Цивилизация
Билли Айдол для российских меломанов последние лет пять стоит первым номером в воображаемом списке стыдных удовольствий, который могли бы составить российские меломаны. Говорить о нем принято в том смысле, что, ну, да, конечно, музыка-то у него не очень, но сам-то парень о-го-го, да к тому же и красавец. Этот последний аргумент в характеристике Айдола решающий – «белокурая бестия» (или «белый мусор» – кому как больше нравится) взорвала зарождающееся MTV не музыкальным новаторством, а варварской наглостью, пергидрольной гривой и агрессивной готовностью угодить и нашим, и вашим.
В общем, перед московским концертом Билли Айдола вокруг «Лужников» было почти не встретить грязных панков и прочих неформалов
– сплошь приличные, часто пузатые люди, вполне соответствующие квартирующему на малой спортивной арене ГЦКЗ «Россия». Пока публика заполняла трибуны, на сцене выражала уважение к легенде группа «Радио Чача» — новый проект вокалиста развалившегося «Наива» Александра «Чачи» Иванова. Свежесть, впрочем, коснулась только вывески, а суть осталась той же, что и раньше, – не выходящий за пределы трех (выученных в подворотне около школы) аккордов панк-рок, играть который на пятом десятке умным людям (если они не Sex Pistlols) обычно стыдно.
Впрочем, выступление коллектива предваряло выход 54-летнего Айдола, а потому выглядело на этом фоне, в общем, органично.
Провисевшие всю весну на московских билбордах афиши гласили, что певец прибывает не один, а в компании своего друга и постоянного соучастника Стива Стивенса. Этот человек действительно заслужил особого упоминания, поскольку является личностью едва ли менее легендарной, чем сам урожденный Уильям Броуд (такова фамилия, полученная Билли при рождении). Помимо Айдола Стивенс сотрудничал с Майклом Джексоном и Juno Reactor, играл в трио с Тони Левином и Терри Бозио – то есть как музыкант к 51 году вполне состоялся.
Несмотря на все эти заслуги, на сцене «Лужников» он все равно выглядел, как гитарист дублирующего состава Motley Crue, изгнанный из группы за лишний вес.
Образу способствовали уже давно отработанные всеми кем ни попадя трюки с игрой на закинутом за голову инструменте и дерганием струн зубами.
Не отставал от него и главный герой представления. Пять лет назад, когда вышел альбом «Devil's Playground», Айдола безоговорочно признали восставшим из пепла и отпустили все возможные грехи –
оправиться от двух передозировок, автокатастрофы и (главное) забвения не каждому под силу.
Однако сейчас романтический флер повыветрился и перед не замыленным фанатской оголтелостью взглядом появился накаченный мужчина, переборщивший с лицевой пластикой и оттого очень похожий на актрису Мелани Гриффит. Обновленный силами медицины и тренажерного зала артист всячески демонстрировал идеальный торс и старался ему соответствовать – прыгал, вилял бедрами, вскидывал сжатую в кулак ладонь вверх и тыкал унизанными перстнями пальцами в толпу. Результат тычков последовал ближе к концу шоу – отчаянная юная фанатка задрала и так прозрачный лифчик и продемонстрировала то, что было принято показывать на рок-концертах во времена молодости Билли.
Едва завидев обнаженку, артист чуть изменился в лице, сделал смазанный пригласительный жест и тут же убежал поближе к барабанам.
Этот эпизод лучше всяких слов отражает все произошедшее. Несмотря на сохранившийся голос, с четко выверенными дурными интонациями, физическую форму и рассыпанные по сет-листу старые хиты (были и «Rebel Yell», и «White Wedding», и даже «Sweet Sixteen»), в Москву приехал пожилой, заботящийся о здоровье, а проще говоря, довольно скучный (для рок-музыканта) человек. Как следствие, в отсутствие привычного агрессивного лоска как-то сразу стало казаться, что песни, даже самые хитовые, – длинноваты и примитивны, — и разбавить тоску не могли даже переодевания и разбрасывание по фан-зоне собственноручно подписанных тарелок.
Все это не могло прикрыть страхующего от неверной памяти пюпитра и далеко не таких резких, как раньше, движений.
Поклонникам артиста, заполнившим зал почти до отказа, на все это, конечно, было все равно. В их головах звучала, как водится, совсем другая музыка. Та, что играла в старых кассетниках и олицетворяла самую удобную и ни к чему особенно не обязывающую разновидность искомой свободы. А если кто-то из зрителей во время передышки между плясками и заметил, что вместо наглого «белого мусора» на сцене молодящийся старик, наверняка списал это на то, что прежде чем уехать из родной Англии и стать идолом, артист называл себя Ленивым Билли (Billy Idle), а теперь просто вернулся к оборванным когда-то корням.
