Цивилизация
В последние дни балет Большого театра сильно лихорадило. Отправной точкой стало окончание 15 марта контракта у Юрия Бурлаки, возглавлявшего труппу с 2009 года. Было заранее известно, что контракт больше продлеваться не будет: желание расстаться у дирекции и худрука, видимо, было обоюдным. Дирекция надеялась получить более креативного, чем Бурлака, руководителя, а Юрий Петрович, нахлебавшийся руководящего беспокойства по горло, намерен погрузиться в дорогую его сердцу деятельность - реставрацию старинных балетов. Встал вопрос, кем Бурлаку заменить. И тут, как назло, подоспел скандал с «младшим» балетным начальником – заведующим труппой Геннадием Яниным. Того подвела доступность интернета, в котором неизвестные лица разместили фотографии сексуального характера, компрометирующие заведующего, после чего путь в худруки оказался для него заказан.
Янин срочно подал заявление об уходе, а театру понадобилось замещать уже две вакантные должности.
На место завтруппой человек нашелся быстро. Ян Годовский – заслуженный артист России. Он родом из Тбилиси, в 1993 году окончил Московское хореографическое училище (ныне Московская государственная академия хореографии), был принят в балетную труппу Большого театра. Исполнил много сольных партий, работал ассистентом нескольких хореографов, ставивших в Большом. В 2006 году награжден национальной театральной премией «Золотая маска» за исполнение партии Пэка/Филострата в балете «Сон в летнюю ночь».
Театральный педагог Годовского, народный артист СССР Борис Акимов характеризует своего подопечного как «человека разностороннего, образованного, общительного», что правда.
Во всяком случае, автору этих строк частенько приходилось видеть Яна с книжкой в руках, а это не часто встретишь среди балетных артистов.
Сложнее оказалось с постом художественного руководителя. В преддверии ухода Бурлаки Иксанов вел переговоры с Махаром Вазиевым. Почему именно Вазиев? После мягкотелого пассеиста директор возмечтал о достаточно твердом начальнике, способном приструнить труппу и направить ее по нужному руслу. В применении к Большому это означает умение хранить классические традиции, но не дать им превратить театр в музей древностей. Именно это успешно делал Вазиев в Мариинском театре, где руководил балетом 13 лет. И вроде бы все поначалу сложилось: по сведениям из кулуаров театра, Махар Хасанович был не против переезда в Москву.
Казалось, ему мешал лишь итальянский контракт, разрывать который Вазиев в итоге не захотел: в Европе такое грозит потерей репутации.
Годовскому, особенно на первых порах, придется нелегко. Его опыт руководящей работы стремится к нулю, а на носу важные события. Во-первых, майские гастроли балета в Париже. Во-вторых, осеннее открытие основной сцены ГАБТа после ремонта, по случаю чего готовится грандиозный гала-концерт в постановке Дмитрия Чернякова. Танцу в нем будет отведено огромное место.
Но этим назначением Большой выигрывает время. Не найдя в последний момент общего языка с Вазиевым, театр в лице Годовского получил необходимую передышку. О названиях ближайших премьер новый управляющий может не думать: планы постановок уже объявлены до 2012 года включительно. А дирекция может спокойно искать подходящего худрука, что гораздо сложнее, чем найти способного завтруппой.
Кстати, в стране есть прецеденты работы балетных трупп вообще без худрука.
Подобная схема успешно действовала в Мариинском театре: там худрука не было вообще годами, и как раз Вазиев числился на «технической» должности управляющего, но именно он многие годы определял художественную политику труппы. До сих пор Мариинский балет живет без художественного руководителя, а и. о. балетного директора исполняет свои обязанности уже несколько лет. Возможно, что и в Большом вертикаль власти с одним лишь управляющим сработает надолго. В России, как известно, нет ничего постоянней временного.
