, написанная для Ростроповича по его просьбе, кантикли (их всего у Бриттена всего пять, но, какие именно прозвучат в Москве, неизвестно). В рамках «сезонов» можно будет увидеть (правда, на экране) первую оперу композитора, принесшую ему мировую известность.
Самую последнюю постановку оперы «Питер Граймс» (она прошла летом в Олдборо, где Бриттен жил и основал фестиваль) покажут в Центре документального кино.
Там же пройдет ряд документальных показов о жизни Бриттена с участием авторов и кинокритиков. В частности, российская премьера фильма «Britten's Endgame», исследующая жизнь композитора в его последние годы, которые дались Бриттену очень тяжело: перенесенная в детстве пневмония вызвала серьезные осложнения на сердце, проблемы с которым сопровождали его всю жизнь. На операцию композитор решился лишь на 61-м году жизни и после нее уже не смог восстановиться.
Его опера «Смерть в Венеции», ради которой он откладывал операцию, была закончена за три года до смерти.
Собранную Бриттеном и его партнером коллекцию живописи, а также артефакты, связанные с взаимоотношениями Бриттена с российскими музыкантами, покажут в ГМИИ им. Пушкина.
